LiveZilla Live Chat Software
Главная / Новости / Об антисемитизме / Историк рассказала о советских предателях и их помощи фашистам. Теперь ее пытаются уволить
ПЕЧАТАТЬ ПЕЧАТАТЬ

Историк рассказала о советских предателях и их помощи фашистам. Теперь ее пытаются уволить

Источник: РИА «Новости»

 

Деревянко упрекают в том, что она пишет об антигероях вместо того, чтобы заниматься, к примеру, знаменитыми брянскими партизанами. 

Коллеги-ученые вступились за Екатерину и ее право заниматься историей.

В интервью «Ленте.ру» историк-архивист рассказала о сути претензий, о других пострадавших ученых и о проблеме освещения подобных тем.

30.04.2019 — 20:08
Екатерина Деревянко
Екатерина Деревянко рассказала какое давление испытывает из-за статьи про Локотское самоуправление

История с брянским архивистом Екатериной Деревянко вышла на международный уровень. 

 

«Лента.ру»: Расскажите, что, собственно, произошло с вашей статьей?

Екатерина Деревянко: В 2016 году была опубликована научная статья о Локотском округе, за подписью историка Екатерины Деревянко, а не работника Госархива. Это ключевой момент.

В нынешнем году в архив пришел запрос от Музея Победы [на Поклонной горе в Москве]. Они постоянно меняют экспозицию и попросили пополнить ее какими-то новыми документами. В качестве иных материалов я предложила свою статью — уже как работник госархива. Все материалы прошли рецензирование. Этим занимается департамент культуры, которому мы подчиняемся. Они могли бы завернуть мою статью, сказать, что она не в контексте, что она не подходит. Но ее пропустили свободно, и она пошла в музей с визой департамента культуры.

И вдруг возникли претензии. У кого?

Екатерина Деревянко: Я точно не знаю. Через директора госархива я узнала, что есть некий академик, который написал разгромное письмо по поводу моей статьи. Мол, чуть ли не я сама — коллаборант. Еще мне передали претензию, что я пишу об антигероях вместо того, чтобы писать о героях.

Но это все на словах. Мне никто этого письма от академика не показал и его имени не назвал. Было бы интересно поговорить с ним, понять, в чем конкретно заключаются его претензии, подискутировать в переписке. Ведь так принято в научной среде уже многие века.

Как вы сами относитесь к этой своей статье? Хотите за нее биться?

Екатерина Деревянко: Я не считаю изложенное в ней истиной в последней инстанции. К статье можно придраться. Можно поднять вопрос о том, почему я не включила вот это и это. Готова доработать материал, если получу к тому разумные доводы. Но никакой конкретики нет. У меня даже есть мнение, что никакого письма от академика нет, а просто кто-то из областной администрации на меня ополчился.

Давайте попробуем разобраться в сути претензий. Вы и правда пытались оправдать коллаборантов? В статье есть данные об экономических и культурных успехах администрации времен оккупации. Как это понимать?

Екатерина Деревянко: Статья написана на основании документов Локотского самоуправления, в которых сами коллаборационисты описывали свою деятельность. Конечно, в этих текстах не могло быть самобичевания, самокритики. Они же писали о себе. Моя роль в том, что я эти документы ввожу в научный оборот, но я ни в коем случае не поддерживаю изложенные там идеи.

Да, Локотской округ был одним из самых больших административных образований коллаборантов. Там проживало около полумиллиона человек — по существу, это предатели. И я задаюсь вопросом: как это произошло? Где корень зла?

А моя статья — это лишь один из элементов огромной мозаики, который открывает взгляд на происходившее по ту сторону фронта. Конечно, этот элемент необходимо правильно разместить в общей картине. Этим может заняться кто угодно, ведь статья в открытом доступе. Она сугубо научная. Я в статье не пытаюсь проводить параллелей, где было лучше, а где хуже. Не пытаюсь обелить коллаборантов. Просто размышляю над причинами.

Эти люди — предатели и убийцы. Это люди, которые поддержали оккупантов. Они не только экономическую и культурную жизнь восстанавливали в округе, а проводили в жизнь репрессивную политику. Об этом также есть документы. Если мы в них заглянем, то увидим, что только в поселке Брасово сожжено и расстреляно почти шесть тысяч человек. Как же нам относиться к коллаборантам? Вариантов нет.

