LiveZilla Live Chat Software
Главная / Разное / Иврит уроки / Юрий Моор-Мурадов. С какого кабеля сорвался народный депутат
ПЕЧАТАТЬ ПЕЧАТАТЬ

Юрий Моор-Мурадов. С какого кабеля сорвался народный депутат

 Я до сих пор помню одну из самых первых своих бесед примерно через неделю после репатриации. Поскольку я приехал сюда без иврита, мой словарь к тому времени насчитывал два-три десятка слов. «Сабра» стал ругаться со мной из-за недоразумения. Чтобы чуть остудить его, я сказал: «Лама ата скандал?» – хотя вовсе не был уверен, что он знает это слово. Оказывается, он знал, ответил: «Ло ани, ата осе скандал» («Не я, а ты скандалишь»), и все же немного успокоился. Я показал ему документ, который помог развеять недоразумение, и мы разошлись мирно.

Много позже я услышал старую сатирическую песню в исполнении задорной Ривки Михаэли, в которой есть такие слова: «Эйн ли рега даль — о скандаль, о фестиваль«… («Нет мне ни минуты покоя – то скандал, то фестиваль»).

Я уже тогда задумался: а сколько международных слов есть в лексиконе израильтян? И пришел к выводу – много.

То и дело натыкаешься на них: «лампа», «бомба», «банда», «бандит», «дилемма», «баррикада», «ваза», «группа», «комбина» (мошенничество), «электорат», «люстра», «лупа», «фиаско», «фигура». Причем «фигура» хорошая может быть у женщины, и про человека могут, как и на русском, сказать: «фигура».

Про футболиста, забившего два гола за матч, скажут: «hу бе-форма» – «он в форме».

Про худого скажут: «Скилет». Человеку советуют не ходить куда-то, он отвечает: «Бе-принцИп ани элех ле-шам!» – «Я из принципа пойду туда!»

Говорят: «Яца ле-пенсия» («вышел на пенсию»), хотя есть свое «Яца ле-гимлаОт«.

Будете заказывать наряд у портного – услышите «талия» («мотнайим«).

Во многих случаях мирно сосуществуют международный термин и родной ивритский. «БатарИя» используется наряду с «солелА«, «фирма» – наряду с «хевра«, «стаж» – «вЕтек… «Футбол» существует рядом с дословно переведенным «кадурЕгель«,

 

Помню давнюю рекламу, звучавшую по радио: «Бли паника – йеш «БритАника» («Без паники – есть «Британика» (энциклопедия).

В Холоне есть «Парк а-партизаним«.

Старая шутка обыгрывает наличие двух вариантов одного и того же понятия: «Бишвиль ма протекция, кше-йеш кшарим?» («Для чего протекция, когда есть связи?»)

Наряду со словом «хешбонаут» знают и его перевод на международный язык: «Бухгалтерья». Последнее иногда используют в смысле «сведение счетов». Недавно депутат Авигдор Либерман это сделал.

Знают «бюрократия», используют наравне со своим «найерет» («бумаги», от «неяр«). Причем в иврите это не ругательство, а необходимое зло, «неизбежные формальности».

Могут выйти на «мирпесет» своей трехкомнатной квартиры с видом на море, а могут и на «балкон». В своих вилах разводят зимой огонь в «камине», но иногда называют его по своему «ах«. От омонима «ах» («брат») этот «ах» отличается родом: камин на иврите женского рода.

Известный в 60-х артист вспоминает, что в его время «hая бе-мода» петь с эстрады сатирические куплеты.

Вот фраза радиокомментатора: «Шней а-политикайим бе-ото а-рубрика» – «Оба этих политика близки по своим взглядам» (или по своему положению в партийной иерархии – зависит от контекста).

Если покопаться в старых газетах и книгах, встретим там огромное число таких слов.

«Персона» (на иврите – «ишиЮт«), «коллега» («амит«), «фаза», «фасон». Есть выражение: «Махзик фасон» («держит фасон»). Пожилые женщины на нашей прошлой родине осуждали легко одетых в мороз молодых людей: «Сам дрожи, а фасон держи» – видимо, это импортировано оттуда.

