Другой Цукерберг: Цукерберг против Скотленд-Ярда

– Я хочу быть киноактрисой, – простодушно призналась девушка, опуская бокал на стол, – я хочу сниматься в фильме про летчиков, наших новозеландских военных летчиков, которые воевали с японцами.

Цукерберг взглянул в большие, чуть с поволокой глаза своей очаровательной собеседницы и понял, что решение мучившей его последние дни проблемы найдено, говорится в статье Александра Непомнящего на Jewish.ru.

Эммануэль Цукерберг родился в австро-венгерском Станиславове, известном ныне как Ивано-Франковск, в обеспеченной еврейской семье, владевшей нефтяными скважинами и нефтеперерабатывающим заводом. По его собственным словам, случай, изменивший всю его дальнейшую жизнь, произошел в 1925 году, когда ему было14 лет. Как-то раз неподалеку от дома приземлился военный биплан (легкий самолет с двумя парами крыльев, расположенными одна над другой) – по тем временам чудо передовой техники. Эммануэль тотчас помчался фотографировать диковину. У летчиков, как видно, было хорошее настроение, и заметив восторг подростка, они пригласили его сделать с ними круг. С этого момента жизнь Эммануэля Цукерберга навсегда оказалась связанной с небом.

Четыре года спустя, следуя совету прозорливого сионистского лидера Владимира Жаботинского, Цукерберг отправился изучать аэронавтику в Париж. Одновременно он закончил летные курсы и вскоре стал пилотом в частной французской авиакомпании. Его наставником, а затем и напарником был не кто иной, как автор “Ночного полета” и “Маленького принца” обаятельный интеллектуал и опытный летчик Антуан де Сент-Экзюпери. В 1934 году Цукерберг приехал в Палестину, чтобы создавать еврейский воздушный флот. Именно он стал первым профессиональным летным инструктором еврейских подпольных организаций самообороны. Под его руководством формировались кадры будущих ВВС Израиля.

***

Летом 1948 года провозглашенное лишь месяц назад еврейское государство отчаянно боролось за существование с армиями пяти арабских стран. Единственное, чем в избытке обладало еврейское войско на тот момент, была, пожалуй, бешеная воля к победе, заряженная пьянящим осознанием важности происходящего. Во всем остальном израильтяне безнадежно уступали своим противникам, что сильнее всего ощущалось в воздухе. Вся военная авиация новорожденной страны насчитывала лишь с дюжину легких одномоторных самолетов. И исправить это предстояло агентам еврейского государства в Европе, которые должны были любыми путями обойти объявленное ООН эмбарго на продажу оружия в воюющий регион. Одним из таких агентов на время стал и Эммануэль Цукерберг. В совершенстве владея несколькими европейскими языками, он был обаятелен, обладал изящными манерами и мог легко выдать себя за богатого европейского плейбоя. Главное же, он сам был летчиком и благодаря прежней работе во Франции имел связи в профессиональной среде. Сменив по традиции того времени немецкую фамилию Цукерберг на ивритскую Цур (“кремень” на иврите), Эммануэль отправился в Англию.

Вскоре через криминальные лондонские круги он начал приобретать легкие двухмоторные самолеты. В Израиль он их перегонял самостоятельно, пользуясь лишь компасом и картой. Этот трюк ему удалось совершить восемь раз, прежде чем “партнеры” сообщили, что Скотленд-Ярд уже идет по его следу. И тут Цур услышал об отставном генерале британских королевских ВВС, живущем на юге Англии. Тот, возможно, из сентиментальных соображений купил после войны дюжину бомбардировщиков “Бристоль Бофайтер”, списанных армией на лом, а теперь не знал, куда их деть. Тяжелые, с почти 18-метровым размахом крыльев, оснащенные четырьмя 20-миллиметровыми пушками и способные действовать даже ночью, “Бофайтеры” считались одними из самых продвинутых и вооруженных военных самолетов своего времени. Недаром, испытав на себе их разящую мощь во время Второй мировой войны, японцы прозвали их “полирующей смертью”.

Разумеется, прежде чем совершать покупку, Цур был обязан осмотреть машины, удостоверившись, что они еще способны летать. Вот только появиться в Англии легально он уже не мог. Недолго думая, он снял во Франции маленький самолет и, зарегистрировав поездку между двумя французскими городами, перелетел в Англию, пройдя на минимальной высоте под радаром. Самолеты, конечно, были в ужасном состоянии, но генерал так обрадовался покупателю, что был готов включить в цену, и без того невысокую, ремонт машин в своих авиаремонтных мастерских. Торг завершился покупкой шести наиболее целых “Бофайтеров”, которых генерал обязался привести в пригодное состояние за 2-3 недели. Работа закипела, а Цур вернулся в Париж, ломая голову, как же ему вывезти из Британии большие военные самолеты.

