«Чертовски необычный способ давать интервью»: как…
В январе 1991 года прямая трансляция из Иерусалима под вой сирен воздушной тревоги сделала молодого заместителя главы МИДа лицом израильской дипломатии и принесла ему мировую известность
В январе 1991 года, после вторжения Саддама Хусейна в Кувейт и начала операции коалиции «Буря в пустыне», Ирак выпустил десятки ракет «Скад» по городам Израиля, пытаясь втянуть страну в войну и развалить антииракский союз. Из-за опасений химической атаки все израильтяне получили противогазы и шприцы с атропином, а при сигнале тревоги «Нахаш Цефа» («Змея-гадюка») запирались в герметично заклеенных комнатах. Правительство Ицхака Шамира пошло навстречу просьбе США и проявило сдержанность, воздержавшись от ответного удара.
В тот период замминистра иностранных дел Биньямин Нетаниягу, свободно владевший американским английским после работы послом в ООН, стал главным спикером Израиля для западных СМИ. В первые дни войны, во время его прямого эфира из Иерусалима для корреспондента CNN Линды Шерцер, в студии зазвучала сирена боевой тревоги. Следуя инструкциям гражданской обороны, оба собеседника надели противогазы прямо перед работающими камерами, а Нетаниягу, продолжая говорить сквозь фильтр маски, произнес ставшую знаменитой фразу: «Должен сказать, что это чертовски необычный способ давать интервью» («I must say that this is the darndest way to conduct an interview»).
Кадры израильского политика, вынужденного давать интервью в противогазе в то время, как его страна подвергается обстрелам и не отвечает на них, вызвали волну сочувствия к Израилю во всем мире, наглядно показав уязвимость тыла и выдержку властей. Круглосуточные трансляции CNN сделали Нетаниягу узнаваемой фигурой в каждом американском доме и закрепили за ним репутацию «мистера Асбары» (пропаганда — с иврита).
Эта колоссальная медийная известность стала для него мощным политическим трамплином: уже через два года, в 1993-м, он возглавил партию «Ликуд», а в 1996 году впервые был избран премьер-министром Израиля.
