Второй эшелон: после праздничка в четверг

Скандал

     Среди участников состоявшейся в Иерусалиме демонстрации выходцев из наших краев почти не было: организовала акцию протеста уцелевших в Холокосте парламентская оппозиция, а в жидких ее рядах не говорят по-русски.

 []

    В последовавшие за демонстрацией дни главы объединений уцелевших в Катастрофе вели переговоры с сотрудниками канцелярии главы правительства и минфина. К началу этой недели стороны пришли к компромиссному соглашению: восьми тысячам бывших узников концлагерей, до сих пор не получавшим от государства никакой материальной помощи, кроме стандартного пособия по старости и социальной надбавки, с октября месяца будет назначена дополнительная пенсия размером 1200 шекелей в месяц. Таким образом, их пособие увеличится и составит сумму не ниже 3400 шекелей в месяц.   Около 30.000 бывших узников гетто и лагерей, ныне получающих ежемесячную ренту от правительства Германии, в 2008 году начнут пользоваться всевозможными льготами: их освободят от налога на телевидение и от части муниципального налога («арноны»). В этих целях государство выделит 30 миллионов шекелей, то есть (делаем простейший арифметический подсчет) — по 1000 шекелей в ГОД на одного человека, а в месяц? Делим тысячу на 12 и получаем… 83 шекеля! Знакомая сумма, не правда ли?   Зато в 2009 году данная бюджетная статья возрастет до 90 миллионов шекелей (прибавка размером 3000 шекелей в ГОД на душу), но попробуй до этого дожить.   Бывшие узники лагерей и гетто, которые сумеют доказать, что по критериям Института национального страхования они находятся на социальном дне, с 2008 года начнут получать денежный подарок размером 3000 шекелей в год, то есть 250 шекелей в месяц.   Казалось бы, живи до 120-ти и радуйся! Но…   За скобками остались 85.000 душ. Так называемый «второй эшелон»: жители бывшего СССР и стран Восточной Европы, бежавшие в тыл из оккупированных нацистами городов и местечек. К ним естественным образом относится подавляющее большинство репатриантов из бывшего Советского Союза.   Ольмерт обещал рассмотреть «русский» вопрос к празднику Рош ха-Шана.   А может, нашим землякам, пережившим все бедствия эвакуации, по справедливости не положена обеспеченная старость?   Чтобы разобраться в этом, я обратилась к опубликованному на прошлой неделе отчету государственного контролера по вопросу оказания помощи уцелевшим в Холокосте.     Критерии не для всех     Согласно установленным «Клеймс конференс» международно признанным критериям, уцелевшим в Катастрофе является человек, «проживавший в государстве, находившемся под нацистской оккупацией либо под прямым ее влиянием, а также тот, кому удалось бежать из оккупированной гитлеровцами страны незадолго до начала оккупации или во время нее».   Если руководствоваться этой универсальной дефиницией, под нее подпадает подавляющее большинство пожилых репатриантов — выходцев из бывшего СССР: те, кому удалось эвакуироваться, бежали от смерти голые и босые, жили впроголодь в Сибири или в Средней Азии и тяжелейше работали на предприятиях оборонной промышленности.   Тогда отчего же этой категории не полагается никакой помощи, за исключением одноразового пособия от правительства Германии размером 5000 марок?   Ответ находим в отчете государственного контролера: оказывается, «слуги народа» не провели в кнессете закон, на основании которого можно было бы четко определить, признается гражданин уцелевшим в Холокосте или нет. Отсутствие критериев на руку государству: на формально законных основаниях оно позволяет себе НЕ планировать и НЕ осуществлять конкретных мер по оказанию помощи пережившим Холокост! Отсюда — беспросветная бедность, в которой доживает свой век на исторической родине большинство советских пенсионеров.   В конце мая с.г. новый министр благосостояния Ицхак Герцог («Авода») передал главе правительства отчет межведомственной комиссии о положении уцелевших в Катастрофе, подготовленный по инициативе генерального директора министерства Нахума Ицковича.   Один из предложенных Ицковичем пунктов программы оказания помощи старикам звучал так: приравнять к уцелевшим в Катастрофе 150 тысяч пожилых людей, ныне не имеющих права на помощь от государства. Среди них — тысячи репатриантов из бывшего СССР, которые подпадают под критерии «Клеймс конференс», как «бежавшие из-под фашистской оккупации во время нее или незадолго до ее начала».   Однако нынешний режим распорядился рекомендациями комиссии Ицковича иначе: он попытался заткнуть рот тем, кто кричит громче всех.     Крик отчаяния в свете фактов     Опубликованный на прошлой неделе отчет государственного контролера о помощи уцелевшим в Катастрофе был встречен истеблишментом в штыки, впрочем, как и результаты любой плановой проверки, проведенной ведомством судьи Михи Линденштрауса.   На сей раз политтехнологи сработали вдумчиво: чтобы нейтрализовать глав добровольных объединений бывших узников концлагерей и гетто, пиарщики отыскали в отчете убойную цифирь. За годы, истекшие после подписания Бен-Гурионом договора о репарациях (1954-2004), проживающим в нашей стране жертвам нацизма была выплачена в виде пособий общая сумма размером в три с половиной миллиарда долларов, что в четыре раза превышает размер самих репараций.   «Вон какое щедрое у нас государство!» — завопили влиятельные политические комментаторы в ответ на услужливо подсунутую им цифирь.   «Отчет государственного контролера о помощи уцелевшим в Катастрофе не пролил на проблему нового света», — констатировали Равив Друкер и Офер Шелах, ведущие пятничной передачи 10-го телеканала.   Ой ли? А может, Шелах с Друкером и другими экономически подкованными коллегами просто не потрудились полностью прочесть 32-страничный документ, опубликованный в СМИ лишь частично, с существенными купюрами?   Чтобы разобраться, я проштудировала отчет. И почерпнула в нем факты, от которых — мороз по коже.   В настоящее время в стране проживает 250.000 уцелевших в Катастрофе. «Значительная часть этих людей репатриировалась в Эрец-Исраэль, на историческую родину еврейского народа, чтобы начать здесь новую жизнь — достойную и независимую», — подчеркивает госконтролер Миха Линденштраус.   143 тысячи из четверти миллиона уцелевших не получает от государства вообще никакой помощи. 50.000 душ состоят на учете в Управлении министерства финансов по реабилитации инвалидов и получают пособие. Около 57.000 получают ренту от правительства Германии, а также от «Клеймс конференс».   Языком фактов Миха Линденштраус доказал: отношение государства к бедам и нуждам уцелевших — равнодушно-холодное. Даже в тех случаях, когда принимаются решения выделить нищим старикам бюджетные ассигнования, эти деньги поступают в фонды общественных организаций с чудовищным опозданием.   Так, в июне 2006 года Израильский Фонд благосостояния пострадавших в Катастрофе должен был получить от Минфина дополнительный бюджет размером 21.600.000 (двадцать один миллион шестьсот тысяч) шекелей. Однако эту сумму перевели на банковский счет Фонда лишь в конце года, из-за чего удалось использовать только 34% средств.   Никакого контроля над деятельностью Управления по реабилитации минфина нет. Никто не следит за сроками назначения пособий людям, оказавшимся на закате жизни в непролазной нужде. 2565 персональных дел (58%), рассмотрение которых велось Управлением в январе 2007 года, было открыто более года назад. Еще 760 дел, так и не удостоившихся внимания государства в лице Управления, было подано более 7 (семи!) лет назад.   Речь идет о группе депортированных болгарских евреев, добивавшихся через суд статуса уцелевших в Катастрофе. В октябре 2005 года суд вынес решение в их пользу, однако даже после этого бюрократическая волокита не прекратилась.   В среднем сотрудники Управления рассматривают каждое персональное дело в течение двух (!) лет, подводит черту государственный контролер. «Так как речь идет о пожилых людях, вполне возможно, что истцы уйдут в мир иной еще до того, как рассмотрение их дел закончится», — читаем в отчете.     Бюрократическая волокита     Самое сложное — добиться официального признания инвалидности, полученной в результате издевательств и преследований со стороны нацистов. Если поначалу претендент на пособие подает заявление в Управление по реабилитации, то оттуда его дело передают в медицинскую комиссию, которой и надлежит установить процент инвалидности (от него зависит размер пособия).   По закону документы должны быть переданы в медкомиссию в течение 30 дней. Еще 30 дней дается инвалиду на то, чтобы оспорить в Высшей медицинской комиссии решение низовой. Но часто ли бюрократы соблюдают установленные законом сроки?!   Нисколько не трогает госаппарат и дискриминация, которой подвергаются уцелевшие в Катастрофе еще с 50-х годов. На основании утвержденного тогда закона лиц, получивших инвалидность в результате преследования нацистами, поделили на две группы. Те, кто успел репатриироваться до 1 октября 1953 года, получают пособие из государственной казны. Другие, кто репатриировался после 1 октября 1953 года, вправе требовать компенсацию только от правительства Германии.   