Мы сидим в придорожном кафе в Старом Икане. Его, то есть харчевню эту, время обошло стороной. И в планировке, и в интерьере, и в мебели. Надо же!
Но приметы сегодняшнего дня все же явили себя. Заглянули местные рыбари, предложили хозяйке свежий улов. Он, не успев истомить ожиданием, стал нашим обедом. Нет, буржуйский образ жизни пошел на пользу сервису.
Я постоянно захожусь смехом от шуток моих удивительных собеседников — Абдусамада-аке и Фархада-аке. Их подтрунивания друг над другом похожи на состязания в аские — этой народной форме того, что в последствии на другой почве стало КВНом.
- Он любит Сталина, но не знает, за что, — говорит Фархад Рахимов, закадычный друг Абдусамада Юсупова, к которому, собственно, я и приехала в тот день. Давно хотелось познакомиться с человеком, чьими усилиями в Старом Икане до сих пор высится монумент вождю всех народов.
А все пошло-поехало с 1958 года, когда рядовой Юсупов вернулся после срочной службы в родной аул и обнаружил, что статуя стоит с разбитым лицом — следствие ХХ партсъезда, развенчавшего в 56-ом культ личности Сталина. Таким образом кто-то из осмелевших выразил свое «фи».
- Мне это не понравилось: еще вчера все любили, а сегодня как один стали хаять, — пояснил Абеке. Добавил следом:
- Фигурный был человек.
И открыто встал на защиту бетонного вождя, которого установили возле конторы правления колхоза имени Калинина в послевоенном году. Тогда за Иосифа Виссарионовича заплатили в складчину. Этот факт, кстати, сыграл едва ли не ведущую роль в противостоянии староиканцев советской власти, не единожды посягавшей на монументальный объект.
Но это будет позже. А пока на календаре 59-ый, и вчерашний дембель Юсупов приступает к восстановлению утраченного носа и козырька фуражки монолита. Некоторые навыки скульптурной лепки уже имелись: получил их, когда обучался в кентауской профтехшколе строительному ремеслу и был в подмастерьях у местного ваятеля парковых скульптур из гипса в стиле махрового соцреализма.
- За мной наблюдал художник и подсказывал, правильно ли делаю, — вспоминает иканский страж политического реликта.
Видать, не один Юсупов сочувствовал на тот момент поверженному кумиру — народ собрался наблюдать, и парторг тайно сунул в карман Абеке нестыдную купюру, добытую опять же методом асара.
Позже сочувствие земляков выйдет из подполья, и они стеной встанут на защиту Иосифа Виссарионовича. Надо сказать, что на него посягали все третьи секретари райкома и обкома КПСС, отвечавшие за идеологию. Но на всех сельских сходах народ говорил свое решительное «Нет!», и представители политической элиты отбывали ни с чем. Более решительные шаги по ликвидации изваяния были предприняты в восьмидесятых, когда дело дошло до открытого противостояния. На вождя пошли бульдозером. Тогда защитники пригрозили всамделишной винтовкой. После этого официальная власть отчаялась отобрать идола у жителей Старого Икана. А там и перестройка с суверенитетом. До того ли стало.
— Аке, скажите, а подкупить Вас не пытались? — спрашиваю у собеседника.
- Всяко было, — лучисто улыбается он в ответ.
Про Абдусамада Юсупова прослышали на стороне. И вот уже из Грузии почтой пришел документ, удостоверяющий членство в тамошней организации защитников Сталина. Гонцы из тех мест побывали. А в прошлом году с подачи самого Зюганова Абеке вручили медаль, выпущенную к юбилею Иосифа Виссарионовича. Было это на торжественном митинге в Старом Икане.
Абеке гордится наградой. Как по праву может гордиться всякий человек, доказавший верность принципам несмотря ни на что.
- Аке, Вы уже в возрасте. Кому завещаете памятник?
- Сын будет ухаживать, Хусан.
Любопытный народ, эти икановцы. Многое у них по-своему. И патыр-нан пекут отлично от других, и рукодельничают, как нигде больше. Но главная, пожалуй, их черта — умеют блюсти традиции. Более того, они их возрождают, как в случае со свадебным нарядом невесты.
И памятник Сталину мог сохраниться только здесь. Потому что местных жителей отличает высокая степень соборности — они живут сообща, одним коллективом, и ценности у них общие. Абдусамад-аке в этом плане полвека назад стал воплощением совокупных чаяний икановцев не дать в обиду опального вождя. Потому что его уважали. И чувство это выстраивалось прежде всего на том, что именно Сталин подписал указ о строительстве Арысь-Туркестанского канала, ставшего главной артерией для этого трудолюбивого земледельческого округа. Как это произошло — отдельная история. Но она есть.
Фото автора
