Вчера — непримиримые противники, сегодня — возможные партнёры. Кого выберет Либерман ради создания новой коалиции?
Политическая трагикомедия в действиях. Первое — до выборов, второе — после, третье — за закрытыми дверями коалиционных переговоров.
В израильской политике обнаружен новый фундаментальный принцип государственного управления: вовремя предать — это не предать, это предвидеть! Причём чем громче политик вчера клялся в собственной непримиримости, тем убедительнее сегодня он объясняет, почему национальные интересы требуют немедленно забыть его вчерашние клятвы.
Выборы закончились всего десять дней назад. Избиратели ещё не успели отойти от праздничной атмосферы демократии, а некоторые политики уже приступили к самой ответственной части избирательной кампании — пересмотру собственных предвыборных обещаний.
Первым на этой увлекательной дороге оказался Авигдор Либерман, лидер партии «Наш дом — Израиль», ещё недавно выступавший едва ли не главным борцом с ультраортодоксальными партиями и требовавший обязательного призыва харедим в армию.
И вот 6 ноября произошло небольшое политическое чудо. Либерман объявил о готовности к болезненным компромиссам, включая вопрос призыва ультраортодоксов, ради формирования правительства без Биньямина Нетаниягу. Нет, он не отказался от своих принципов! Боже упаси! Просто принципы оказались несколько менее принципиальными, чем необходимость создания правильного правительства.
И всё это, разумеется, исключительно ради спасения государства.
Действие первое.
Предвыборная непримиримость — товар высшего качества
Помните избирательную кампанию? Сколько было громких заявлений! Сколько категорических обещаний! Сколько политических красных линий, за которые нельзя было переступать ни при каких обстоятельствах!
Либерман годами строил значительную часть своей политической платформы на противостоянии ультраортодоксальным партиям. Призыв харедим, равенство гражданских обязанностей, прекращение политических уступок религиозным фракциям — всё это представлялось вопросами принципа.
Избирателям предлагалось поверить: голосуя за НДИ, они голосуют не просто за семь депутатских мандатов, а за политика, который никогда не обменяет свои убеждения на коалиционные договорённости.
Однако ещё 18 октября в нашей статье «Либерман и навязчивая идея о кресле премьер-министра: семь мандатов, одна мечта и никаких компромиссов» мы обратили внимание на удивительную особенность его политической стратегии.
Либерман категорически отказывался от одних комбинаций, блокировал другие, исключал сотрудничество с третьими, но при этом оставлял себе возможность стать незаменимым участником будущих переговоров. Мы тогда написали: «В политике ведь главное — вовремя объяснить, что вчерашняя принципиальность была необходима для спасения государства».
Вторая половина этой мысли сегодня практически превратилась в инструкцию по формированию коалиции. И что особенно забавно: для подобных предсказаний совершенно необязательно быть пророком. Достаточно немного знать историю израильского парламентаризма и понимать, что предвыборная принципиальность обычно заканчивается именно там, где начинается распределение министерских кресел.
Действие второе.
Государство требует жертв. Желательно от избирателей
6 ноября Либерман сообщил, что ради формирования правительства без Нетаниягу необходимо искать компромиссы, в том числе по вопросу закона о призыве. Более того, он призвал пересмотреть прежний политический курс, учитывать новую парламентскую реальность и думать на несколько ходов вперёд. Замечательная шахматная стратегия!
До выборов избирателям объясняли, что уступки ультраортодоксам недопустимы. После выборов выяснилось, что без этих уступок невозможно спасти государство. Причём обе позиции, как ни удивительно, объявляются выражением одной и той же национальной ответственности.
Вчера национальная ответственность требовала не садиться за один стол с харедим. Сегодня национальная ответственность требует найти возможность сесть с ними за тот же стол. Вероятно, завтра национальная ответственность потребует объяснить, что именно за этим столом и было подписано.
Особенно трогательно прозвучало признание Либермана, что компромисс по призыву причиняет ему боль. Представляете масштаб личной трагедии? Политик страдает. Избиратели переживают. Принципы отступают. Но государство надо спасать!
И здесь, пожалуй, следует вспомнить старую формулу: всё для фронта, всё для победы! Только фронт теперь коалиционный, победа парламентская, а жертвовать предлагается не собственными политическими амбициями, а обязательствами, данными гражданам. Главное — победить Нетаниягу. А кого придётся взять в союзники, какие обещания забыть и какие принципы временно положить на полку — это уже технические вопросы. В конце концов, кто сказал, что перед выборами и после выборов политик обязан придерживаться одной программы? Так ведь никакой политической гибкости не останется!
