Баррак недоволен: Израиль посмел защищать себя без…
Посол США в Турции и спецпосланник Вашингтона по Сирии Том Баррак раскритиковал израильский удар по авиабазе Абу аль-Духур в Сирии, назвав его «ненужной эскалацией, которая не способствует региональной стабильности».
Иными словами, по версии американского дипломата, Израилю следовало бы сначала ещё немного поговорить. Желательно — до тех пор, пока потенциальная угроза не превратится в вполне реальную.
Проблема только в одном: Израиль, судя по всему, как раз пытался разговаривать.
По словам самого Баррака, Израиль заранее сообщил США и Сирии о своих опасениях относительно возможного размещения на базе турецких военных.
Дамаск ответил, что никаких турецких военнослужащих и вооружений там нет и вообще ничего враждебного не происходит.
Вашингтон, проявив свойственную американской дипломатии любовь к механизмам, создал специальный «механизм координации», чтобы Израиль, Турция и Сирия могли продолжать спокойно обсуждать ситуацию.
А потом Израиль взял и нанёс удар.
Как невежливо.
Восемь израильских ударов пришлись по взлётной полосе и объектам авиабазы. По имеющимся данным, пострадавших не было.
И вот тут господин Баррак, очевидно, почувствовал, что дипломатическая конструкция слегка недооценена.
Он призвал Израиль решать разногласия с Турцией посредством официальных или неофициальных переговоров. Особенно убедительно прозвучало его напоминание, что Анкара «открыто заявила, что не занимает агрессивной или наступательной позиции по отношению к Израилю».
Ну конечно. Турция сказала, что не агрессивна. Что же ещё нужно для полного спокойствия? Можно, наверное, просто попросить Иран тоже письменно подтвердить, что ядерная программа исключительно мирная — и закрыть вопрос. Особенно забавно, что тот же Баррак признаёт: ситуация создала реальный риск прямого столкновения между Израилем и Турцией.
То есть логика примерно следующая:
Израиль:
«Если на базе появятся турецкие силы, мы будем считать это угрозой».
Сирия:
«Их там нет».
Израиль:
«Хорошо. А можно проверить?»
Вашингтон:
«Давайте создадим механизм координации».
Израиль:
«Хорошо».
Израиль спустя некоторое время:
«Похоже, угроза всё-таки существует».
Вашингтон:
«Как вы могли так эскалировать?! Мы же создали механизм!»
Получается прекрасная дипломатическая схема: сначала стороны создают комиссию, чтобы определить, существует ли проблема; затем создают механизм, чтобы комиссия могла продолжить работу; а когда одна из сторон всё-таки принимает решение исходя из собственных интересов безопасности — виноватой оказывается именно она, потому что недостаточно долго участвовала в заседаниях.
Но есть ещё один маленький нюанс.
Речь идёт не о каком-нибудь швейцарском кантоне, который внезапно решил построить военную базу на Голанах.
Речь идёт о Турции — государстве с одной из крупнейших армий НАТО, которое активно укрепляет своё влияние в новой Сирии и участвует в восстановлении сирийской военной инфраструктуры.
Поэтому израильская логика выглядит несколько иначе: неважно, что Анкара говорит сегодня. Важно, какие возможности она получает завтра.
И здесь возникает принципиальный вопрос к господину Барраку.
Сколько именно переговоров необходимо провести, прежде чем Израиль получает право считать потенциальную угрозу угрозой?
Десять? Сто? Или, может быть, дождаться, пока турецкие военные уже развернутся на базе, а затем деликатно попросить их не делать ничего неприятного?
Проблема дипломатии, построенной исключительно на заверениях, в том, что ракеты, самолёты и военные базы почему-то не всегда интересуются дипломатическими формулировками.
Барраку стоит объяснить одну простую вещь: Израиль не обязан ждать, пока американский механизм координации наконец определит, является ли потенциальная угроза потенциальной.
У Израиля, к сожалению, есть историческая привычка относиться к подобным вещам несколько серьёзнее.