Яков Шаус
Поражает степень лицемерия фигуранта признавшего свою вину в позорном преступлении и при этом жалующегося, что «исковеркали его доброе имя», приклеили ярлыки, подвергли суду Линча и пр.
О «безжалостной травле неопытных политиков».
Эту неделю бывший министр туризма Стас Мисежников начал с отбывания 15-месячного тюремного срока.
Он сам признал вину и согласился на досудебную сделку, а многие его коллеги из НДИ оказались фигурантами процесса по «делу 242».
Относительно их виновности широкие круги избирателей ничего не могут сказать до решения суда.
Претензии – только к беспринципному и не очень убедительному освещению шокирующих событий партийной пресс-службой.
Напомню, что невеселому повороту в жизни Стаса Мисежникова предшествовало разоблачительное выступление Авива Друкера три года назад на бывшем Десятом канале. Журналист рассказал, что министр туризма выделил миллион шекелей на проведение студенческого фестиваля в Эйлате и, не проводя положенного конкурса, поставил во главе этого проекта свою подругу. Журналистское расследование привело к открытию уголовного дела. Мисежникову инкриминировались мошенничество и обман общественного доверия. Возникло и подозрение в получении взятки, которую министр мог получить за то, что не провел тендера перед назначением ответственного за проведение фестиваля.
Поначалу прокуратура рассчитывала получить свидетельства о причастности Мисежникова и к «делу 242», по которому проходит большая группа его товаD1ищей по НДИ, но тут улик не нашлось. Однако возникло другое подозрение: сотрудник министра заявил, что покупал по его поручению кокаин!
Всё это разбирательство завершилось досудебной сделкой. Мисежников признал себя виновным в нарушении общественного доверия, другие обвинения с него сняли, но в итоге он был присужден к 15 месяцам тюремного заключения и выплате штрафа в 70 тысяч шекелей.
Казалось бы, и новый обитатель тюрьмы «Хермон», и партия, в которой он начал многообещавшую политическую карьеру, были заинтересованы в том, чтобы не привлекать излишнего внимания к его перемещению из министерского кабинета в менее комфортное помещение. Но неожиданно все русскоязычные СМИ опубликовали заявление Мисежникова. В нем в частности говорилось:
«Около 8 лет назад в рамках министерской должности я возглавлял и продвигал один из сотен туристических проектов, которые я инициировал и выполнил за 4 года моей каденции в министерстве туризма. Международный фестиваль студентов в городе Эйлат полностью соответствовал программе министерства позиционировать Эйлат в качестве молодежного, студенческого, динамичного центра и получил широкую поддержку абсолютного большинства должностных лиц. Компания, которая проводила данный фестиваль, искала продюсеров для работы, и я предложил, без всякой задней мысли и желания кого-либо обмануть, профессионального продюсера с большим опытом выполнения подобных мероприятий именно в Эйлате. Это была моя огромная ошибка в принятии подобного решения, так как в связи с моим ранним знакомством с предложенным кандидатом я ввел себя своими руками в ситуацию, которая в юриспруденции называется «конфликт интересов». Предложенная мной продюсер, по оценкам всех участников проекта, проделала профессиональную и грамотную работу в течение 7 месяцев, за которую получила более чем скромную зарплату, однако, как выяснилось позже, я преступил закон о «конфликте интересов», что является преступлением, входящим в категорию «нарушений доверия перед общественностью».
В итоге я решил полностью взять на себя ответственность за данное нарушение, не втягивать как государственные органы, так и себя и своих близких в многолетнюю и дорогостоящую судебную тяжбу, заплатить высокую цену за это нарушение (особо высокую в сравнении с другими подобными случаями в связи с занимаемой мною должностью в момент нарушения) и возвратить долг обществу.
Как я сказал выше, я преступил закон. Однако это было и есть мое единственное нарушение закона за все годы государственной и других служб. Поэтому наряду с принятием на себя ответственности за одно допущенное мной нарушение, я бился 3,5 года за признание моей невиновности в целом ряде подозрений, дискредитаций, ложных показаний и сплетен, направленных против меня…
Как показывает практика, в наше время очень легко опозорить любого человека, исковеркать его доброе имя, разрушить все, что он строил в течение десятилетий, приклеить ему самые нелицеприятные ярлыки. В либеральном Израиле принцип «презу=BCпции невиновности» является лишь девизом, совершенно не применимым в ре=B0льности. А на практике свирепствующие публичные и журналистские суды линча ни на секунду не позволяют «невиновным, пока суд не вынесет иного приговора», и их родным и близким иметь право на нормальную жизнь…
С ближайшего воскресенья я начну отбывать срок за нарушения закона о «конфликте интересов», полностью признав свою вину в данном нарушении, не виня никого и не привлекая никого за собой (вопреки принятому в последние годы в нашем обществе).
На этом я подвожу черту тяжелым трем с половиной годам моей жизни и уже планирую, как после возврата моего долга обществу я вновь буду штурмовать новые горизонты».
Это заявление вызвало немало сочувственных комментариев в социальных сетях и на «русских» сайтах — чему способствовала его двусмысленность.
С одной стороны, Стас Мисежников признает свою вину, но, с другой – прямо говорит, что в Израиле легко опозорить человека, устроить ему публичные суды линча.
Еще хуже то, что экс-министр грубовато искажает реальную картину своих преступных действий.
Любовницу он называет «ранним знакомым», выплаченные ей лично 70 тысяч шекелей – «скромной зарплатой»,
о не проведенном тендере даже не упоминает и это серьезнейшее правонарушение вскользь упоминает как «ошибку».
Наивное объяснение: «Как выяснилось позже, я преступил закон» — годится для слушателей из детского сада. Даже не искушенные в юриспруденции люди знакомы с сакраментальной формулировD0ой: незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение. Мисежников откровенно ловчит. Он сам говорит о том, что всю жизнь работал в государственном секторе и упоминает сотни проектов, реализованных им только лишь в министерстве туризма. При таком опыте он не мог не усвоить, что закон (!) требует от госчиновника выделять деньги на определенный проект только после проведения конкурса. Если бы Мисежников не знал этого элементарного требования, то имел бы неприятности гораздо раньше и не отделался малым сроком.
Тем не менее русская доброта хлынула теплым потоком в виртуальное пространство. Доводы сочувствующих довольно стереотипны.
«Мисежников пострадал за то, что он «русский» и правый. Будь он левым – его бы за такой пустяк не наказали».
«Талантливый «русский» политик вызывал опасения у конкурентов. Из-за этого подвергся преследованиям. И сегодня о его «вине» говорят прежде всего те, кто ему завидует».
«Небольшой тюремный срок говорит о незначительности правонарушения Мисежникова. Разве сравнишь его прегрешение с тем, что творят израильские политики, особенно из ШАСа!».
Все эти высказывания – плоды как советского цинизма, генетического почтения к «своим» лидерам, так и политической неграмотности части репатриантов, которую пропаганда «русских» партий всегда стремилась изолировать от Израиля и долго кормила своими пресс-релизами.
Я не собираюсь доказывать, что все работники правовой системы Израиля – ангелы. Тем не менее полиция и суд делают свое дело. Еще ни одного политика без причины не сажали.
То, что «русских» политиков судят строже, чем «коренных» израильтян, – демагогия.
Во-первых, сравнивать трудно, так как Мисежников – первый наказанный «русский» политик.
Во-вторых, можно напомнить, что Дери получил более длительный срок после того как следствие доказало незаконное присвоение им «всего» 60 тысяч шекелей. Левый Рамон получил условный срок, разрушивший его карьеру, за случайный поцелуй (не измену жене…)! Ольмерт не скрывал своей левизны, когда прокуратура передала в суд сразу несколько его дел.
«Обман общественного доверия», «конфликт интересов» – это не пустяки, а наиболее «популярные» статьи среди коррумпированных чиновников. Если распределять государственные средства на важнейшие проекты без конкурсов да еще близким человечкам, то, конечно, страну разворуют за пару лет!
О «незначительном» наказании. Для известного политика просидеть более года за решеткой – катастрофа! «Завидовать» тут нечему. А могло быть и хуже. У Мисежникова были хорошие адвокаты, и он знал, что досудебная сделка ему выгодна, так как компромисс между обвинением и защитой, добровольное признание вины оборачивается смягчением наказания!
