Ты чья, амута?
В конце минувшей недели был опубликован очередной отчет о бедности в Израиле. Ничего неожиданного в нем не было. Понятно, что на фоне стремительного роста цен на базовые товары и услуги, а также стагнации зарплаты в частном секторе (даже с учетом повышения минимальной зарплаты), количество людей, оказавшихся за чертой бедности, должно было увеличиться. И оно увеличилось — с 1773400 в 2010 году до 1,8 миллиона человек в 2011-м. Число детей, живфущих за этой чертой, соответственно, возросло с 837 до 860 тысяч. Как обычно, в СМИ сразу после публикации отчета появились статьи о семьях, в которых у детей нет не только игрушек, но порой даже хлеба и молока на завтрак. Автор этих строк может засвидетельствовать, что эти истории не придуманы. Ну разве что насчет хлеба в них и в самом деле перебор, но вот то, что дети в таких семьях голодают, факт неоспоримый. Разумеется, тут же был задан вопрос: а куда смотрит государство? Но лично мне кажется, что вопрос следует ставить по-другому: а где же те тысячи общественных организаций (амутот), которые призваны помогать нуждающимся? И вот когда начинаешь разбираться с этим вопросом, обнаруживаешь весьма любопытные вещи
Ян Смилянский
Думается, уважаемый читатель, и вам не раз звонили по домашнему телефону, стучались в дверь, обращались в супермаркете с просьбой пожертвовать на ту или иную амуту. Иногда речь шла о пожертвовании на конкретные цели, например, на срочную операцию тяжелобольного ребенка или матери семейства. Подчас речь шла об абстрактной помощи онкологическим больным, детям из группы риска, жертвам Катастрофы, малообеспеченным семьям и т.д. Надо сказать, что еврейская традиция в этом случае предписывает дать «цдаку» по мере возможности жертвователя, даже если ты подозреваешь, что даешь ее мошеннику, поэтому многие спешат раскрыть свои кошельки. Признаюсь, до недавнего времени среди этих людей был и я, но три недавние истории несколько поколебали мою уверенность в том, что в данном случае надо спешить вытаскивать деньги из кармана.
Первая из них связана с известной амутой ЗАКА, занимающейся поистине святой деятельностью — оказанием на месте теракта первой помощи пострадавшим, сбором и опознанием тел погибших. Но после того как журналист «Маарива» Кальман Либскинд рассказал в своем расследовании, какие зарплаты получают глава этой амуты Иегуда Меши-Захав и его приближенные; какие огромные деньги тратят они на посторонние цели, стало ясно, что мы поторопились записывать руководителей амуты в святые.
Второй скандал связан с памятным всем уголовным делом амуты «Хазон Иешаягу» и ее руководителем, известным раввином-каббалистом, любимцем наших миллиардеров равом Иешаягу Пинто. Официально рав Пинто собирал деньги на создание религиозных школ и помощь беднякам. Он и в самом деле помогал им, но при этом сотни миллионов пожертвованных денег оседали на его личном счету, шли на покупку дорогих машин, аренду президентских номеров в отелях и т.д.
Третья история связана с моим личным опытом. Речь идет об амуте, созданной известным на севере страны раввином. Официальная цель амуты та же: помощь нуждающимся. Но несколько недель назад жизнь столкнула меня с рядовой сотрудницей этой амуты, поведавшей мне некоторые ее тайны. Оказывается, данная амута помогает в первую очередь… членам семьи почтенного раввина. Все они числятся в ней штатными работниками и получают солидные зарплаты — на порядок выше, чем зарплаты всех остальных сотрудников амуты, которые делают большую часть повседневной работы. На просьбу того или иного сотрудника повысить зарплату следует обычно патетическая речь о том, что денег на это нет, и вообще не ради денег мы здесь работаем. Но стоит очередной дочери раввина выйти замуж, как для новоиспеченного зятя создается новая штатная должность с зарплатой в пару десятков тысяч шекелей. И это не говоря уже о других махинациях и нарушениях прав работников амуты, о которых мне в течение часа рассказывала девушка.
А вот еще одна история… Совсем недавно у меня раздался очередной телефонный звонок с очередной просьбой о пожертвовании. Когда я вместо того чтобы привычно продиктовать номер своей кредитки, стал выяснять, кто является директором амуты, кем она создана, где находится ее офис и т.д., моя собеседница на эти вопросы ответить не смогла. (Как я понял позже, это еще не означает, что речь идет об амуте, занимающейся откровенным мошенничеством, но об этом дальше).
Все это побудило меня заняться журналистским расследованием деятельности подобных организаций, и вот тут начали выясняться поистине удивительные вещи.
