Когда объединение оппозиции превращается не в борьбу за власть, а в эвакуацию депутатов.
Израильская оппозиция снова попыталась показать единство, но получила новый внутренний кризис. Объединение Беннета и Лапида должно было стать началом большой кампании против Нетаньяху, однако быстро превратилось в проблему для самого Лапида. Вместо усиления блока «Еш Атид» столкнулась с главным вопросом: кто из её депутатов вообще сохранит место в следующем Кнессете.
Главная проблема Лапида теперь даже не в Нетаньяху. Его главная проблема — сам Лапид. После объединения с Беннетом стало ясно, что реальный вес «Еш Атид» в новом блоке может оказаться в несколько раз меньше веса Беннета. А судя по последнему опросу рейтинг Лапида упал до двух мандатов, ведь именно столько он прибавил Беннету своим приходом. И думаю, это заметили многие и не только в лагере Беннета. А это значит простую вещь: многие нынешние депутаты Лапида в следующий Кнессет уже не проходят.
И тут началось самое интересное. Элазар Штерн фактически первым показал направление движения: с корабля Лапида можно и нужно уходить заранее, пока он ещё не окончательно ушёл под воду. Штерн уже смотрит в сторону партии Гади Айзенкота «Яшар!». И это не идейная драма, не борьба мировоззрений, не спор о будущем Израиля. Это обычная парламентская арифметика: где выше шанс сохранить кресло, туда и ведёт политическая совесть. Кстати, для Штерна это будет уже третья партия.
Не исключено, что следом за Штерном из «Еш Атид» могут потянуться и другие. В прошлые годы партию уже покинули Офер Шелах, Ади Коль, Шай Пирон, Яков Пери и Идан Роль. Один из ветеранов «Еш Атид» Меир Коэн собирается сменить Кнессет на кресло главы ККЛ.
Оппозиция любит объяснять избирателю, что его интересуют программы, списки, реформы и ценности. Опросы, особенно правильно интерпретированные, это вроде бы подтверждают. Но израильский избиратель устроен проще и честнее: ему важно, кто стоит во главе списка. Не буклет, не лозунг, не экономическая программа на 80 страниц, а фамилия наверху.
Именно поэтому вокруг имён, а не вокруг идей, сегодня и складываются рейтинги. Беннет тянет вверх, Лапид тянет вниз. Айзенкот пытается стать новым центром притяжения. А депутаты, как опытные пассажиры политического «Титаника», уже прислушиваются: где играет оркестр, а где открывают спасательные шлюпки.
Айзенкот, похоже, действительно поверил в опросы — и, что важнее, в собственное место на израильском Олимпе. Поэтому он не хочет быть вторым. Только первым. Но пока его команда выглядит не как партия, а как выставка профессиональных биографий для публики: экономисты, бывшие силовики, управленцы, серьёзные люди в серьёзных костюмах. Депутатов пока можно не собирать — сначала надо показать витрину.
В этом и заключается главный парадокс. Оппозиция формально растёт, но не расширяется. Она не привлекает новый электорат, а просто перекладывает старый из одного кармана в другой. Лапид теряет, Айзенкот подбирает, Беннет считает мандаты. Избиратель наблюдает. Нетаньяху, вероятно, тоже.
В итоге предвыборная кампания всё больше напоминает не борьбу за власть, а внутренний кастинг оппозиции: кто будет главным лицом поражения, кто попадёт в список, а кто вовремя сбежит с тонущего корабля.
И если Лапид рассчитывал, что объединение с Беннетом станет началом большого возвращения, то пока оно больше похоже на политическую эвакуацию. Причём первыми бегут не избиратели. Первыми бегут депутаты.
Урий Бенбарух