Сейчас эти слова употребляют реже, обычно — когда хотят придать речи ироничную окраску. Например, вместо слова «тЕкес» говорят «церемонья», вместо «метупАл» – «пациент».

Спортивные  обозреватели любят щегольнуть словом «трибуна», но чаще, конечно, говорят «йяцИа«.

Выражение «лашевет ба-трибуна» означает: «наблюдать со стороны», быть безучастным свидетелем.

Ну, а про «минус» в банке вообще говорить нечего – давно уже стало чисто ивритским словом.

Для слова «тон» есть в иврите «нимА«. Но вот идет процесс над известным политиком. Из репортажа той газеты, руководство которой симпатизирует политическим взглядам подсудимого, можно сделать вывод, что дело вот-вот закроют; настроения в другой газете – что этот политик «загремит» на много лет. И обозреватель Решет Бет Мати Тухфельд, цитируя противоречащие друг другу громкие заголовки, выводит свое заключение: «Коль итон ве-а-тон шело» («У каждой газеты свой тон»)

Журналист Арье Голан интервьюирует министра от правой партии, допытывается, что он будет делать, когда начнут «лимсор территория» (отдавать «штахим«).

Кстати об Арье Голане. С его помощью я узнал, что израильтяне понимают слово «кабель». На радиоканале Решет Бет он недавно брал интервью у депутата от партии Авода Эйтана Кабеля. Посреди беседы связь прервалась. Арье Голан острит: «Ма кара ла-кабель бейни ле-вейн хавер а-Кнессет Кабель?» («Что случилось с кабелем между мной и депутатом Кнессета Кабелем?»)

Творческие люди в своих рецензиях широко используют определения  «схемати», «плакати» (плакатный, не глубокий, недостоверный).

Подобная речь характеризует людей старшего возраста; язык этот был широко распространен  в 50-х, 60-х годах, когда в стране доминировали эмигранты из стран Европы. Иврит в их устах был еще беден, Академия только-только начинала свое словотворчество, в воздухе звучало много терминов из других языков – «поза», «форма», «культура»… Взрослые ашкеназские израильтяне все эти слова знают и понимают. Потом их заменили «тнухА» («поза»), «цурА» («форма»), «тарбУт» («культура»). Сейчас текст с обилием международных слов воспринимается как ностальгический, архаичный.

Как вы уже поняли, международная лексика отличает речь людей образованных. Простой народ, понятное дело, использует меньше. К примеру, слово «километраж». Прицениваясь к машине со вторых рук, никто не спросит: «Какой у нее километраж?» А: «Кама аса а-ото?» («Сколько этот автомобиль сделал», какой у него пробег?). Собственно, и слово «километраж» в прямом значении я никогда не слыхал. Говорят, что у человека большой «километраж» вместо «стаж». Как-то Бени Бегин охарактеризовал только что созданную партию: «им эфес километраж» – «с нулевым пробегом».

Лексикон автомобилистов почти весь состоит из чужих слов: «мотор» («манОа«), «стартер», «реверс» («задний ход»), «брэкс» («баламИм«, тормоза), «тамбон» (бампер), «тест» (проверка техсостояния машины).

Следует учесть, что иногда на иврите у международных слов смысл иной, чем в русском. Возьмите «директор». Для нас это – руководитель (предприятия, театра, школы). На иврите «директор» – член совета директоров, который в свою очередь называется «директорьон».

В одной из предыдущих глав я писал о слове «лектор», также поменявшем в Израиле профессию.

«Полиграф» тоже не то, что вы подумали. Если бы в Израиле, как в СССР, ввели День полиграфиста, то праздновали бы его не работники типографий, а спецы в другой области: «полиграфом» здесь называется детектор лжи. Ивритский аналог – «мехонАт эмЕт» («машина для выявления истины»).

Или – «hистЕрья«. Это не совсем знакомая нам «истерИя», а тем более – не «истерика».

