Один из иранских депутатов, входящий в энергетическую…
Дорон Пескин, эксперт по ближневосточной экономике, поясняет: чтобы понять масштаб произошедшего и оценить нанесенный ущерб, следует учитывать, что ранее на Южном Парсе добывалось около 711 миллионов кубометров в день. То есть речь идёт о снижении примерно на 28% добычи на крупнейшем газовом месторождении Ирана. И это не просто ещё одно месторождение — Южный Парс обеспечивает от 70% до 75% всей газодобычи страны.
Финансовые потери также значительны. По оценкам, озвученным в Иране, один кубометр газа стоит примерно 30–40 центов. Это означает потенциальные потери в размере 60–80 миллионов долларов в день, или от 1,8 до 2,4 миллиарда долларов в месяц, пока ущерб не устранён.
Однако дело не ограничивается самим газом. Газ с Южного Парса обеспечивает работу электростанций, промышленности и нефтехимического сектора. В стране, где около 85% электроэнергии производится на газе, это не только удар по доходам, но и прямая угроза производству, энергоснабжению и одному из ключевых источников валютных поступлений Ирана. Только нефтехимическая отрасль недавно сообщала о продажах на сумму 29,1 миллиарда долларов.
Итог: в Тегеране пытаются демонстрировать стабильность, но цифры говорят сами за себя. Удар по Южному Парсу — это не локальный инцидент, а поражение ключевой энергетической артерии страны, за которым может последовать давление на электроэнергетику, промышленность, валютные поступления и экономическую стабильность в целом.