Но вас все равно попросили уволиться?

Екатерина Деревянко:  Сначала мне сказали, что необходимо переписать статью. Потребовали добавить туда акты ЧГК (Чрезвычайной государственной комиссии), чтобы мы могли аргументированно сказать начальству, что не поддерживаем предателей. Я согласилась, статью переписала. Но чиновники на этом не успокоились. Департамент потребовал меня наказать, а именно — перевести из Госархива в ЦДНИБО (Центр документации новейшей истории Брянской области — прим. «Ленты.ру»), бывший партийный архив. Пусть, мол, она идет туда и пишет о героях-партизанах.

Я уже была готова и на это согласиться, но начальство и этим не удовлетворилось. Решили от меня избавиться и тихонько уволить «по собственному желанию». Вот здесь я возмутилась, так как не считаю себя виноватой.

Я занимаюсь наукой и имею право на мнение. У нас вообще-то свобода слова. И, опять же, я не настаивала на необходимости направить статью в музей. Департамент на стадии рецензирования мог ее остановить, но не сделал этого. А зачем тогда нужен этот фильтр? Почему они не возьмут ответственность за поставленную подпись?

Неприятно, что этот скандал наложился на основную тему, которой я занимаюсь, — историю Холокоста.

Наша область в этом плане впереди планеты всей. Мы открыли «Аллею праведников» на набережной в центре города, и выставка у нас была «Дорогами памяти» — единственная и уникальная для России после Центра толерантности. Выставка эта посвящена Холокосту и оккупационному режиму на Брянщине.

Теперь мы хотим открыть музей Холокоста. Я как раз над этим сейчас работаю. Другими словами, планов много, и получается, что всей этой моей деятельности перекрываются ходы.

Освещение Холокоста тоже вызывает неприязнь у чиновников?

Екатерина Деревянко: И Холокост, и коллаборация — это темы сложные для освещения, обсуждения и понимания. От исследователя они требуют профессионального подхода — без штампов, а от слушателей — некой подготовки, достижения определенного уровня восприятия.

Наши местные чиновники боятся этих тем и считают, что лучше их не трогать, не углубляться. Они хотят, чтобы мы занимались чем-то более известным, удобоваримым.

А конфликты ученых с чиновниками у вас в Брянске раньше были?

Екатерина Деревянко: У нас было и такое, когда доставалось независимым историкам. Я говорю об Андрее Кукатове. Как-то он помогал немецкому ученому Штопперу, который работал у нас в архиве, а потом вернулся на родину и защитил там докторскую диссертацию. Труд Штоппера был впоследствии признан в России экстремистским материалом, а на Кукатова обрушились за то, что он привез из Германии снимки, сделанные немецким солдатом во время оккупации в Клинцах, у нас на Брянщине.

Понятно, что эти фотографии постановочные, и мы должны их рассматривать в соответствующим ракурсе. На них счастливые детские лица, танцы народного коллектива какого-то, и так далее. Однако они все равно имеют для нас определенную ценность, даже в краеведческом плане.

А Кукатова после открытия выставки в областной библиотеке обвинили в оправдании оккупационного режима. Экспозиция была со скандалом сорвана.

Давайте вернемся к коллаборантам. Каковы вообще были причины столь широкой поддержки оккупантов на Брянщине? Последствия Большого террора и коллективизации?

 

Екатерина Деревянко: Да, до революции эти территории — Локоть, Брасово — принадлежали лично великим князьям Романовым. Соответственно, царская фамилия пыталась внедрить здесь передовые методы экономики, техническое оснащение. Такое отношение сформировало класс крепких, зажиточных крестьян. Поэтому коллективизацию здесь восприняли очень болезненно. Раскулачено было каждое второе хозяйство. Кого-то осудил НКВД, кого-то лишили земли и выслали, кого-то лишили избирательных прав.

Об этих проблемах хорошо знали немцы, и когда они пришли сюда, то с целью получения поддержки населения предложили свою программу — возвращение частной собственности и так далее. Конечно, в основном это просто декларировалось — немцы не собирались давать местным жителям никаких реальных прав, но появились выборные должности старост. Предпринимались и другие попытки заигрывать с населением путем налаживания бытовой жизни. Все это сопровождалось тотальной и продуманной до мелочей фашистской пропагандой. При этом, несмотря на все усилия оккупационных властей, в регионе существовала мощнейшее партизанское движение.

