Из­ра­иль от­но­сит­ся к чис­лу стран с вы­со­ким риском кор­руп­ции в обо­рон­ном сек­то­ре — к это­му пред­рас­по­ла­га­ют огром­ный бюд­жет ми­ни­стер­ства обо­ро­ны и от­сут­ствие эф­фек­тив­но­го об­ще­ствен­но­го кон­тро­ля за обо­рон­ны­ми рас­хо­да­ми.

Та­кая оцен­ка со­дер­жит­ся в опуб­ли­ко­ван­ном се­го­дня от­че­те меж­ду­на­род­ной ор­га­ни­за­ции  Transparency International.

Меж­ду­на­род­ная ор­га­ни­за­ция впер­вые раз­ра­бо­та­ла ин­декс, поз­во­ля­ю­щий из­ме­рить кор­руп­ци­он­ный по­тен­ци­ал обо­рон­но­го сек­то­ра и эф­фек­тив­ность про­фи­лак­ти­че­ских мер, пред­при­ни­ма­е­мых раз­ны­ми пра­ви­тель­ства­ми. В ито­го­вый от­чет во­шли дан­ные по 82 стра­нам ми­ра, на ко­то­рые при­хо­дит­ся 84% гло­баль­ных во­ен­ных рас­хо­дов. Стра­ны раз­де­ле­ны на шесть групп кор­руп­ци­он­но­го рис­ка — от «А» (ми­ни­маль­ный риск) до «F» (кри­ти­че­ский уро­вень рис­ка). Об­щий вы­вод — 70% го­су­дарств под­вер­га­ют рис­ку свою без­опас­ность и раз­ба­за­ри­ва­ют день­ги на­ло­го­пла­тель­щи­ков, так как не име­ют эф­фек­тив­ных ин­стру­мен­тов предот­вра­ще­ния кор­руп­ции в обо­рон­ном сек­то­ре.

Со­глас­но от­че­ту, по-на­сто­я­ще­му силь­ные и эф­фек­тив­ные ан­ти­кор­руп­ци­он­ные ме­ха­низ­мы, предот­вра­ща­ю­щие раз­ба­за­ри­ва­ние де­нег в обо­рон­ном сек­то­ре, име­ют­ся лишь в двух стра­нах ми­ра — Гер­ма­нии и Ав­стра­лии. Толь­ко эти стра­ны по­па­ли в груп­пу «А». В груп­пе «кри­ти­че­ско­го рис­ка» ока­за­лись де­вять го­су­дарств Аф­ри­ки и Ближ­не­го Во­сто­ка, вклю­чая Еги­пет и Си­рию.

Из­ра­иль во­шел в груп­пу D+ вме­сте с та­ки­ми стра­на­ми, как Укра­и­на, Ке­ния, Ли­ван, Юж­ная Аф­ри­ка и Объ­еди­нен­ные Араб­ские Эми­ра­ты.

От­чет по Из­ра­и­лю кон­ста­ти­ру­ет: хо­тя в на­шей стране фор­маль­но су­ще­ству­ет пар­ла­мент­ский кон­троль над рас­хо­до­ва­ни­ем обо­рон­но­го бюд­же­та, ми­ни­стер­ство обо­ро­ны неохот­но со­труд­ни­ча­ет с со­от­вет­ству­ю­щей ко­мис­си­ей Кнес­се­та, и ее пол­но­мо­чия в ре­аль­но­сти весь­ма огра­ни­че­ны.

В по­след­нее вре­мя пра­ви­тель­ство де­мон­стри­ру­ет все боль­шую нетер­пи­мость к об­ще­ствен­ным ор­га­ни­за­ци­ям, пы­та­ю­щим­ся кри­ти­ко­вать обо­рон­ную по­ли­ти­ку, — и во­об­ще об­ще­ствен­ные дис­кус­сии по во­про­сам обо­ро­ны в стране ред­ки. Ис­клю­че­ни­ем ста­ла ши­ро­кая по­ле­ми­ка в СМИ по во­про­су о на­па­де­нии на Иран.

Обо­рон­ный бюд­жет в Из­ра­и­ле непро­зра­чен, но дан­ных о про­ник­но­ве­нии ор­га­ни­зо­ван­ной пре­ступ­но­сти в обо­рон­ный сек­тор нет, слу­чаи кри­ми­на­ла ред­ки, а ко­гда та­кое про­ис­хо­дит, пред­при­ни­ма­ют­ся эф­фек­тив­ные контр-ме­ры. Риск кор­руп­ции по­ни­жа­ет­ся и бла­го­да­ря то­му, что ми­ни­стер­ство обо­ро­ны не ра­бо­та­ет с част­ны­ми во­ен­ны­ми под­ряд­чи­ка­ми.

Риск лич­ной кор­руп­ции от­но­си­тель­но неве­лик, в слу­чае вы­яв­ле­ния кор­руп­ци­он­ных пре­ступ­ле­ний под суд от­да­ва­лись да­же выс­шие чи­ны, на­зна­че­ния в ар­мии осу­ществ­ля­ют­ся по лич­ным за­слу­гам («эф­фек­тив­ный ме­ри­то­кра­ти­че­ский ме­ха­низм»).

При этом в ар­мии не про­во­дят­ся ни­ка­кие си­стем­ные ме­ры, на­прав­лен­ные на борь­бу с кор­руп­ци­ей/ Са­мое сла­бое ме­сто с точ­ки зре­ния воз­мож­но­го про­ник­но­ве­ния кор­руп­ции — от­сут­ствие эф­фек­тив­ной пра­ви­тель­ствен­ной по­ли­ти­ки в во­про­сах во­ен­ных за­ку­пок. Осо­бо­го за­ко­но­да­тель­ства, ре­гу­ли­ру­ю­ще­го эту сфе­ру, не су­ще­ству­ет, ин­фор­ма­ция о за­куп­ках непро­зрач­на, ар­мия за­ку­па­ет то, что счи­та­ет нуж­ным, не от­чи­ты­ва­ясь пе­ред об­ще­ством. Смяг­ча­ю­щим об­сто­я­тель­ством яв­ля­ет­ся на­ли­чие чет­ко про­пи­сан­но­го за­пре­та на кон­фликт ин­те­ре­сов в из­ра­иль­ском за­ко­но­да­тель­стве.