Адвокат Александр Гамбарян: Никогда не сдаваться!

По закону, решению правительства и инструкциям МВД, у родителей солдата есть право приехать сюда и остаться жить в Израиле.

В инструкции сказано — право не распространяется на других членов семьи.

Когда мама моего солдата (то есть он к тому времени уже дембельнулся, но здесь и далее будем называть его «солдат») подала в МВД на статус, ей сказали — ты оставайся, а дочку отсылай домой.

Кроме того, что в принципе отказаться от дочери ради того, чтобы жить с сыном — это соломоново решение наоборот, к этому добавилась веселуха в Донецке и полное отсутствие у девочки кого бы то ни было там. Вообще никаких родственников у неё нет, кроме мамы и брата-солдата.

МВД сказали — хрен вам, а не статус. Девочке не положено, а тебе мы тоже не дадим, пока дочку не вышлешь. То есть вот так вот — по закону положено, но они решили пошантажировать.

Да, и дело отказались передать на гуманитарную комиссию — это же не особый случай! Видимо, у них часто девочки одни живут в районе военных действий.

Проходит пара лет, и семья приходит ко мне. Я в «ахуе» и не верю в то, что чиновники действительно хотят выслать девчонку в Донецк, и вообще творят ТАКОЕ беззаконие.

Обращаюсь к журналистам. И в суд, конечно же.

Первый канал показывает сюжет, МВД прямо в эфире даёт реакцию — маме статус, дочку на комиссию. Пишу в суд, что всё уладилось. Дело переводят на комиссию. Ждём.

Проходит полгода, из комиссии ответ — это не гуманитарный случай, девочка уже взрослая (14 лет), может ехать в Донецк. Хули там, Гайдар в её возрасте полком командовал.

Обжалование.

Позиция МВД:

Во-первых, по инструкции нельзя других родственников, а во-вторых, ничего страшного, пусть девочка едет домой, тем более что это хорошее, спокойное место.

Наша позиция — статус родителей распространяется на несовершеннолетних детей, как всегда и везде. Ну и на всякий случай — гуманитарный аспект.

В суде веселье. МВД опирается на прецедент по делу Кендела, где написано, что у МВД очень широкие полномочия и что статус одного члена семьи не даёт права другому. А также на то, что мы не привели никаких доказательств того, что в Донецке что-то не так.

Но я показываю прецедент Кендела, на которой ТРИЖДЫ ссылаются адвокаты МВД. Там история — у дочки есть гражданство (по папе), мама хочет здесь остаться. БАГАЦ говорит — мама не может получить статус из-за дочки, потому что статус идёт по родителю, а не по ребёнку.

«Место ребёнка — у его родителей. Там, где живёт мама, должна жить и дочка, а не наоборот», говорит БАГАЦ.

Я на заседании спрашиваю — вы вообще прецедент читали, на который ссылайтесь?

Адвокатша МВД говорит — мы это не то… В смысле… Эээээээ… Ну мы это к тому, что у МВД очень широкие полномочия, а не про детей. Эээээээ…

Ну и про Донецк — это не зона боевых действий, говорю?

• Нет конечно, отвечает адвокатша.
• Тут я достаю бумажку — письмо начальницы отдела виз МВД начальникам отделений. Там написано — обратите внимание на то, что Донецк и Луганск — зона боевых действий.

А это у тебя откуда, мямлит адвокатша? Это… Это же внутренний документ, откуда он у тебя? Я говорю, так зона боевых действий или нет? А она — надо расследовать, откуда у тебя этот документ.

В конце я не выдержал и говорю ей — а она беременная — у тебя ж дети будут, как ты себе представляешь, что твою дочь в 14 лет вышлют неизвестно куда одну? Туда, где у неё никого нет? Как ты вообще можешь защищать такую позицию?

— Это не личное, это наша позиция. Ничего личного.

Тут я завожусь на тему «That’s what THEY said! Ты только выполняешь приказы? Где-то мы такое уже слышали», но меня вовремя затыкает стажёр.

И вот — вчера решение.

Судья (а в прошлом сотрудник МВД, их известный кивала) говорит — извините, но это ни в какие ворота не лезет, чтобы ребёнка высылать.

Поэтому девочке статус на год с последующим продлением, и три тащи шекелей за расходы с МВД.

Но я всё равно не доволен. То есть я вообще никогда не доволен, но это отдельная история.

Но в данном случае — чё за тема?

Почему виза на год? Почему «по гуманитарным соображениям», а не по закону, в соответствии с прецедентами БАГАЦа?

И почему судебные издержки не покрывают десятой доли моего гонорара? Я хочу, чтобы за мои услуги платили МВД, а в идеале — эти самые чиновники, которые хотели выслать ребёнка.

Поэтому путь наш лежит дальше, в окружной суд. Медленно, но верно я их… Ну, короче, как в том анекдоте про старого быка и всё стадо.

Мораль — не надо сдаваться!

Как бы ни была сильна бездушная государственная машина, сколько бы ублюдков ни попадалось на вашем пути (а решение о депортации ребёнка прошло через десяток чиновников, и никто — НИКТО из них — не оказался человеком),

как бы ни близко было отчаяние — если дрыгать лапками, можно вылезти из ведра с молоком.