Действие третье.
Мы об этом предупреждали
22 октября, за пять дней до голосования, на сайте нашего института появилась статья «Золотые горы израильской оппозиции, или Как поделить то, чего ещё нет и вряд ли будет?». Мы тогда подробно разобрали предвыборные программы оппозиционных партий и обратили внимание на простую проблему: каждая партия предлагает избирателям собственное счастливое будущее, но никто толком не объясняет, как все эти варианты будут сосуществовать в одном правительстве.
И главное — какие обещания придётся принести в жертву ради создания коалиции. Наш вывод был достаточно прост: после выборов начинаются не столько поиски общей программы, сколько поиски того, чем каждый участник готов пожертвовать, чтобы попасть во власть.
Сегодня мы наблюдаем первые признаки именно этого процесса. Особенно показательна история с законом о призыве. Ведь речь идёт не о второстепенном пункте предвыборной программы НДИ. Именно противостояние политическим требованиям ультраортодоксальных партий долгие годы оставалось одной из наиболее узнаваемых позиций Либермана.
Но достаточно было закончиться выборам, как выяснилось, что существуют интересы поважнее. Например, не допустить очередных выборов. Или не допустить продолжения правления Нетаниягу. Или создать коалицию из 61 депутата.
А вопросы призыва, социальной справедливости, светского характера государства и прочие предвыборные обязательства можно будет обсудить позднее. В рабочем порядке. Возможно, даже создать специальную комиссию.
Действие четвёртое.
Искусственный интеллект оказался недостаточно циничным
Но самое любопытное заключается в другом. 28 октября, уже после голосования, мы опубликовали исследование «Израиль после выборов: одиннадцать сценариев формирования правительства. Что предсказывает искусственный интеллект?». В нём мы рассматривали различные варианты создания нового кабинета и специально выделили сценарий № 4 — переход ультраортодоксальных партий в лагерь Айзенкота. Тогда эта комбинация выглядела политически крайне противоречивой. Слишком уж много взаимных обвинений, красных линий и публичных обещаний разделяло потенциальных партнёров.
Тем не менее модель показывала: парламентская арифметика может заставить политиков пересмотреть свою непримиримость.
Прошло девять дней. И вот уже Либерман, один из главных противников подобной конструкции, публично допускает переговоры и компромиссы. Более того, его расчёт предполагает создание правительства из 61 депутата с возможным последующим присоединением ещё трёх-четырёх представителей «Ликуда».
А ведь именно возможность последующего переформатирования парламентского большинства была одной из центральных идей нашего сценарного анализа.
Разумеется, говорить, что прогноз уже полностью осуществился, преждевременно. Правительство ещё не сформировано, ультраортодоксальные партии не подписали соглашений, а реальная цена компромиссов пока неизвестна. Но направление движения оказалось весьма знакомым.
И здесь возникает почти философский вопрос: зачем вообще привлекать искусственный интеллект, чтобы предсказывать поведение израильских политиков? Достаточно вспомнить, что у каждого политика есть принципы, которые он никогда не нарушит. До тех пор, пока не возникнет необходимость сформировать правительство.
Действие пятое.
Предательство отменяется. Объявляется национальная ответственность
Самое удивительное — это даже не готовность Либермана к компромиссам. Политические компромиссы в парламентской демократии совершенно нормальны. Без них невозможно создать многопартийное правительство.
Вопрос заключается в другом. Где заканчивается допустимый политический компромисс и начинается отказ от принципов, ради которых граждане отдавали свои голоса?
Если избирателю годами объясняли, что уступки ультраортодоксам недопустимы, почему через десять дней после выборов эти уступки вдруг становятся проявлением государственной мудрости? Что изменилось за эти десять дней? Угроза безопасности государства? Экономическая ситуация? Положение армии? Или всего лишь выяснилось, что для создания коалиции не хватает тринадцати депутатских мандатов?
Особенно интересно, что Либерман пока не объяснил, на какие конкретно уступки по вопросу призыва он готов согласиться. Но сама готовность к пересмотру позиции уже объявлена. В политической торговле это называется открытием переговоров. В предвыборной программе подобное обычно называлось бы недопустимой уступкой.
И вот тут мы подходим к главному достижению современной израильской политической мысли. Предать собственное обещание — нехорошо. Но если сделать это вовремя, ради спасения государства, то оказывается, что это уже не предательство, а политическое предвидение.