Вот что я писал об этом слове в книге «Занимательный иврит»: «В Израиле сейчас – «hистерья свив виагра». Есть большой соблазн перевести иностранное слово дословно: «виагра (средство от импотенции) вызывает истерику», но это будет ошибкой, потому что на иврите «hистерья» чаще – и в данной фразе в том числе – означает «ажиотаж». Недавно на Втором телеканале Цвика Пик исполнял свою знаменитую песню «Дива» вместе с приехавшим сюда Филиппом Киркоровым. Ради этого случая текст песни переводили на русский язык. Пик поет: «На сцене «дива» (в смысле – «эстрадная звезда») – в зале «hистерья«. В титрах на русском написано – «истерика». А надо было – «в зале ажиотаж».

Общеизвестные международные слова любят выбирать бизнесмены в качестве названий для своих фирм – видимо, планируя выйти на международный рынок – не пойдешь же туда с таким, например, названием, как «Ахим Бузагло».

Проезжаешь мимо промышленного парка, на зданиях гордо красуется: «Парадигм», «Корекс», «Прогресс», «Максима», «Электра», «Рикошет», «Систем», «Дизайн», «Саксес» (на английском — «успех»), «Панорама», «Синхро», «Изотоп».

Деловые люди разобрали для этой цели почти весь греческий алфавит: есть фирмы «Альфа», «Гамма», «Дельта», «Омега», «Зета»… Есть инвестиционная фирма «Эпсилон». Причем, «Дельта» это не только авиакомпания, но и сеть магазинов белья. Есть газета «Глобс», есть фирма «Глобус»; кстати, если на русском «глобус» — это только макет земного шара из папье-маше, резины или другого материала, то на иврите это планета сама, сам Земной шар.

От них не отстают владельцы магазинов и клубов – по их вывескам можно изучать иностранные языки. В Ашкелоне есть банкетный зал «ОфОрия» («ЭйфорИя»); рядом с ним расположен магазин одежды «Поза», там же – магазин чего-то «Примитиви». В Герцлии видел спортзал «Корпус» (имеется в виду «торс», а не «здание»).

Магазин кожизделий «Замш» в Кфар-Сабе, там же какое-то заведение с названием «hармония».

Загадка для меня: тот, кто придумал название для сети обувных магазинов «Калигула» – он хотя бы знает, что это слово означает?

Редко встретишь фирму или заведение с хорошим еврейским названием. Например, кондитерская в промзоне Холона называется «Сулам Яаков» («Лестница Яакова»). В промзоне Кфар-Сабы есть фирма «Амудей Шломо» («Соломоновы столпы»). По дорогам страны разъезжает грузовик фирмы, которая называется «Теват Ноах» («Ноев ковчег»). Что-то там продают для братьев наших меньших. Заводик по обработке лесоматериалов «Эц а-даат» («Древо познания»), магазин нижнего женского белья «Але теэна» («Фиговый листок»).

В Герцлии есть ресторан мясных блюд «Ад а-эцем» («до кости», а также – часть библейской фразы: «ад а-эцем а-йом а-зе«, «до этих самых дней»).

В этом смысле всегда радуют хлебные магазины, они всегда называются по-домашнему: «Лехем тушиЯ» («Хлеб насыщающий«), «Лехем а-арец» («Хлеб земли«), «Лехем хукейну» («Хлеб наш насущный»)  и так далее. Соль очищает и пакует на продажу фирма «Мелах а-арец» («Соль земли»).

(Нужно обязательно оговориться: это перечисление фирм никоим образом не служит  рекламой: я понятия не имею, каково качество их услуг и товаров; оценить могу только изобретательность по части придумывания названия).

Слово «кадр» израильтяне произносят «кадер«, подразумевая: «важная перрона», «влиятельный человек», «видная фигура». Близко по смыслу слово «Калибер» (нам более знакомое по звучанию «калибр») – «птица высокого полета». Я уже обращал ваше внимание на то, что носителям иврита сложно произносить слова, в которых согласные не «прорежены» гласными. Поэтому Лувр для них «Лувер«, Герцль – «hерцель«, а город в его честь Герцлия – «hерцелия«.