Об этом забывать нельзя. Об этом уже очень много написано, много сказано, но есть и свои сложности. Ведь были те, кто переходил с одной стороны на другую по нескольку раз. Были и такие, кто терроризировал местное население. Здесь тоже нельзя оперировать советскими штампами 50-х годов.

Что вы уже сделали, чтобы себя защитить?

 

Екатерина Деревянко: Я рассказала о происходящем в соцсетях. Откликнулся наш местный телеканал «Городской», израильское телевидение ITON.TV, и завертелось обсуждение среди профессионалов, занимающихся исследованием темы коллаборационизма. Написаны письма в администрацию области, которые подкреплены рецензиями ученых-историков Дмитрия Жукова, Ивана Ковтуна, Григория Рейхмана. В них говорится, что можно обсуждать и дискутировать, но нельзя наказывать исследователя. Есть также открытое письмо на имя губернатора от Вячеслава Шатохина, который занимается изучением истории эвакуации евреев на территорию Средней Азии. Он юрист по образованию, работает в Америке.

Но я до сих пор не знаю, кто именно настаивает на моем увольнении, кому именно так сильно не понравилась моя статья.

Коллеги вас поддерживают или, наоборот, сторонятся?

Екатерина Деревянко: У нас [в госархиве] всего несколько человек занимаются научной деятельностью. Они меня поддерживают. Другие погружены в работу технического характера и не в курсе происходящего.

В Госархиве Брянской области я тружусь с 1999 года. У меня много друзей и хороших знакомых среди российских ученых и в международной среде, так как я постоянно участвую в семинарах, конференциях, стажировках, как у нас, так и за границей. Мне очень приятно, что пишут и незнакомые люди, высказывают добрые слова в мой адрес. Видимо, тоже сталкивались с непрофессиональным, некомпетентным отношением российских чиновников.

Но ведь с вашей стороны были соблюдены все формальные процедуры. И как теперь быть другим ученым? С чисто бюрократической точки зрения — непонятно…

Екатерина Деревянко: Да, получается, что раз они в департаменте это пропустили — значит, проявили халатность? Читали они статью или нет — мне неизвестно. Впредь я не буду направлять свои материалы куда бы то ни было через Госархив. В этом была ошибка. Нужно действовать как индивидуальный исследователь, тогда спрос будет только лично с тебя.

Почему вы, имея знакомства в Москве и за границей, продолжаете жить и работать в Брянске? У вас высокая зарплата?

Екатерина Деревянко: Этой мой родной архив, и я очень хорошо знаю состав хранящихся тут документов, что позволяет мне успешно заниматься интересующими меня и востребованными темами. Здесь живут люди, с которыми мне удается заниматься разными серьезными проектами.

Зарплата у меня смешная, если честно, чтобы за нее как-то бороться. Я занимаюсь делом, которое люблю, и там, где мне хочется. Переезжать и увольняться я не собираюсь. Настроена на борьбу. Сейчас меня мотивирует желание отстоять свое право на дальнейшую исследовательскую деятельность.

Вы не думаете, что из-за всей этой истории брянские чиновники будут видеть в вас скорее общественного деятеля, чем историка?

Екатерина Деревянко: Нет, я не хочу добиваться чьих-либо увольнений, наказаний для кого-то. Мне кажется, что чиновники задумаются и просто оставят меня в покое. В любом случае, мяч на их стороне.

Беседовал Сергей Лютых




------ Администрация сайта ХАЙФАИНФО КОМ не несет ответственность за содержание информационных материалов, полученных из внешних источников. Мнения, высказанные в рубрике передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции. Редакция сайта не отвечает за достоверность таких материалов, а выполняет исключительно роль носителя. Редакция как правило, не вступает в переписку с авторами. Рукописи не рецензируются и не возвращаются. Авторские материалы предлагаются читателю без изменений и добавлений. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора материала.
ПЕЧАТАТЬ ПЕЧАТАТЬ

6 комментариев

  1. контраргумент

    Не надо к бабке ходить — уволят историка!

  2. В массовом сознании принято считать, что знаменитые «маршалы Победы» все как один восхищались гением Сталина и собственными успехами на фронтах Великой Отечественной. На самом деле это не так, свидетельствует очень авторитетный источник.
    Степан Кашурко, академик, генерал-полковник, Президент Центра розыска и увековечивания без вести пропавших и погибших защитников Отечества: «В канун 25-летия Победы маршал Конев попросил меня помочь ему написать заказную статью для «Комсомольской правды». Обложившись всевозможной литературой, я быстро набросал «каркас» ожидаемой «Комсомолкой» победной реляции в духе того времени и на следующий день пришел к полководцу. По всему было видно: сегодня он не в духе.
    — Читай, — буркнул Конев, а сам нервно заходил по просторному кабинету. Похоже, его терзала мысль о чем-то наболевшем.
    Горделиво приосанившись, я начал с пафосом, надеясь услышать похвалу: «Победа — это великий праздник. День всенародного торжества и ликования. Это…»
    — Хватит! — сердито оборвал маршал. — Хватит ликовать! Тошно слушать. Ты лучше скажи, в вашем роду все пришли с войны? Все во здравии вернулись?
    — Нет. Мы недосчитались девятерых человек, из них пятеро пропали без вести, — пробормотал я, недоумевая, к чему это он клонит. — И еще трое приковыляли на костылях.
    — А сколько сирот осталось? — не унимался он.
    — Двадцать пять малолетних малолетних детей и шестеро немощных стариков.
    — Ну и как им жилось? Государство обеспечило их?
    — Не жили, а прозябали, — признался я. — Да и сейчас не лучше. За без вести пропавших кормильцев денег не положено… Их матери и вдовы глаза повыплакали, а все надеются: вдруг хоть кто-нибудь вернется. Совсем извелись…
    — Так какого черта ты ликуешь, когда твои родственники горюют! Да и могут ли радоваться семьи тридцати миллионов погибших и сорока миллионов искалеченных и изуродованных солдат? Они мучаются, они страдают вместе с калеками, получающими гроши от государства…
    Я был ошеломлен. Таким я Конева видел впервые. Позже узнал, что его привела в ярость реакция Брежнева и Суслова, отказавших маршалу, попытавшемуся добиться от государства надлежащей заботы о несчастных фронтовиках, хлопотавшему о пособиях неимущим семьям пропавших без вести.
    https://newizv.ru/article/general/08-05-2017/marshal-ivan-konev-stalinskaya-pobeda-eto-vsenarodnaya-beda-1d0ce800-04e3-4d89-b4f7-9e65a4d26f96

  3. Ложь — неправда, намеренное искажение истины; обман. Мудрость и здравый смысл
    «Ложь есть всегда самоубийство духа.» — Иоганн Готлиб Фихте (1762 — 1814), немецкий философ.
    «Если вы начали лгать, считайте, что война проиграна.» — Исороку Ямамото (1884 – 1943), японский адмирал, Главнокомандующий Объединённым флотом Японской империи во время Второй мировой войны.
    «…Некомпетентность, леность и шаловливость «мальчиков» и «девочек» в любом начинании является характерной чертой этого самого времени. Я называю это «взрывом безнравственности», и это мне кажется гораздо опаснее ядерной войны. Мы можем видеть, что с древних времен нравственность и честь (в русском понимании этих слов) много существеннее, чем шпаги, стрелы и слоны, танки и пикирующие бомбардировщики. Все разрушения империй, государств и других политических организаций происходят через утерю нравственности. Это является единственной действительной причиной катастроф во всей истории, и поэтому, исследуя причины почти всех катаклизмов, мы можем сказать, что разрушение носит характер саморазрушения.
    Когда для всех людей честная и напряженная работа станет непривычной, какое будущее может ожидать человечество? Кто сможет кормить, одевать, исцелять и перевозить людей? Бесчестные, каковыми они являются в настоящее время, как они смогут проводить научные и медицинские исследования? Поколения, привыкшие к честному образу жизни, должны вымереть в течение последующих 20 лет, а затем произойдет величайшая катастрофа в истории в виде широко распространяемой технической монокультуры, основы которой сейчас упорно внедряются во всех странах, и даже в Китае, Индонезии и Африке…» — Иван Антонович Ефремов (1908—1972), русский советский палеонтолог, писатель-фантаст. (Из письма И.А.Ефремова Э.К.Олсону, 1969 год).
    «Советский Союз убила ложь. С плакатов население убеждали, что «СССР – оплот мира» и посылали войска по всему миру. По Центральному телевидению радостно сообщали о выполнении пятилетних планов, а полки в магазинах стремительно пустели. ЦК КПСС запретил алкоголь, а по московским ресторанам шлялась вечно пьяная дочь Генерального секретаря ЦК КПСС. В кинотеатрах показывали фильмы «Коммунист» и «Ленин в октябре», а коммунистическая номенклатура собиралась на закрытых просмотрах и наслаждалась творчеством Феллини. Люди стояли в очередях за вонючими сосисками, а служебные автомобили отъезжали от спецмагазинов с полными багажниками деликатесов. По телевидению неустанно продолжали говорить, что СССР вот-вот «догонит и перегонит Америку».» — Олег Панфилов, Профессор Государственного Университета Илии (Грузия). https://amwiki.ru/wiki/%D0%9B%D0%BE%D0%B6%D1%8C