Начнем с того, что в настоящее время в Израиле зарегистрировано… 49916 амутот — поистине фантастическая цифра для такой маленькой страны как наша. Правда, многие из них уже давно закрыты. По данным Управления регистрации амутот, сегодня в стране реально действуют чуть более 35 тысяч таких организаций. В любом случае получается, что приблизительно на каждые 200 граждан страны приходится одна амута. Понятно, что этот факт открывает просто невиданные возможности для злоупотреблений. Ведь ни одно ведомство не в состоянии детально проверить финансовую деятельность такого количества организаций, так что остается верить им просто на слово. Как выяснилось, в прошлом году Управление регистрации провело 500 аудиторских проверок (огромная работа!), и в 40 случаях выявились такие злоупотребления и нарушения закона, что проштрафившиеся амутот были закрыты.
При этом, во-первых, стало понятно, что 500 проверок — это капля в море, а во-вторых, речь шла о явных нарушениях закона, то есть о тех случаях, когда дебет не сходился с кредитом, деньги явно шли на посторонние цели (кстати, ряд закрытых амутот были связаны с несколькими бывшими и действующими политиками и по сути обслуживали их политические интересы) и т.д. Причем вопрос о том, насколько обоснованы зарплаты сотрудников амутот и кто эти сотрудники, аудиторов почти не волновал.
Но ведь здесь-то как раз и зарыта собака! Как выяснилось, сегодня для создания и регистрации амуты достаточно трех человек, и вот она уже может приступать к сбору пожертвований! Единственное ограничение: амута не должна представлять угрозу для безопасности и государственного строя Израиля (хотя с этой точки зрения деятельность ряда таких организаций тоже вызывает сомнения) и ее цели должны находиться в рамках действующего законодательства.
Видимо, легкость открытия и привела к такому фантастическому количеству амутот. Причем их число продолжает расти: ежегодно в Израиле регистрируется 1500 новых подобных организаций! Всего в этих амутот, которые вроде бы по самой своей сути должны быть основаны на добровольческой деятельности, числится… 400 тысяч штатных сотрудников (на полную и частичную ставку), то есть на самом деле речь идет отнюдь не о волонтерстве, а об одной из отраслей нашего народного хозяйства, через которую ежегодно проходят миллиарды шекелей.
Согласно все той же статистике, из 35 тысяч амутот 8866 связаны с деятельностью религиозных учреждений, 6655 специализируются в области образования и науки, 5987 заняты развитием культуры и искусства и (внимание!) 5065 — помощью нуждающимся. И снова у меня возникает вопрос: если у нас в стране на 1800000 бедняков действует такое число помогающих им организаций (по одной на 355 нуждающихся) и большинство этих организаций уверяют, что они помогают тысячам людей, то откуда у нас семьи, которым нечего есть?! Какими деньгами располагают благотворительные амутот и куда эти деньги уходят?
Не могу не вспомнить письмо, которое некоторое время назад пришло к нам в редакцию. В нем рассказывалось о том, что в одном из южных городов страны открылась бесплатная столовая для малообеспеченных граждан, в которую, естественно, потянулись многие пожилые репатрианты. Авторы письма жаловались на качество еды в этой столовой и выражали уверенность, что те, кто ее создал, «попросту воруют». Признаюсь, тогда мне эти претензии показались необоснованными. В конце концов, столовая существует на частные пожертвования и члены амуты вынуждены крутиться на те деньги, которые у них есть. И лишь начав разбираться в сути проблемы, я понял, что необходимо срочно задаться вопросом о том, каким образом руководство амуты распоряжается попавшими в ее руки деньгами.
Дело в том, что на самом деле доходы амутот складываются из трех основных источников. Во-первых, как выяснилось, неверно думать, что они существуют только на пожертвования: ежегодно государство и местные органы власти выделяют различным амутот 1,8 млрд. долларов. Таким образом, деньги налогоплательщиков, то есть наши с вами, составляют заметную часть их бюджета, а значит, государство и общество вполне вправе требовать отчета о том, на что пошли наши деньги. Еще порядка 20% доходов амутот составляют пожертвования от крупных бизнесменов (за что последние получают скидки при уплате налогов). За этими пожертвованиями очень легко проследить, что и делают аудиторы. Но третью, весьма значительную частью бюджета амутот составляют как раз те пожертвования, которые собраны среди простых граждан по телефону, при обходе квартир или каким-либо иным способом. Вот где открываются поистине огромные возможности для отмывания денег, «черного нала» и других финансовых махинаций!
Однако главная проблема заключается в том, что большая часть пожертвований, собираемых организациями для помощи беднякам, идет на самом деле на… процесс сбора пожертвований и оплату труда штатных сотрудников этих организаций. Скажем, если вы думаете, что на ваш домашний телефон с просьбой о пожертвовании звонят сами сотрудники и добровольцы амуты, то вы ошибаетесь. Обычно для этой цели нанимается специальная компания, специализирующаяся на телемаркетинге и требующая за свои услуги плату, составляющую нередко львиную долю собранных денег. Неудивительно, что девушки, которые осуществляют такие звонки, не имеют четкого представления ни о том, где находится головной офис амуты, ни кто конкретно ее возглавляет (либо они просто не уполномочены отвечать на подобные вопросы).
