67 лет, Москва, Россия
- НАЙДИТЕ В СЕБЕ СИЛЫ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ КУРЕНИЯ
- Тяжелая новость пришла из города Киева. Вчера поздним вечером позвонил Женя Яковлев и сообщил, что ушел из жизни наш друг, выпускник ЛВВПУ 1977 года, Сергей Федорович Волков.
Случилось это в субботу 12 января, в полдевятого утра. Меня это сообщение просто потрясло, до утра сидел не сомкнув глаз — вспоминал и грустил. Мы с Сережею ровесники и очень дружили. С ним так легко было дружить. Вряд ли на нашем курсе был человек веселее и добрее его. Сережа родился в семье военного, его отец, Волков Федор Спиридонович, был легендой пограничных войск. Службу он начинал еще в конце двадцатых на китайской границе и как с теплой иронией говорил Сережа, «порубил шашкой много врагов в Синьцзян-Уйгурском автономном районе».
- В годы Великой Отечественной войны Сережин папа командовал пограничным полком, который, кстати, первым среди пограничных частей вышел на границу СССР и первым приступил к ее охране. Об этом даже почтовая марка была выпущена. Потом его назначили командиром оперативного полка внутренних войск (тогда внутренние войска и пограничные войска были вместе) во Львове и на его доля выпала тяжелейшая борьба с националистическим подпольем. Федор Спиридонович нас, курсантов, любил, хорошо угощал (естественно, водочкой), рассказывал всяческие истории (он, кстати, был почетным гражданином какого-то чешского городка, который он освобождал от фашистов) и как проявление наибольшей симпатии давал «поиграться» орденами. Я впервые ощутил очарование воинских наград, увидел, что ордена Боевого Красного Знамени имеют номера (кроме первого) — 2-й, 3-й, ощутил тяжесть ордена Кутузова и т. д. Мама Сережи в молодости была необычайно красивой барышней, не случайно на нее так запал старый рубака. В наши годы она преподавала русский язык и практическую стилистику в ЛВВПУ. Кроме Сережи у них был еще один сын, постарше возрастом, с которым я не был знаком. Сережа, как мне помнится, женился на первом курсе и на правах женатого курсанта ночевал дома. Его супругой стала темноокая красавица Вера, которой сейчас приходится так тяжело.
- На нашем курсе Волковых хватало. Учился Александр Волк (прозвище «Триумфатор» ему придумал как раз Сережа, сейчас Шура возглавляет сайт славного израильского города Хайфа), учился сын известного армейского поэта Владимир Коваль-Волков (прозвище ВовА, с ударением на последнем слове, наш курсовой тапер. Старшина иногда «защитывал» его за двоих, шутил: туалет помыть Ковалю, а умывальник — Волкову). Учился еще Александр Волков (прозвище Стива Облонский, такой же жизнерадостный человек, как и толстовский герой) и Сережа Волков (его уважительно называл ДIД, так сказать, с легким украинским, точнее, львовским акцентом). Такое количество Волковых иногда путало наших учителей. Бывало преподаватель, побегав глазами по списку курсантов, просил ответить на вопрос курсанта Волкова. Тогда Сережа подымался:
- — Э-э, товарищ полковник, позвольте уточнить. Кто: А-А Волков или ЭС-ЭФ Волков должен отвечать? — Обескураженный препод опять нырял в журнал и потом объявлял: — А-А Волков! — После чего Сережа облегченно говорил. — Стива, это к тебе! Вообще Сережа был человеком легким и остроумным. С быстрой реакцией.
- Помню, на строевом смотре подошел к нему командир взвода старший лейтенант Николай Грошев и, потряхивая рукой (рубая кистью воздух перед собой — привычка такая), раздельно, по слогам (также привычка) сказал Сереже — То-ва-рищ Вол-ков! Ги-мна-сте-рка (он имел ввиду, что куртка нуждается в стирке и глажке)… Он не успел, как Сережа продолжил его фразу словами известной песни: — На плечах повыгорала?! …Мы ехали со стажировки из Киева во Львов. Вагон подали на киевский перрон значительно раньше отправления. Был конец августа, жарко. Я зашел в купе и стал переодеваться в цивильную одежду, когда разделся до трусов, Сергей случайно открыл дверь. Перрон был забит публикой и я оказался перед их взорами в одних армейских синих трусах, как на подмостках. Я захлопнул дверь и стал упрекать его. Он вполне флегматично парировал мои выпады: — Франц (это прозвище для меня придумал также он), успокойся. Такое тело грех прятать. Пусть народ видит мощь и красоту вооруженных сил.
- …Помниться, близился какой-то праздник революционный, кажется, 1-е Мая. Командующий войсками округа Валентин Иванович Варенников решил отметить его прохождением по улицам Львова курсантских колонн, исполняющих песни. И тут началось — бесконечные репетиции. «Москва майская», «Смуглянка», «Красная Армия всех сильней» и даже «Взвейтесь, соколы, орлами». Курсанты день и ночь маршировали и пели. Но одно дело, когда поют культпросветработники. Их на курсе 240 человек, а на факультете — свыше тысячи. Их обучают нотной грамоте, они поют на четыре голоса.