Здесь уместно предупредить об одном подвохе: многие международные слова на иврите меняют свое окончание.

Например:  мы говорим: «эпизод», ивритяне – «эпизода«, мы – «лимонад», они – «лимонада«, мы – «оркестр», они – «оркестра«, мы – «диплом», они – «диплома«, мы – «полис», они – «пОлиса» («полисат битуах» – «страховой полис»).

Поначалу меня это удивляло, потом привык, вывел для себя правило: нужно все время прибавлять «а». «Анекдот – «анекдота«, «жест» – «жеста«, «лак» – «лака«, «антибиотик» – «антибиотика«, «склероз» – «склероза«, «катаракт» – «катаракта«. Арифметика простая.

Но только привыкнешь, немного расслабишься, и вдруг слышишь на иврите: «дискотек«! То есть, у нас – «дискотека», у них – «дискотек«! Мы – «пантера» – они: «пантер» («а-пантерим а-шахорим» – «черные пантеры», организация по борьбе с дискриминацией граждан восточного происхождения; один представитель такой организации – «а-пантер а-шахор«).

Мы говорим «прелюдия», они – «прелюд«, мы – «Прага» – они  «Праг«, мы «Ницца» — они «Нис«. Для нас река в Париже «Сена», для них – «»Сен«.

Главное, чтобы наоборот! Мы говорим: «Жанна д-Арк», они – «Жан д-Арк«. Мы – «сопрано» – они – «сопран«. Значит, и с другими гласными это правил действует.

Только привыкнешь, вдруг: мы – «Рим» – они – «Рома«! Мы «лимузин» – они «лимузина«. Мы «спираль» они — «спирала«. Как будто назло!

Вывод, на первый взгляд, ясен: когда у нас нет окончания «а», у них – «а», когда у нас «а» — они в пику без «а». Ладно, правило усложняется, но оно все же есть, жить можно. И уже смело так: Мы «фасад» – они «фасада«. Мы – «фора», значит, они назло: «фор«. Мы «репортаж», они – «репортажа«. Мы «гардероб», они – «гардероба«, мы «силуэт», они – «силуэта«. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять правила игры.

Но это на первый взгляд. Потому что только привыкнешь к необходимости каждый раз менять — опять бац по голове: «Фельетон». Как должно быть у них? «Фельетона»? Фиг с маслом. Тоже – «фельетон«. И «витрина» звучит как у нас, и «трибуна«.

Короче – разнобой полный.

Есть еще одна особенность: играть со звуками «ш-ч». Мы говорим: «шанс», они – «чанс«, мы говорим: «капюшон», они – «капучон«. Автомат Калашникова у них: «Калачников«. Но опять же – не торопитесь выводить закономерность: вместо «ш» везде «ч». Не везде. Мы говорим «Чикаго», они: «Шикаго«! Мы – «Мичиган», они – «Мишиган«…

А самое забавное – в народе считают, что знаменитая московская армейская баскетбольная команда называется «Че-Эс-Ка«. Даже юноши, которые родились после той исторической победы тель-авивского «Маккаби» над ЦСКА, знают дразнилку болельщиков: «У-а, ма кара? Че-Эс-Ка ахал ота

Про «охал ота» я вам рассказывал в прошлой главе.

——

 

* * *

Юрий Моор-Мурадов – драматург, прозаик, переводчик, публицист, член Союза писателей Израиля, член Союза писателей СССР. В Израиле с 1992 года, живет в Тель-Авиве. Его книги «Занимательный иврит», «Нюансы иврита» и «Прогулки с ивритом» стали бестселлерами на «русской» улице.

Для приобретения книг Юрия Моор-Мурадова:

054-7923229

ПЕЧАТАТЬ ПЕЧАТАТЬ

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

СМОТРИТЕ ДРУГИЕ СТАТЬИ НА САЙТЕ:


%d такие блоггеры, как: