Главная / Хайфаинфо - Литературная гостиная / Михаила Захарчука: Падение Украины-5

Михаила Захарчука: Падение Украины-5

Падение Украины-5

Это та роковая неотразимая грань между воспоминанием и надеждой

Продолжаем публиковать дневники писателя и военного журналиста Михаила Захарчука

Падение Украины-5

Предыдущие публикации: http://srv33250.ht-test.ru/library/2014/september/padenie-ukrainyi и http://srv33250.ht-test.ru/library/2014/october/padenie-ukrainyi-2http://rosgeroika.ru/library/2014/october/padenie-ukrainyi-3http://rosgeroika.ru/library/2014/october/padenie-ukrainyi-4http://rosgeroika.ru/library/2014/november/padenie-ukrainyi-5

Скажу без ложной скромности: нынче на резкое слово в Украине нужна не абы какая смелость. А я вообще-то человек трусливый. Тем более чем не исключаю: могу стать персоной нон грата у себя на родине. С нынешних политиков-хохлов станется. И никто не примет во внимание, что родители мои живут в Дорошовке Винницкой области.

Однако моя лютая ненависть к национализму любого окраса придает мне силу, уверенность и смелость, на которые в иных случаях я бы вряд ли, честно говоря, и решился.

Публикации в «Независимой газете» — лучшее тому доказательство.

Хотя прав, наверное, Сервантес:

«Смелость, которая не зиждется на осмотрительности, именуется безрассудством.

Подвиги же безрассудного скорее должны быть приписаны простой удаче, нежели храбрости».

 

26.04.96, пятница.

Десять лет назад случилась Чернобыльская катастрофа, — пожалуй, самая страшная техногенная трагедия за все годы существования СССР. Впрочем, тридцать лет назад в этот же день произошло землетрясение в Ташкенте. Тоже беда была большой, но она уже от человеческого фактора не зависела. В Чернобыле же случилось то, чего по здравому размышлению быть не должно. Страхующая система на наших атомных станциях самая сильная и надёжная в мире. Это действительно так, мне многие специалисты о том говорили. Сбой возможен был в пропорции: один на миллион. И он сучился.

Мне Чернобыль запомнился несколькими моментами. На следующий день после взрыва заведующий Военно-политической редакцией ТАСС Н.Комаров поставили задачу вылететь туда немедленно. Даже съездить домой за тревожным чемоданчиком времени у меня не оставалось. И тут вмешался мой старший коллега Олег Московский: «Николай Яковлевич, пошлите лучше меня. Там же сумасшедшая радиация, а он парень ещё молодой и жена у него молодая. Побережём его».

Мы оба с Комаровым прослезились. Спустя какое-то время я всё-таки вынужден был дважды съездить в Чернобыль. Но ситуация там уже была под контролем, и я «подхватил» всего пару десятков рентген. А у Олега их суммарно далеко за сотню перевалило. Возможно, и поэтому он и умер, не дотянув до шестидесяти пяти.

Рассказывал, вернувшись: «Вылетели мы с фотиком-приятелем на вертолете, чтобы сделать снимок объекта с высоты птичьего полета. Пилот вертолета спрашивает, сколько у нас рентген. Узнав, что мало, продолжает: у сестры моей жены на днях свадьба в Грузии. Мы молча слушаем и никак не можем взять в толк, при чем здесь свадьба сестры жены и наша радиация. Командир продолжает: вы не возражаете, мол, ребята, если я еще кружок над «корытом» (реактором) сделаю. Тогда нас отпустят на месяц для лечения. А медсестры там говорили, когда реактор делал очередной выброс радиоактивной энергии: «О, снова кормилец чихнул». Им солидно приплачивали за излишнее облучение. Нет, такой народ нельзя ни победить, ни истребить».

Это правда. Моя сестра Галя, как младший медработник, была мобилизована в числе первых на ликвидацию аварии. Она массажировала тех, кто заглушал полыхающий реактор, работая прямо под ним в бомбоубежище. Честно отпахала два месяца, а через полгода сама уже напросилась «под реактор». Очень уж прилично там зарабатывал. Итог: получила букет разных болячек и злокачественную опухоль.

На второй день после взрыва мне позвонил односельчанин Борис Мельник. Старше меня на три года, парень отличался некоторой чудаковатостью в поведении. Например, всегда ходил по селу так близко к заборам, что все дивились этой его причуде. Маленький, тщедушный, похожий на крохотного, тощенького журавлика, очень много читавший, он задолго до меня начал пописывать в районную и областные газеты. Поэтому я пробовал с ним подружиться. Но Борис всегда не видел меня в упор. И вдруг звонок. Не понятно, как и телефон раздобыл: «Хочу на некоторое время приехать к тебе с женой и ребёнком. Как ты на это посмотришь?» — «Да никак, Борис. У меня нет никакого желания ни тебя принимать, ни твою семью». Отец потом говорил, что я проявил неоправданную жёсткость к односельчанину. Возможно. Но не большую, чем Боря хамство и хитрожопость. Но что при этом примечательно, если не удивительно. Десять лет прошло с момента Чернобыльской трагедии, а я вспомнил именно о Борисе Мельнике. И об отцовском сетовании…

Ташкентское землетрясение тоже оставило след в моей биографии. Дело в том, что после окончания Винницкого железнодорожного техникума, меня направили на работу в дистанцию пути Среднеазиатской железной дороги — самой большой по протяжённости в Советском Союзе. Управление дороги находилось в Ташкенте. А город отстраивали посланцы со всех концов СССР. Встретил я даже бригаду монтажников из родной Винницы. И потом несколько раз писал об этом случае, когда надо было показать на примере дружбу советских народов. В хлебном городе Ташкенте она особенно зримо была воплощена. Как до этого – в Ашхабаде, а после этого – в Спитаке и Ленинакане. Кстати, везде я побывал. И везде вспоминал мудрость Аврелия Августина: «Одна и та же сила, обрушивающаяся бедствиями, добрых испытывает, очищает, отбирает, а злых отсеивает, опустошает, искореняет».

31.05.96, пятница.

Вчера играли с Якубовичем в бильярд на Ленинградском проспекте часа два. Потом я уговорил его поехать в баню возле метро Новослободская. Лёня для блезира немножко покочевряжился: «От твоего Шварца у меня точно голова будет болеть». А потом вдруг согласился. Компания была всё та же: Сергей Архипов, Александр Звягинцев, Леонид Сладков, Юра Цибизов и, разумеется, Шварц. Вроде бы ничего не обещало неожиданностей, если бы не вечно фонтанирующий шоумен. Он стал меня подначивать насчет последней моей поездки на родину.

— Мужики, может, вы что-нибудь понимаете? Но до меня лично это не доходит. Человек съездил в свою Дорошовку на Хохляндии. Ну должен же он был привезти приятелям в баню хотя бы баночку кислой капустки? Я уже молчу о самогонке. Приехать с Украины без самогонки способны лишь очень бестолковые и никчемные люди. А я Мишаню всегда имел за человека порядочного. Кто-нибудь может мне что-то сказать вразумительное по этому поводу?

Остальная публика не заставила себя ждать и тоже подпряглась меня неуклюже обрабатывать. В подобных случаях надо всегда действовать по методу английских женщин-полисменов. Их устав гласит: «Если на вас напал верзила, и вы не можете ему оказать достойное сопротивление – расслабьтесь и получите хотя бы удовольствие». Так и мне ничего не оставалось, как включиться в игру, но на конкретном её варианте. Позвонил я домой, предупредил своих, что и как нужно сложить в авоську. Затем молча натянул на голое тело брюки, накинул рубашку и в туфлях на босу ногу пошел ловить такси.

Страницы:   1 2 3 4 5 6 7 http://rosgeroika.ru/library/2014/november/padenie-ukrainyi-5 »

О Z Z

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан