Пятижды пожизненнозаключенец, в прошлом один из лидеров и полевых командиров ФАТХ, руководитель террористической организации «Танзим» (военизированное молодёжное крыло ФАТХ), на руках которой гибель сотни израильтян и ранения сотен, позировал сегодня в тюрьме. Довольный, здоровый, не истощенный, без мешков под глазами. Почти счастливый символ символического «народа», отлучившийся на курсы повышения квалификации.
Ещё до ходки Баргути был одним из самых влиятельных лидеров «палестинцев». Будучи же на киче, Маруан обрел нимб «государственного лидерства» и стал не просто так себе арестант № ИКС, но «палестинским» Нельсоном Манделой. Почему-то у некоторых «народов» вождь должен обязательно сидеть и не за кражу батона, а как положено, с кровью на руках и немалой.
Баргути, а точнее его растущие эпос и влияние в арабской среде, был и есть костью в горле товарища Махмуда Аббаса — нынешнего «Ник Никлза «Клетчатого» — председателя клуба самоубийц. До того дошло, что Абу-Мазен просил израильские власти не обменивать Баргути на Гилада Шалита.
В тюрьме Маруан времени не терял, занялся своим образованием и защитил «докторскую диссертацию» во «всемирно известном в Восточном Иерусалиме» университете «Аль-Кудс», по какому-то направлению из серии «то, чего не может быть», то есть по какой-то там «палестинологии»
И вот, пятижды пожизненнозаключенец, Маруан Баргути, сидит за столом в тюрьме и пишет свои круглогодичные тезисы на ту или иную тему балестинской «Злобы дня». На столе не обрывки газет с полями и не слепленная из хлебного мякиша «чернильница» с молоком вместо чернил. А самая, что ни на есть шариковая ручка с писчей бумагой. Израильская тюрьма — это вам не застенки охранки.
Всё чин по чину и так же, чин чинарём, хотелось бы, чтобы никакие геополитические злоключения не прервали его труда там, где он изволит находится. Пускай сидит, во всех смыслах и «конспектирует, конспектирует, конспектирует» бесконечно. Все пять своих пожизненных заключения за пролитую в бесконечность кровь.
Пиши, Маруан! Сиди и пиши! Пиши и сиди, Маруан!
Паршойн Гелибтер-Гелейгер.
