Аяла Хасон: Заявление Израильской корпорации…
Заявление Израильской корпорации телерадиовещания («Кан»), распространенное сегодня в СМИ, является лживым, и мои слова подтверждаются однозначной перепиской.
Вопреки опровержениям Корпорации о том, что «никто не диктовал ей текст заявления», руководитель службы новостей Лиор Ланденберг навязал мне текст извинений, искажающий мои слова и приписывающий им смысл, которого в них не было. Он потребовал, чтобы я зачитала его в прямом эфире как условие моего выхода в эфир (и это после того, как я уже не раз приносила извинения).
Я прилагаю его письменное сообщение, в котором прямо сказано: «Если ты не намерена зачитать это извинение, прошу сообщить мне об этом как можно скорее, чтобы я мог подготовить замену в эфире».
Обратите внимание на слова: «это извинение». Не извинение, сформулированное мной лично, не разъяснение моими собственными словами, а конкретное, навязанное мне извинение: если я не зачитаю его — я не выйду в эфир.
Как Корпорация смеет утверждать, будто не было требования зачитать продиктованный текст, если сам руководитель службы новостей в письменной форме обуславливает мое появление в эфире зачитыванием «этого извинения»? В Корпорации думают, что люди не умеют читать?
И, пожалуй, неудивительно, что Корпорация спешит отрицать факт диктовки текста. Ведь признание того, что глава службы новостей заставлял журналистку зачитать заявление, составленное не ею и не отражающее ее позицию, под угрозой отстранения от эфира, вызвало бы серьезные вопросы о свободе прессы, независимости журналистов и этичности руководства Корпорации. Проще отрицать факт ультиматума, чем объяснять общественности, как он согласуется с ценностями, которые Корпорация якобы представляет.
На следующий день, после того как я обратилась в юридический отдел Корпорации и дала понять, что речь идет о незаконном и неэтичном ультиматуме, Ланденберг заявил, что можно согласовать исправленный вариант. Я передала текст, включавший разъяснения и извинения, однако он отклонил его и вновь стал настаивать на зачитывании текста, который продиктовал сам.
Корпорация, проявляющая крайнюю терпимость и воздерживающаяся от каких-либо мер при тяжелых высказываниях против целых секторов израильского общества и против бойцов ЦАХАЛа, именно в моем случае избрала беспрецедентную линию поведения, которой в истории Корпорации никогда не было. Трудно не задаться вопросом, что стоит за этой избирательностью и двойными стандартами, и почему этические принципы Корпорации меняются в зависимости от личности журналиста.
Попытка Корпорации представить легитимную общественную критику как «подстрекательство» в свой адрес — это недопустимая попытка заставить замолчать множество людей, поддерживающих меня и протестующих против действий Корпорации в моем отношении. И это происходит в то время, когда сама Корпорация своими действиями и заявлениями лишь разжигает яростную травлю, направленную против меня.