Алон Пинкас, «Маарив», 12.07.2011
В последние недели в США ведется активная общественная дискуссия по теме военного вмешательства в дела Ливии. Прежде всего обсуждается конституционно-политический аспект вопроса. Основные претензии предъявлены президенту Обаме: он не просил (и не получил) разрешение конгресса на ведение военных действий в Ливии и перевод с этой целью американского армейского контингента в другой регион мира.
Аргументация президента, отвергающая подобного рода претензии, свелась к следующему: речь не идет о войне, а поэтому не было никакой необходимости обращаться в конгресс. К тому же, с формальной точки зрения, глава государства в подобном обращении не нуждается. Президент, утверждает Белый дом, является верховным командующим вооруженных сил США, и лишь продолжительная война, которая нуждается в особых бюджетных ассигнованиях, требует, согласно закону, обращения к членам конгресса.
Республиканский конгресс (а также ряд сенаторов от Демократической партии и экспертов в законодательной сфере) утверждает, что президент нарушил Закон о полномочиях от 1973 года. Этот закон, который был принят в период завершения войны во Вьетнаме, а также после публикации документов Пентагона, свидетельствующих о многочисленных правонарушениях со стороны американской администрации, был призван наказать президента Никсона и предотвратить в будущем подобное развитие событий. Особенно это касалось колоссальных средств, потраченных на ведение провальной войны, мобилизованных президентами Кеннеди и Джонсоном, начиная с 1963 года.
Согласно этому закону, президент имеет право объявить войну лишь в случае чрезвычайного положения, когда существует непосредственная угроза безопасности США. Он обязан сообщить о своем решении конгрессу в течение 48 часов с момента объявления войны. Если конгресс не утвердит это решение, основной армейский контингент имеет право оставаться в зоне военных действий не более 60 дней. Еще 30 дней дается на отступление.
Обама, утверждают республиканцы, нарушил этот закон по всем его параграфам. Действия в Ливии, отвечает президент, войной не являются. Хотя эта дискуссия носит конституционный характер и касается особенностей американской системы правления, есть в ней и политический аспект: кто на самом деле обладает полномочиями вступать в войну, кто несет ответственность за ведение войны и за ее результаты, кто определяет жизненно важные интересы государства?
На первый взгляд, эта вся эта вашингтонская дискуссия нерелевантна для Израиля – ни в конституционно-законодательном плане, ни в отношении последней войны в нашем регионе – Второй Ливанской. Между тем, на теоретическом уровне, если бы война 2006 года была рассмотрена через призму американского Закона о полномочиях, мы получили бы очень интересные и важные для будущего страны и общества результаты. Давайте представим такой сценарий. В июле 2006 года израильское правительство решает незамедлительно отреагировать на похищение и убийство солдат ЦАХАЛа в районе ливанской границы. Премьер-министр Эхуд Ольмерт провозглашает чрезвычайное положение в национальных масштабах.
В течение 48 часов Ольмерт обращается в кнессет и просит санкционировать длительное ведение боевых действий (более 60 дней).
Кнессет утверждает просьбу главы правительства большинством голосов (98 против 22).
И на этом заканчивается, так и не начавшись, конституционный спор. Начинается война – ракетные обстрелы, убитые, резолюция ООН за номером 1701, а позднее – комиссия Винограда и отставка министра обороны.
Если анализировать события лета 2006-го года в соответствии с американским Законом о полномочиях, то возникает главный вопрос: имело ли место «чрезвычайное положение в национальных масштабах» в июле 2006 года?
Находились ли израильские стратегические интересы под угрозой, требующей немедленных действий подобного рода?
Существовали ли иные методы – военные и политические – ведения этой войны?
Критика Второй Ливанской, раздающаяся в адрес тогдашнего правительства, очень часто содержит многочисленные преувеличения. Однако и сторонники решения кабинета Ольмерта непомерно раздувают успехи Второй Ливанской, отказываясь признавать колоссальные ошибки, допущенные политическим и армейским руководством, и сомнительные результаты этой войны.
Те, кто с гордостью рассуждают сегодня об успехе «стратегического сдерживания» и о «спокойной границе», забывают упомянуть, что «Хизбалла», которая в 2006 году имела 12 тысяч ракет, сегодня располагает сорока тысячью.
Северная граница «спокойна», потому что это служит интересам «Хизбаллы», а не потому что шиитскую группировку пугает возможное противостояние с ЦАХАЛом.
Израильский тыл по-прежнему лишен реальной и эффективной защиты. Возможности армии ограничены в силу политических причин, и международная легитимность военных действий Израиля находится под вопросом.
http://cursorinfo.co.il/news/pressa/2011/07/12/war_l/
Александр Волк ( волонтер до 2021)
Хайфа
Мы сегодня в безопастности: …»граница спокойна,потому, что это служит интересам «хизбалы»…
Стоп! А более чем неограниченный бюджет армии,а сама армия наша? Это не в счет? Предлагается надеяться на интересы и настрой «хизбалы» с его провонявшим лидером? А может не нужно жить по принципу: страна,которую имеет армия! Может наоборот???
Но я категорически НЕ ХОЧУ еще раз эвакуировать своих родичей из Хайфы,да и не за что! Финансы.выделенные г-вом Германия, за эвакуацию
в 1941 году — израсходованы в эвакуацию из Хайфы в 2006г.Родное-еврейское г-во в расходах по компенсации не участвовало!
Обидно? Досадно? Да ладно!