Синхронное появление декларации Мисежникова во всех «русских» СМИ заставляет заподозрить, что этот литературный документ родился в недрах пресс-службы НДИ, в последнее время недогруженной. (Бывший министр туризма прежде не проявлял склонности к писательству, а перлы типа «буду штурмовать горизонты» — явно из репертуара не всегда трезвых партийных литераторов). Если мое предположение верно, то руководство НДИ занимает не только беспринципну=D1, но и самоубийственную позицию.
Линия НДИ в вопросе о правонарушениях известных деятелей этой партии – не просто обман избирателей, но и характеристика морального уровня тех, кто представляет себя единственной защитой и надеждой русскоязычной общины. Неуклонное падение популярности НДИ объясняется в первую очередь тем, что партия считает свой электорат недоумками, которые стянут со своих ушей и проглотят любую недоваренную лапшу. Партийные горе-стратеги не понимают, что в маленькой стране их партия существует у всех на виду, что репатрианты 1990-х в большинстве своем хорошо владеют ивритом, пользуются не только «русскими» источниками информации, да и факты, изложенные в написанных по-русски пресс-релизах, они способны выстроить в цепочку и проанализировать.
Беда Мисежникова состояла не в «неопытности». Он, возможно, был хорошим администратором (ему приписываются фантастические достижения израильского туризма, который до сих пор хромает на обе ноги), но его гоовокружительный взлет не сочетался с трезвой самооценкой и… культурой.
Не случайно в прессе муссировались истории о его излишне активном посещении увеселительных заведений во время служебных зарубежных поездок. Мисежников вовсе не отрицал этих фактов! Насчет наркотиков — возможно, перебор, но в интервью израильским СМИ он откровенничал: «Я еще не стар. Что ж мне целые вечера сидеть за телевизором?». Увы, он действительно не догадывался, что кроме телевизора и ресторанов у нестарых людей бывают и другие интересы. Судя по высказываниям в социальных сетях, Мисежникова жители Ришон ле-Циона встречали в строго определенных местах…
Такая же самоуверенность, сочетавшаяся с пренебрежением к реакции общественности, доставила большие неприятности группе известных деятелей НДИ, проходящих нынче по «делу 242». И опять — пресс-служба НДИ предлагает «русским» читателям целиком апологетические комментарии.
Дело не в том, что в такой «интерпретации» какие-то суммы «исчезли» из-за ускользнувшего от невнимательных следователей «перерасчета» между партией и какими-то организациями и оказались на банковском счете партийного функционера (?!). Дело даже не в том, что «русского» читателя по-прежнему считают сенильным маразматиком. Главное обвинение, предъявляемое фигурантам «дел 242», напрямую касается избирателей НДИ: это незаконное обращение с «коалиционными деньгами», которые входящие в правительство партии могут тратить на нужды своего электората. «Русские» пенсионеры, которым партия «выбила» добавки к пособиям в 31 шекель, причитая, что больше сделать невозможно, хотят знать: неужели активисты НДИ действительно жонглировали милллионами? Сомнения основываются на том, что один из ведущих деятелей партии уже сам признал, что «вольно» обращался с соизмеримыми суммами.
Дай Бог, чтобы суд по «делу 242» оправдал обвиняемых. Но почему до решения суда партия избегает честного разговора с избирателями и представляет весь этот процесс, как оголтелую травлю «русских» политиков «израильским истеблишментом»? Почему D1та «травля» не мешает лидеру НДИ становиться то главой МИДа, то министром обороны?
Хотя автор этих строк пользуется «рабочей» терминологией — «русский электорат», «русскоязычная община», на самом деле миллионная «большая алия» давно дифференцирована и основная ее часть отнюдь не связывает свое израильское будущее с деятельностью русскоязычных политиков-популистов.
А те, кто еще связывает, хорошо подумают, за кого конкретно голосовать на будущих выборах.
Именно поэтому НДИ ведет себя весьма неумно.
К чему Я.Ша. это написал? Не он привел к «полтергейсту», проводя то журналистское расследование, когда необходимо обладать и мужеством, и связями, и такими яйцами, чтобы не лишиться того, что на них возлагается. К чему этот высер?