Особенно если государство надо спасать от политического противника, которого ещё вчера обещали победить исключительно собственными принципами.
Финальная сцена
Сионистское правительство. С арабской арифметикой
Но есть ещё одна замечательная особенность происходящего политического спектакля. Авигдор Либерман годами убеждал избирателей, что Израилем должно управлять исключительно сионистское правительство. Никакой зависимости от арабских партий, никаких компромиссов с их политическими требованиями!
Казалось бы, принцип железный. И вот Гади Айзенкот приходит к президенту Герцогу с поддержкой 67 депутатов Кнессета. Впечатляющая цифра! Почти готовое парламентское большинство! Только есть небольшая арифметическая подробность, которую почему-то не очень любят обсуждать сторонники нового правительства.
Из этих 67 депутатов целых 19 представляют арабские партии. Почти 30 процентов!
То есть исключительно сионистское правительство пока существует в количестве 48 депутатов. А чтобы оно выглядело парламентским большинством, понадобились рекомендации ещё 19 представителей тех самых арабских партий, от зависимости от которых Либерман категорически отказывается. Получается замечательная политическая конструкция: арабские голоса для получения мандата на формирование правительства учитывать можно, а для формирования самого правительства — уже нельзя. Конечно, рекомендация президенту и участие в коалиции — вещи разные. Но политическая арифметика от этого не становится менее забавной.
Вчера Либерман требовал не допускать зависимости от арабских партий. Сегодня поддерживает кандидата, который получил большинство рекомендаций именно благодаря их голосам. А завтра предлагает найти недостающие мандаты у ультраортодоксов, против политических уступок которым построил значительную часть собственной избирательной кампании.
И здесь возникает вопрос: каким же должно быть новое правительство — сионистским, светским или просто любым, лишь бы без Нетаниягу? Впрочем, ответ, похоже, уже известен. Главное — избавиться от Биби.
А потом можно будет объяснить избирателям, что вчерашние принципы никуда не исчезли. Они просто временно отправлены в отпуск ради спасения государства. Причём отпуск этот, судя по всему, может продлиться все четыре года парламентской каденци
Вместо эпилога. Главное — победить, потом разберёмся
Итак, первые десять дней после выборов уже подарили нам весьма поучительную картину. Вчерашние непримиримые противники начинают искать возможности сотрудничества. Категорические обещания превращаются в предмет переговоров. А многолетние идеологические разногласия постепенно уступают место главному политическому лозунгу: «Только не Биби!»
В принципе, всё достаточно логично. Ведь если главная цель — устранение Нетаниягу, то все остальные цели автоматически становятся второстепенными. Призыв харедим? Обсудим. Равенство гражданских обязанностей? Постепенно. Светское государство? В перспективе. Предвыборные обещания? После формирования коалиции. Главное — победа!
Но особую пикантность ситуации придаёт знаменитое требование Либермана сформировать исключительно «сионистское правительство». Как выясняется, у этой красивой формулы есть одна небольшая арифметическая проблема. Из 67 депутатов, рекомендовавших Айзенкота на пост премьер-министра, 19 представляют арабские партии. Без их рекомендаций впечатляющие 67 превращаются в довольно скромные 48. Получается удивительная конструкция: сионистское правительство хотят сформировать без арабских партий, но политическое большинство в поддержку кандидатуры его будущего главы возникло именно благодаря арабским депутатам! Разумеется, рекомендации президенту ещё не означают участия в коалиции. Однако политический парадокс от этого никуда не исчезает. А если для создания самого правительства придётся договариваться ещё и с ультраортодоксальными партиями, то от предвыборной непримиримости Либермана останется разве что его собственная фотография на избирательном плакате.
Вполне возможно, что новое правительство действительно будет сформировано. Возможно, оно даже окажется успешным и устойчивым. Но уже сегодня перед израильскими избирателями встаёт вопрос, который мы задавали ещё до выборов: за что именно они голосовали — за политические убеждения своих представителей или за право этих представителей самостоятельно определять, какие убеждения ещё действуют, а какие уже мешают формированию правительства?
А мы, пожалуй, продолжим наблюдать. Не потому, что претендуем на роль пророков в собственном отечестве. Просто в израильской политике совершенно необязательно быть пророком, чтобы предсказать очередное превращение непримиримого принципа в ответственный государственный компромисс. Достаточно дождаться окончания выборов.
PS. Говорят «хорошая мысля» всегда приходит опосля.
И почитав последние заявления Либермана у нас родился новый сценарий
Действие шестое.
Фантастический сценарий: Либерман — спаситель сионистского правительства
А теперь позволим себе немного политической фантастики. В конце концов, если Авигдор Либерман предлагает думать на три-четыре шахматных хода вперёд, почему бы нам не попробовать заглянуть хотя бы на пять? А что, если все сегодняшние политические колебания Либермана — вовсе не свидетельство растерянности, а часть большой комбинации по созданию настоящего светского, сионистского правительства?
Представим следующую картину. Гади Айзенкот, Нафтали Беннет и Яир Лапид продолжают переговоры о создании чрезвычайного правительства. Для получения парламентской поддержки они вынуждены договариваться с арабскими партиями, располагающими 19 мандатами. В результате у сторонников смены власти оказываются те самые 67 голосов, о которых сегодня так много говорят.
Но наступает решающий момент. Либерман неожиданно не приходит на голосование. Не голосует ни за, ни против. Семь депутатов НДИ остаются в стороне, а правительство Айзенкота получает 60 голосов при отсутствии семерых парламентариев и формально достаточном большинстве голосующих. И вот уже Айзенкот — премьер-министр! Нетаньяху отстранён! Оппозиция празднует победу! Но праздник продолжается недолго.
Выясняется, что новое правительство существует исключительно благодаря парламентской поддержке арабских партий. А если для укрепления конструкции к нему присоединятся ещё несколько ультраортодоксальных депутатов, политическая картина станет окончательно восхитительной: светские сионистские лидеры, обещавшие избирателям новое будущее, оказываются между требованиями арабских представителей и ультраортодоксальных политиков. И всё это, разумеется, во имя спасения Израиля!
А где же Либерман? А Либерман чист! Он не участвовал в создании этого правительства, не голосовал за него, не договаривался с арабами и не подписывал соглашений с харедим. Во всяком случае, именно так он сможет объяснить собственное поведение избирателям.
Проходит некоторое время. Коалиция погружается в бесконечные противоречия. Каждый партнёр требует выполнения обещаний, которые остальные партнёры выполнять совершенно не собираются.
И вот в самый драматический момент на политическую сцену выходит Авигдор Либерман. Он торжественно объявляет, что предупреждал всех заранее. Что правительство меньшинства нежизнеспособно. Что нельзя строить будущее государства на противоречивых союзах. Что стране необходимо настоящее, стабильное, ответственное, светское и сионистское правительство. И предлагает новую комбинацию: «Ликуд» без Нетаньяху, Айзенкот, Беннет, «Демократы» и, конечно же, НДИ.
При нынешнем распределении мандатов такая пятёрка теоретически располагает 75 депутатскими местами. Даже без «Демократов» получается 67 мандатов. Никаких арабских партий. Никаких ультраортодоксов. Широкая сионистская коалиция, о которой Либерман говорил ещё до выборов! И кто же её создатель? Кто оказался единственным политиком, сумевшим предвидеть кризис, переждать чужие ошибки и предложить спасительное решение? Разумеется, Авигдор Либерман! Ура! Ура! Ура!
Правда, остаются небольшие технические вопросы. Например, почему «Ликуд» вдруг решит избавиться от Нетаньяху? Каким образом удастся примирить экономические, социальные и политические программы пяти партий? И главное — кто станет премьер-министром? Айзенкот? Беннет? Представитель «Ликуда»? Или сам великий шахматист Либерман?
Ротация четырёх претендентов на премьерское кресло выглядела бы замечательно в политическом цирке, но несколько затруднительно в государственном управлении. Тем более что сам Либерман уже объявил ротацию вредным механизмом, от которого необходимо отказаться. Конечно, вероятность подобного развития событий невелика. Слишком много для этого требуется совпадений, добровольных политических самоубийств и внезапных приступов государственного мышления у партийных лидеров.
Но разве современная израильская политика не приучила нас к тому, что вчерашняя фантастика завтра становится предметом вполне серьёзных коалиционных переговоров? И если вдруг эта невероятная комбинация осуществится, останется признать: Либерман действительно думал на несколько ходов вперёд.
Он просто позволил всем остальным сначала создать неправильное правительство, чтобы затем самому предложить правильное.
И тогда наша первоначальная формула получит окончательное научно-политическое подтверждение: «Вовремя предать — это не предать, это предвидеть. А если предвидеть достаточно далеко, можно ещё и возглавить тех, кого вчера предал».
Урий Бенбарух