  4. Атака на Кирилла Александрова идет уже много месяцев. Его называют защитником власовцев, апологетом предательства. Обвиняют в «призывах к развязыванию агрессивной войны», что уж совсем абсурдно. До кучи вспомнили статью «Бандера и бандеровцы» в «Новой газете» и рекомендовали внести ее в список экстремистских материалов. Статья опубликована осенью 2014 года, и вот — вспомнили. Что же произошло?
    Александров никогда не скрывал своих антисоветских, как минимум, антисталинистских взглядов. Еще с 1990-х изучает антисталинское сопротивление в России, историю Второй мировой и РОА, Русской освободительной армии Власова. Его кандидатская называлась «Вооруженные формирования Комитета освобождения народов России в 1944—1945 гг.». Защита прошла в 2002-м — тихо, без бурной внешней реакции.
    Помешательство на патриотической теме тогда только начиналось, еще не вошло в активную фазу.
    А в 2016-м он представил на соискание докторскую «Генералитет и офицерские кадры вооруженных формирований Комитета освобождения народов России 1943—1946 гг.». И разразился безобразный скандал. Хотя никакого оправдания власовцев там нет и в помине. Александров всего лишь изучил биографии власовских офицеров и увидел, что у большинства из них были объективные причины не любить Советы и Сталина. Снимает это с них вину за предательство? Нет, конечно. Стоит эта тема изучения? Безусловно. Если не разобраться в истоках предательства, оно будет повторяться снова и снова. https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/10/07/74105-doktora

  5. Александр Барласов, полковник в отставке

    В диссертации Александрова говорилось, что основной причиной того, что большинство советских военнопленных и русских эмигрантов сотрудничали с нацистами, была планомерная и целенаправленная политика большевиков на продолжение революционного террора против собственного населения после завершения гражданской войны. Полный текст диссертации доступен на сайте Санкт-Петербургского института истории имени Н.П. Лихачева Российской академии наук.
    https://indicator.ru/news/2017/10/03/aleksandrova-lishili-stepeni-doktora-nauk/

  6. Петербургский историк, кандидат исторических наук, сотрудник мемориально-просветительского историко-культурного центра «Белое дело» Кирилл Александров лишен степени доктора наук.
    Его диссертация, защищенная 1 марта 2016 года, посвящена кадровому составу власовской армии. Целью многолетнего исследования было разобраться, к каким социальным группам принадлежали люди, примкнувшие во время Второй мировой войны к армии Власова, и почему они решили обратить оружие против Советского Союза.
    Целью исследования было разобраться, к каким социальным группам принадлежали люди, примкнувшие к армии Власова
    Накал страстей во время защиты диссертации был высок – здание Института истории РАН пикетировали коммунисты, на заседание пришли активисты патриотических и ветеранских организаций, которые обвинили Кирилла Александрова в апологии предателей родины, один из участников движения «Народный собор» написал жалобу в прокуратуру. Сторонники ученого отстаивают право науки оставаться вне политики и право исследователей касаться любых тем. https://www.svoboda.org/a/28830800.html

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

СМОТРИТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ НА САЙТЕ: