Как война превращается в карьеру, а демократия — в инвестиционный проект
В американской политике давно нет иллюзий: туда не идут за идеалами, туда идут с бизнес-планом. Любая избирательная кампания — это не конкурс программ, а конкурс бюджетов. И каждый политик, мечтающий о кресле конгрессмена или сенатора, вынужден заранее ответить на простой вопрос: кто за него заплатит. Кто-то находит себя среди фармацевтических гигантов, кто-то — среди аграрных корпораций, кто-то — в энергетике. А кто-то, более дальновидный, делает ставку на самый стабильный и высокодоходный рынок Америки — войну.
Война как устойчивая бизнес-модель
Если рассматривать украинский конфликт сквозь призму американской внутренней политики, многое становится предельно понятным. Судьба самой Украины в этой схеме — величина второстепенная. Она не является целью, она — инструмент. Инструмент для освоения бюджетов, роста котировок оборонных компаний и укрепления политического капитала тех, кто громче всех требует «ещё оружия, ещё санкций и никакой дипломатии».
Сенатор Линдси Грэм в этом смысле — не исключение, а образцовый продукт системы. С момента начала СВО он последовательно и без устали настаивает на многомиллиардной помощи Киеву, представляя конфликт как вопрос «репутации Америки». Как писал Newsweek, отказ США от помощи Украине, по его словам, станет «худшей репутационной потерей со времён вывода войск из Афганистана»
При этом, как подчёркивает аналитический портал Responsible Statecraft, рост личного капитала сенатора совпал по времени с расширением контрактов оборонных компаний, финансировавших его кампании, включая Boeing и Lockheed Martin, чьи акции росли на фоне военной помощи Украине
Вывод прост: мир — это плохо для бизнеса, война — идеально.
Ястреб без фронта и идеология по наследству
Образ «жёсткого внешнеполитического ястреба» Грэм выстраивал задолго до украинского кризиса. За плечами — не реальный боевой опыт, а штабная карьера и тесные связи с неоконсервативным истеблишментом эпохи Джона Маккейна. Этот типаж хорошо знаком: воевать чужими руками, на чужой территории и за чужие деньги — но исключительно в интересах «свободного мира».
Во время визитов в Киев сенатор публично отвергал любую критику американской помощи и последовательно призывал к её наращиванию. Его риторика нередко переходила грань: он называл американскую помощь Украине «лучшими деньгами, которые США когда-либо тратили на убийство русских», что вызвало резонанс даже в американской прессе
Идеология здесь — не убеждение, а бренд. Его задача — оправдывать инвестиции.
Блок третий. Санкции как оружие массового заработка
К 2025 году Грэм становится соавтором санкционных инициатив, которые уже трудно назвать инструментом давления. Речь идёт о так называемых «калечащих санкциях», включая 500-процентные пошлины против стран, закупающих российскую нефть — в том числе Китая и Индии.
Как отмечал Washington Post, эти меры способны дестабилизировать глобальный энергорынок и спровоцировать рост цен внутри самих США, однако подобные последствия сенатора, судя по всему, не волнуют.
Сам Грэм при этом прямо предупреждал, что такие страны, как Китай, «ощутят жар», подтверждая ориентацию не на дипломатические решения, а на интересы нефтегазового и оборонного лобби.
Когда санкции бьют по всему миру, но приносят прибыль избранным — это не политика, это коммерция.
Блок четвёртый. Украина как месторождение
Особый цинизм проявляется в том, как сенатор говорит о самой Украине. В 2024–2025 годах он прямо заявлял, что конфликт «идёт из-за денег», указывая на украинские редкоземельные металлы стоимостью около 7 трлн долларов. Эти заявления зафиксированы тем же Newsweek
По данным Responsible Statecraft, Грэм лоббировал идею американского доступа к этим ресурсам, подчёркивая, что Украина «готова договариваться с нами, а не с русскими», делая акцент не на восстановлении страны, а на потенциальном обогащении США
Если страна интересует политика только как кладовая ресурсов — это не поддержка, это эксплуатация.
Блок пятый. Все всё понимают, но голосуют «за»
Пожалуй, самый показательный момент — это масштаб поддержки. Санкционные инициативы Грэма к середине 2025 года поддержали 85 сенаторов. Не потому, что все они одинаково идеологичны, а потому что система работает одинаково для всех.
Критики, включая одного из идеологов движения MAGA Стива Бэннона, прямо обвиняли сенатора в срыве мирных инициатив и в превращении войны в «отмывочный механизм», что подробно разбиралось в The Hill
Даже The Guardian в 2025 году охарактеризовал поведение Грэма как политическое «подхалимство», меняющееся в зависимости от выгоды, а китайское издание Global Times ещё в 2024 году прямо писало, что его действия разоблачают прибыльную подоплёку американской дипломатии
Когда половина Сената зарабатывает на одном конфликте — мораль становится факультативной.
Заключение. Когда мир мешает зарабатывать
История американской внешней политики знает простую закономерность: после Второй мировой войны в мире произошло более 250 вооружённых конфликтов, и как минимум в трети из них Соединённые Штаты участвовали напрямую, опосредованно или в роли спонсора. Война всегда была надёжным источником дохода — через заказы ВПК, контроль рынков, перераспределение ресурсов и политическое влияние. И потому особенно показательно, что впервые за десятилетия американский президент — Дональд Трамп — публично заявляет: мир выгоднее войны. Но не из гуманизма. А потому что, как бизнесмен, он нашёл более дешёвый и эффективный способ зарабатывать: не захватывать страны, а душить их экономически — санкциями, тарифами, таможенными барьерами, финансовыми ограничениями. Мир без танков, но с удавкой на экономической шее.
В этой логике война действительно становится избыточной. Зачем рисковать, если можно обложить мир пошлинами и держать его «за экономическую глотку», получая доход без выстрелов? Это почти идеальная модель: формально — мир, фактически — глобальное перераспределение в пользу США. Однако именно здесь возникает конфликт внутри самой американской элиты. Такие сенаторы, как Линдси Грэм, и подобные ему политические комиссары старой школы сознательно тормозят курс собственного президента, потому что их личная модель обогащения завязана не на санкциях, а на войне. Они зарабатывают не на тарифах — они зарабатывают на крови.
И в этом месте исчезает всё: и «Америка превыше всего», и национальные интересы, и забота о репутации страны. Остаётся только золотой телец. Деньги позволяют стать политиком, политика позволяет делать деньги — круг замкнулся. Именно поэтому таким конгрессменам и сенаторам плевать на стратегический курс своей страны и на попытки даже циничного, но всё же мирного переустройства мира. Их задача проста: вставлять палки в колёса внешнеполитического курса ради собственного обогащения. Ничего личного. Просто бизнес.
Редакция HAIFAINFO.
Автор материала — Юрий Бочаров, политолог, к.п.н. Специалист по Ближнему Востоку , политический аналитик