***

В кафе на Елисейских полях Цур встретил молодую девушку из Новой Зеландии, влюбленную в одного из пилотов, с которыми он сотрудничал. Ее мечты о карьере киноактрисы и съемке фильма о новозеландских летчиках, воевавших с японцами над Тихим океаном как раз на “Бофайтерах”, внезапно ему помогли. И работа закипела. Вскоре на свет появилась продюсерская компания Air Pilot Film Company, сообщившая о намерении снять художественный фильм о новозеландских пилотах и их героической борьбе с японцами. Честно сказать, название будущей ленты не отличалось оригинальностью – “Летчики Новой Зеландии в действии”. Зато для съемок были куплены сотни метров качественной пленки, наняты лучшие в Лондоне операторы и осветители, набраны четыре десятка статистов. Фактический автор идеи – девушка из Новой Зеландии, воплотила свою мечту, став возлюбленной главного героя – одного из летчиков, отправляющихся на войну.

Кастинг для пилотов, которым предстояло участвовать в съемках, вел сам Цур. Впрочем, отбирал он не столько по артистическим способностям, сколько исходя из соображений того, сумеет ли он убедить летчика взяться за весьма необычную и совсем нелегальную работу. В мастерских генерала удалось в итоге собрать лишь пять самолетов, поэтому и пилотов было отобрано тоже пятеро. Сценарий был передан властям для получения разрешений на взлеты и посадки бомбардировщиков на аэродроме к югу от Лондона.

В последних числах июля 1948 года съемки начались. Каждый день из Лондона на аэродром, преображенный в новозеландскую военную базу возле города Темс, выезжали автобусы со съемочной группой. Операторы включали камеры, осветители заливали светом софитов взлетное поле, режиссер нервничал и давал указания, статисты, точнее статистки, махали летчикам белыми платочками, пилоты посылали им воздушные поцелуи и бежали к самолетам, бомбардировщики взмывали вверх и садились.

На третий день произошла трагедия. Один из пилотов не справился с управлением старого самолета, врезался в гору и погиб. Все были уверены, что съемки будут прекращены. Но Цур собрал группу и сказал, что героические новозеландские летчики заслужили быть увековеченными в памяти людей, и потому работа над фильмом будет продолжена. На следующий день были отсняты последние дубли сцены прощания с пилотами, отправляющимися на войну, и теперь уже только четыре бомбардировщика взмыли ввысь.

Руководство компании расплатилось со статистами и лондонским составом. По плану дальнейшие съемки проходили в Шотландии, природа которой, по мнению продюсера, напоминала новозеландские виды. Туда и повели пилоты свои бомбардировщики. Цур немного задержался, упросив диспетчеров сообщить о последнем взлете с задержкой на три часа. Свою странную просьбу он подкрепил весомым финансовым аргументом.

Четыре часа спустя бомбардировщики сели – правда, совсем не в Шотландии, а на Корсике, в Аяччо. Местные диспетчеры тоже были щедро вознаграждены за то, что рапортовали властям о неожиданном визите лишь тогда, когда самолеты были уже на пути в югославский Подгорец. Через два дня после торжественного вылета из пригородов Лондона четверка “Бофайтеров” приземлилась в Израиле, став передовой ударной силой еврейских ВВС.

А Эммануэль Цур уже четыре дня спустя вновь полетел в Англию за новыми приобретениями. Он успел переправить в страну еще шесть самолетов, прежде чем в первых числах сентября пронырливые журналисты сумели распутать оставленные им следы и обрушили на Британию сенсационную новость о том, как под видом съемок фильма израильтяне в обход эмбарго вывезли из Англии четыре тяжелых бомбардировщика.

Скотленд-Ярд был взбешен и всерьез взялся за поиски Цура, которому на этот раз уже не оставалось ничего другого, кроме как свернуть свои операции и вернуться в Израиль, где Бен-Гурион назначил его первым директором израильского международного аэропорта в Лоде.

Эммануэль Цур (Цукерберг) скончался на 80-м году жизни в 1991 году в окружении родных и близких. А в Скотленд-Ярде, возможно, до сих пор хранятся сотни метров кинопленки, отснятой за четыре летних дня в окрестностях Лондона.

Впрочем, вряд ли этот фильм интереснее своей реальной истории создания.