- Наш факультет журналистики на их фоне смотрелся просто жалко. Было нас на всем факультете всего 222 человека, петь никто не учил и т.д. Все понимали, что не наш это жанр. Кроме начальника факультета журналистики полковника Бабушкина.
- Он ходил за нашей «коробкой» и кричал: «Громче! Еще громче!!» После чего Сережа в перерыве сформулировал правило, что «при пении строевой песни рот надо открывать на ширину приклада».
- Полковник Бабушкин был человеком очень военным, политработником и считал, что если курсанта заставить, то он все сможет. К примеру, если ему говорили что-нибудь о Чехове Антон Павловиче, он отвечал, что у него на факультете 222 таких Чехова. Поэтому с налитыми кровью глазами он шел за нашей «коробкой» и требовал, чтобы мы перекричали-перепели «коробку» кульпросветработников.
- Курсант Витя Ахундов, до ЛВВПУ почти окончивший философский факультет и свято веривший в разумные законы логики, подал голос:
- «Товарищ, полковник, да мы не то, что не хотим так петь, мы просто не можем!» Не дослушав его Бабушкин рявкнул:
- -Факультет, равняйсь! Смирно! Понимая, что дело идет к экзекуции (именно таким образом «давали» 10 суток гауптвахты), мы замерли.
- — Курсант Ахундов, выйти из строя. — Наш философ (сейчас он на пенсии, живет в штате Майями, в США, работает на грузовичке, обслуживает прачечные) сделал несколько шагов и обреченно направил взор в небо.
- — За…, за…, за… — начал формулировать «обвинительную часть» полковник Бабушкин. Видно, никак не мог объяснить народу, за что он «вешает» гауптвахту.
- И тогда Сережа помог с формулировкой:
- — Товарищ полковник, за неверие в свой певческий талант… Все стояли смирно, но было смешно до слез! Вот сейчас пишу: смеюсь и плачу. …Сережа должен был жить долго. Федор Спиридонович умер в 96 лет. Нина Николаевна прожила свыше 90 лет. Такие гены, а он угас в 67!
- Причина тут в одном — он много и безостановочно курил. И уже, когда «прозвучал звонок», когда начали лечит его легкие, он никак не мог отказаться от этого вреднейшего занятия! Друзья, молю вас, бросайте курить! Мой товарищ стал худеть. С каждым приездом моим в Киев и с каждой новой встречей он становился слабее.
- Но чувства юмора не терял, приветствовал меня словам: «Ну здравствуй, великорусский шовинист» Галайко». И мы пили красное вино, дескать, лечебное и начинались шутки, воспоминания. Три месяца назад меня настиг инфаркт. Узнав об этом, Сережа, сам такой больной и слабый, позвонил в Москву — чтобы поддержать в трудную минуту. Его так будет не хватать.
- Господи, что я пишу — будет. Его уже и сейчас не хватает.
Благодарю Вас! За ПАМЯТЬ о Папе! Дочка Сергея
Царствие Небесное!
А Галайко -благодарность за чистое, душевное слово об ушедшем товарище!
Земля пухом!
Прими, Господи, его ДУШУ с миром! Вечная и тёплая память о Сергуне.
А тебе, Саша, огромное спасибо за публикацию материала Франца!
Обнимаю, всегда, до последнего вздоха со всеми вами — Виталий Гапон.
«Триумфатором» по версии Сергея Волкова я стал на втором курсе, заняв первое место на чемпионате ЛВВПУ по классической борьбе: у меня хватило ума не обижаться на Сергея на эту иронию — Не тянул я внешне на Чемпиона — ни по росту, ни по весу, ни по взрослости.
Напомню: кличку-прозвище Ю.Е. для Павлова — создал Волков С.Ф. Точность, афористичность, ирония без оскорблений.
Всегда позитивный, улыбчивый, ИРОНИЧНЫЙ, но без сарказма и ёрничества.
Никогда не унывающий Дiд Волков был надежен, объективен и справедлив.
Никогда не был навязчив-назойлив, никогда не кичился своим старшинством по возрасту и опыту — поступал-то он с гражданки ПОСЛЕ срочной службы и уже выделялся в нашей абитуре вчерашних десятиклассников.
Правильно сказал Владимир Гондусов:
никто не может сказать о Сергее что-то негативное. Согласимся — ТАКИХ не много.
Сергей Волков сумел за 4 года нашей «бурсы» не нажить ни «косых взглядов», ни недоброжелателей.
Легкий человек в общении. Тоже Талант.
Я, Ларченков и Беляков по выпуску попали в Уссурийск и были шокированы, когда через пару месяцев лейтенантской службы вызвали к телефону дальней связи ПОФАМИЛЬНО = звонил Сергей из Владивостока — приглашал. Конечно, мы ездили…
Светлый был Человек, Мудрый и Добрый.
Не помню его унылым-сумрачный и тем более депрессивным.
Земля пухом. Память — Светлая..