Теперь что касается зарплат руководителей различных амутот… Корреспондент газеты «Макор ришон» Хагит Шасар, как и я, заинтересовавшаяся этим вопросом, привела в своем журналистском расследовании следующие цифры: зарплата гендиректора Общества охраны окружающей среды в 2010 году составляла (сейчас она наверняка выше) 38830 шекелей в месяц, зарплата главы Объединения добровольцев — 38216 шекелей, директора амуты «Мааян» (системы школ, созданной партией ШАС) — 44067 шекелей, гендиректора «Агуда лемаан а-хайяль» — 35929 шекелей и т.д. (не буду приводить весь список — он довольно длинный, да и читатель наверняка уже понял порядок сумм).
А ведь, как уже было сказано, одними гендиректорами штат сотрудников не ограничивается, ведь еще со времен Ильфа и Петрова известно, что у каждого Альхена имеется куча родственников, которые тоже хотят хорошо кушать. В результате из каждых 10 шекелей, собранных в качестве пожертвований, до нуждающихся доходит всего 3 шекеля, и это в лучшем случае. Так стоит ли удивляться, что при таком количестве амутот у нас столько бедствующих?!
В том же расследовании Хагит Шасар приводится любопытное мнение Меира Эйндора, главы амуты «Альмог», специализирующейся на помощи жертвам террора. Эйндор утверждает, что в последнее время создание амутот стало в Израиле (вопреки самой изначальной цели таких организаций) своего рода доходным бизнесом. Причем наибольшее распространение, по его словам, этот бизнес получил в ультраортодоксальных кругах. «Многие из ультраортодоксов, оказавшиеся неспособными к изучению Торы и не нашедшие себя ни в каком другом деле, создают амуту и приступают к сбору пожертвований просто для того чтобы прокормить себя и свою семью», — считает Меир Эйндор. Некоторые особо предприимчивые господа (как светские, так и религиозные) по его словам, умудряются числиться и получать «жирные» зарплаты сразу в нескольких амутот. По его же наблюдениям, в качестве основных жертвователей в Израиле выступают «вязаные кипы», то есть последователи учения религиозного сионизма. Стремясь выполнить заповедь о цдаке, они охотно жертвуют и на иешивы, и на синагоги, и на помощь беднякам, и на срочные операции. Эйндор обвиняет ультраортодоксов в том, что они превратили «вязаных кип» в свою главную дойную корову.
Безусловно, израильские ультраортодоксы нуждаются в помощи, так как именно они составляют большую часть людей, живущих за чертой бедности. Но ведь и карманы религиозных сионистов, продолжает Меир Эйндор, не бездонны, а потому, отдавая деньги ортодоксам, люди в вязаных кипах нередко уже просто не могут помочь своим, то есть куда более близким им идейно амутот. Безусловно, Меир Эйндор относится к числу интересантов (да и газета «Макор ришон» не скрывает, что стоит на позициях религиозного сионизма), но, тем не менее, в его сентенциях немалая доля правды.
Подводя итоги, заметим, что именно превращение деятельности общественных организаций в доходный бизнес и привело к нынешнему положению дел. Достаточно вспомнить, что сегодня в стране действуют десятки амутот, заявляющих о том, что они помогают жертвам Катастрофы, но при этом тысячи стариков, прошедших через ужасы концлагерей и гетто, по-прежнему жалуются на отсутствие помощи, нехватку денег на лекарства или даже просто на покупку палки, без которой они не могут передвигаться…
Значит ли все вышесказанное, что мы вообще должны отказаться от пожертвований в пользу тех или иных амутот? Разумеется, нет! Благотворительность всегда была и должна остаться основой еврейского общества. Значит ли это, что все, кто собирает пожертвования на амутот, сплошь мошенники? Тоже нет! Даже если эти люди получают определенный процент с собранных денег, в этом нет никакого преступления: в конце концов, такой сбор является работой и, по еврейской традиции, сборщику положено до 20% от мобилизованных им денег.
К тому же, несмотря на все вышесказанное, в Израиле немало амутот, которые в самом деле делают благое дело, и во главе их стоят подлинные подвижники и честные люди. Думается, все же правильно судить любую амуту не по деньгам, которые через нее прокручиваются, а по конкретным делам, которые делаются на эти деньги. И желательно, чтобы вы четко знали (желательно не понаслышке и не по телефону), кому именно и на какие цели вы жертвуете деньги. И хорошо бы проследить, что ваши дошли до тех, для кого были предназначены.
P.S. Когда я начинал работать над этим этот материалом, у меня на столе снова зазвонил телефон: мне предложили сделать очередное пожертвование в пользу очередной амуты. После минуты разговора я повесил трубку. Но до сих пор не уверен, что поступил правильно…
«Новости недели»
Если вы заинтересованы в качественном отдыхе по доступным ценам, то компания Ulixes — ваш выбор. Наше тур агенство уже более пятнадцати лет занимает лидирующие позиции на отчественном рынке. Нас отличают высокий профессионализм и индивидуальный подход к клиентам. Мы знакомы со всеми тонкостями туристического бизнеса и используем инновационные технологии. Отдыхайте с нами!
http://is2day.co.il/2012/12/ty-chya-amuta/