В отчете приводится такой факт: в 1954 году, когда данный закон обсуждался в кнессете, часть депутатов требовала уравнять размер государственного пособия с суммой ренты, назначенной правительством Германии. Однако тогдашний министр финансов (и будущий премьер-министр Израиля) Леви Эшколь отклонил это требование. С годами разница в размере пособий увеличивалась, пока в 1994 году не дошла до абсурда — 200%!   Неудивительно, что в 2007 году инвалиды, прибывшие в Израиль до 1 октября 1953 года, получают пособие размером 1040 шекелей в месяц, зато тем, кто репатриировался позже, правительство Германии выплачивает 2400 шекелей ежемесячно.   В заключительной главе Миха Линденштраус констатирует: «Государство Израиль было создано, среди прочего, на фоне трагедии, обрушившейся на еврейский народ во время Второй мировой войны. Прошедшие Холокост люди, прибывшие в Израиль по окончании войны, были полноправными участниками создания и развития государства. С учетом этих конкретно исторических обстоятельств на государстве лежит моральная обязанность полностью взять на себя заботу о благосостоянии уцелевших в Катастрофе».     Защита бедняков — дело рук самих бедняков     Сказав «А» («Наше правительство первым за всю историю страны занялось решением проблемы уцелевших в Холокосте»), Ольмерт отложил «Б» в долгий ящик.   Почуяв подвох, парламентская оппозиция пошла в атаку и стала собирать подписи депутатов, требующих в период летних каникул провести экстренное заседание кнессета.   50 подписей было собрано в считанные дни, но… спикер парламента Далия Ицик тянула время, чтобы позволить главам общественных объединений прийти к компромиссу с канцелярией премьер-министра.   В минувшее воскресенье итоги соглашения, обернутые пиарщиками в блестящий целлофан славословий, просочились в прессу.   Первой упала в обморок коалиционная НДИ.   «Фракция «Наш дом Израиль» шокирована пренебрежительным отношением главы правительства к уцелевшим в Холокосте из «второго эшелона», — читаем в распространенном НДИ пресс-релизе. — Недопустимо отделять одну человеческую трагедию от другой, кровь от крови… Если проблема «второго эшелона» незамедлительно не будет решена, фракция НДИ примет все имеющиеся в ее распоряжении меры».   В понедельник, 20 августа, депутаты явились в кнессет на экстренное заседание. Приехали в Иерусалим и главы добровольных объединений уцелевших в Катастрофе.   Спикер Далия Ицик произнесла прочувствованную речь и попросила у стариков прощения за бездеятельность всех предыдущих правительств, почти 60 лет игнорировавших их нужды.   Первым в защиту «второго эшелона» бросился депутат от «Ликуда» Юлий Эдельштейн. Его горячо поддержал рав Ицхак Леви («Национальное единство»-МАФДАЛ»):   — Вопиющая несправедливость заключается в том, что уцелевших в Холокосте поделили на две категории: узников лагерей и гетто, с одной стороны, и беженцев — с другой, — сказал он. — К последней категории, объединяющей более 80.000 человек, относятся новые репатрианты. Вот я и хочу задать правительству вопрос: что это за отговорка — Рош ха-Шана, если до праздника осталось всего две недели?! Репатриантам, видимо, забыли сообщить, в каком году на Рош ха-Шана будет решена их проблема. Ведь если правительство намеревалось оказать им реальную помощь, нужно было принять решение вчера — одновременно с резолюцией по делу старожилов. По-моему, честнее было бы сказать открыто: нет у государства денег. Аморально кормить обещаниями огромную людскую массу — более 80.000 душ! К тому же до Рош ха-Шана ровным счетом ничего не изменится: ведь госбюджет на будущий год УЖЕ утвержден Кнессетом и передан в правительство. Если до Рош ха-Шана правительство не примет конкретного решения по вопросу «второго эшелона», депутаты снова соберут подписи и потребуют провести экстренное заседание кнессета.     Техническая ошибка или кастрация?     Полную ясность внесла Колетт Авиталь, председатель добровольного парламентского объединения по увековечению памяти о Холокосте. Воздав хвалу правительству и комиссии Ицковича, она подчеркнула: в ходе переговоров с представителями уцелевших сотрудники министерства финансов постоянно пытались ввести стариков в заблуждение.   — Если бы депутат Орит Нокед не прочла под увеличительным стеклом Закон о хозяйственном регулировании на 2008 год, в его тексте так и остался бы параграф, на основании которого замораживаются ВСЕ пособия по старости, включая и те, что выплачиваются уцелевшим, — сказала она. Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы.   Обращаясь к министру финансов Рони Бар-Ону, Колетт Авиталь продолжала:   — Когда я прочла переданный мне вчера поздно вечером текст соглашения, выяснилось, что радость моя, возможно, была преждевременной.   Авиталь зачитала один из пунктов совместного документа, на основании которого, по ее словам, «государство одной рукой дает, а другой — забирает»:   «Государство Израиль обеспечит, чтобы каждый из числа узников лагерей и гетто, не имеющих в настоящее время пособия, получал от государства ежемесячно среднюю сумму размером 1200 шекелей в дополнение к выплачиваемому ему пособию по старости и социальной надбавке. Таким образом, в общем и целом государство обеспечит этой группе месячный доход размером 3400 шекелей».   — Что это означает на практике? — задалась вопросом Колетт Авиталь. — Означает ли это, что уцелевшие в Холокосте, чье пособие по старости вместе с социальной надбавкой составляет 3400 шекелей в месяц, не получат права на надбавку в размере 1200 шекелей? Что это — трюк, попытка ввести общественность в заблуждение или, как сказал мне генеральный директор министерства благосостояния, — всего лишь техническая ошибка? И можно ли внести ясность в этот параграф?   Опираясь на свой многолетний опыт борьбы за права уцелевших в Холокосте, Колетт Авиталь следующим образом квалифицировала механизм «кастрации» Минфином законопроектов, поданных депутатами:   — В ту секунду, когда утвержденные кнессетом законы поступают в минфин в целях исполнения, они выхолащиваются. Я неоднократно предупреждала о недопустимой бюрократической волоките со стороны Управления по реабилитации при рассмотрении персональных дел уцелевших, что заставляет отчаявшихся стариков обращаться в судебные органы. Мне не хотелось использовать в своей речи такие термины, как «кража», но как еще назвать поведение Управления, если рассмотрение личных дел затягивается не на месяц и даже не на год — а на семь (!) лет? Рассмотрение дел 500 человек растянулось БОЛЕЕ чем на семь лет! Неудивительно, что когда оно завершается, подателей заявлений уже нет в живых… Все мы знакомы с израильской бюрократией, но в данном случае налицо — умышленная волокита.   Еще более откровенно высказалась, обращаясь к уцелевшим в Холокосте, Захава Гальон:   — Три недели назад глава правительства передал огласке «исторически важную новость» — каждый из вас получит надбавку в размере 83 шекеля в месяц. Увидев участников демонстрации с желтыми шестиконечными звездами, премьер-министр обрушился на них с циничной критикой, позволив себе поучать порядочности уцелевших в Катастрофе. Комиссия Ицковича провела основательную работу и предложила признать уцелевшими не только узников лагерей, но и беженцев, однако ее рекомендации правительство отклонило. Вместо этого две недели подряд велись переговоры с главами объединений. Почему премьер-министр не явился на сегодняшнее заседание? Да потому, что компромиссное соглашение достигнуто «методом салями». Моя коллега Колетт Авиталь высказалась по этому поводу крайне деликатно, а я убеждена, что никакой ошибки в тексте соглашения нет. Это — преднамеренная попытка ввести общественность в заблуждение. И это унизительно. Унизительно также и то, что человеческие страдания поделили на категории: первый эшелон, второй… Нет никакой разницы между теми, кто пережил пытку Холокостом. Всем известно, что означает в Израиле обещание «после праздника». Это значит — после дождичка в четверг…   Черту подвел депутат от «Аводы» Офер Пинес:   — Если бы Анна Франк дожила до наших дней, в Израиле ее не признали бы уцелевшей в Холокосте, так как она не была узником лагеря смерти, — сказал он. И на другой же день получил по мозгам: канцелярия премьер-министра назвала высказывание Пинеса «скотством». Внимание прессы тут же переключилось на Пинеса.   Дискриминация «второго эшелона» отошла на задний план…     Фото автора   «Новости недели — Репортер», 23.08.07

1 комментарий

  1. В целом согласен со статьёй! Но когда я встречаю фамилии: Ицхак Герцог,Далия Ицик ,Офер Пинес:, Захава Гальюн,Колетт Авиталь ,люди которые на несправедливости к нам беженцам ,проводили свою политическую линию и практически ничего,до нынешнего правительства,не сделавшие тут прославляются! Мне бежавшему в 1941 г.(в возрасте 6 лет с мамой)последней ам из Винницы!,как то не по себе!

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан