Израиль готовится к возобновлению войны с ХАМАС: почему вторая стадия соглашения так и не началась

После встречи премьер-министра Израиля Биньямин Нетаниягу с Дональд Трамп формально было заявлено о согласии перейти ко второй стадии соглашения о прекращении огня в секторе Газа. Однако в израильском политическом и военном руководстве этот этап изначально рассматривался как малореалистичный. Уже сейчас становится очевидно: вторая стадия не запускается, а ЦАХАЛ готовится к возобновлению активных боевых действий против ХАМАС.

Ситуация в Газе развивается не как дипломатический процесс, а как отложенный военный сценарий. Перемирие не устранило ни одного из ключевых противоречий и не создало механизма контроля над сектором. В этом смысле разговоры о второй стадии соглашения лишь маскируют более глубокий кризис всей конструкции «поэтапного урегулирования».

ХАМАС: отказ от компромисса и уверенность в собственной неуязвимости

Ключевой причиной срыва второй стадии стало поведение самого ХАМАСа. Организация категорически отказалась рассматривать любые варианты разоружения — как перед Израилем, так и перед арабскими или международными структурами. Речь не идёт даже о символических шагах: ХАМАС не готов передавать оружие, делиться контролем или соглашаться на гражданское управление сектора.

Более того, ХАМАС действует как структура, уверенная в своей стратегической устойчивости. После прекращения огня в сектор вновь пошёл поток денег от внешних спонсоров. Эти средства позволили:

• возобновить регулярные выплаты боевикам;
• восстановить элементы командной структуры;
• приступить к ремонту повреждённой туннельной сети;
• укрепить контроль над гражданской инфраструктурой Газы.

Фактически перемирие дало ХАМАСу то, чего он не смог добиться во время войны, — время и ресурсы для восстановления. Именно поэтому в Израиле всё чаще звучит жёсткий вывод: организация не чувствует себя проигравшей и не видит причин уступать.

Региональный фактор: Турция и сигнал «продержитесь»

Отдельное раздражение в Иерусалиме вызывает позиция региональных игроков, прежде всего Турция. По оценкам израильских источников, Анкара не просто не возражает против сохранения ХАМАСа в Газе, но фактически транслирует сигнал, что достаточно продержаться, и давление ослабнет.

Этот сигнал усиливает уверенность ХАМАСа в том, что:

• международное сообщество не готово к силовому демонтажу его власти;
• арабский мир не предложит реальной альтернативы управления сектором;
• любая новая пауза будет использована для дальнейшего укрепления позиций.

Для Израиля это означает, что вторая стадия соглашения блокируется не только самим ХАМАСом, но и внешней политической средой, которая не заинтересована в его уходе из Газы.

Американский фактор: угрозы без инструмента давления

Со стороны США звучат жёсткие заявления. Дональд Трамп прямо предупреждал ХАМАС о «адской цене» за отказ разоружаться. Однако на практике Израиль не видит у Вашингтона эффективных инструментов принуждения.

Американские посредники продолжают настаивать на сохранении режима прекращения огня даже при полном игнорировании его ключевых условий. Более того, вместо демонтажа военной инфраструктуры ХАМАСа продвигаются экономические концепции развития Газы — от инвестиционных проектов до идеи превращения сектора в региональный бизнес-хаб. В Израиле подобный подход воспринимается как опасная иллюзия: экономика без безопасности лишь закрепляет власть вооружённой группировки.

Почему март: военная логика и внутренняя политика

В израильском истеблишменте всё чаще звучит ориентир на март как возможный момент возобновления активной фазы войны. Этот срок выбран не случайно.

С одной стороны, армии требуется время для корректировки планов с учётом изменившейся реальности в Газе. С другой — существует жёсткая внутренняя привязка к политическому календарю. До конца марта Кнессет должен утвердить государственный бюджет. Его провал автоматически приведёт к досрочным выборам.

На фоне конфликта с ультрарелигиозными партиями по закону о призыве и финансированию их образовательных структур фактор войны становится инструментом стабилизации коалиции. Возобновление боевых действий:

• снижает вероятность политического бунта;
• усиливает аргументы в пользу «ответственного голосования» за бюджет;
• позволяет консолидировать правый лагерь вокруг темы безопасности.

Таким образом, март — это точка пересечения военных расчётов и внутриполитической необходимости.

Вывод: молчаливое признание неизбежности

Совокупность факторов — отказ ХАМАСа от любых компромиссов, его уверенность, подкреплённая деньгами и региональной поддержкой, слабость международных механизмов давления и внутренняя политическая логика — приводит Израиль к жёсткому, но всё более очевидному выводу: вторая стадия соглашения не работает и, скорее всего, уже мертва.

Речь идёт не о политической битве между правыми и левыми. Израильская пресса фиксирует редкий консенсус: альтернативы силовому сценарию пока не существует. Именно поэтому правительство готовит армию к действиям и оставляет за собой право выбрать момент удара самостоятельно.

Вместо точки

Если март станет точкой возврата к войне, это будет означать не просто возобновление боевых действий, а окончательный крах логики «поэтапного урегулирования» в Газе. Открытым остаётся вопрос: пойдёт ли Израиль на ограниченную операцию или попытается навязать принципиально новую модель контроля над сектором — и насколько далеко он готов зайти, понимая, что регион и международная среда больше не предлагают рабочих решений.

Марк”с” Колярский