Двадцать лет тому назад случились у меня две знаменательные Встречи :
Первая — встреча с моей исторической Родиной — с Эрец Исраэль
И вторая — с руководителем научной секции Хайфского Дома Учёных Александром Бахмутским , который обладает редким даром вникать в Любую идею да ещё и обогащать её.
Однажды он предложил мне В Доме Учёных почитать стихи Галича . Не автора произведений соцреализма : , а уже того , кто сказал — «НЕ МОЯ ЭТО , ВРОДЕ , БОЛЬ … ТАК ЧЕГО Ж Я КИДАЮСЬ В БОЙ ?! А ВЕЛА МЕНЯ В БОЙ СУДЬБА , КАК СОЛДАТА ВЕДЁТ ТРУБА».
О том Галиче, который написал об оркестре , который играл на аппельплатце Освенцима «Тум балалайка , шпиль балалайка» когда гнали евреев в газовые камеры –
«ТУМ — БАЛАЛАЙКА , ШПИЛТ БАЛАЛАЙКА …. . РВЁТСЯ И ПЛАЧЕТ
СЕРДЦЕ МОЁ !!! ПОЙ О МОЕЙ МАМЕ — ТАМ, В ВЫГРЕБНОЙ ЯМЕ !!!»
Но для этой аудитории , где каждый знает о Галиче больше меня, я предложила вариант — лейтмотив и боль всей моей жизни :
ГАЛИЧ «О ЕВРЕЯХ УБИТЫХ ВМЕСТО НАС»
————————————————————————————————
Именно «вместо» : ХОТЕЛИ- ТО ВСЕХ . А ПОЛУЧИЛОСЬ КАК ВСЕГДА -Вот мы и есть та , зловредно ускользнувшая их часть … И единокровные . И примкнувшие по Любви , как в древности моавитянка Рут.
ВСЕХ НАС ОБЪЕДИНЯЕТ ОДНО _ МЫ ЖИВЫ .
А БЕССЧЁТНОЕ КОЛИЧЕСТВО ЕВРЕЕВ УБИТЫ .
ТОЛЬКО ЗА ТО , ЧТО ОНИ ЕВРЕИ ! Об этом задумалась Маргарита Иосифовна Алигер (псевдоним Зейлигер): КТО-ЖЕ МЫ ТАКИЕ ? — МЫ ЕВРЕИ ! КАК Я СМЕЛА ЭТО ПОЗАБЫТЬ ?!?! Я САМА НЕ ЗНАЮ КАК Я СМЕЛА„, БЫЛО ТАК БЕЗОБЛАЧНО ВОКРУГ…
РОДИНУ СЕБЕ НЕ ВЫБИРАЮТ — НАЧИНАЯ ВИДЕТЬ и ДЫШАТЬ,
РОДИНУ НА СВЕТЕ ПОЛУЧАЮТ НЕ-ПРЕ-МЕННО !!! КАК ОТЦА И МАТЬ .
К сожалению — это правда — «не выбирают» .Уж какая попалась , та и Родина, как бы там над нами -ЖИДАМИ не измывались , но Ностальгия по ней живёт в нас. Главное — . Наш разговорный язык — это её язык, ставший нашим за века, жизни там . И мы с тоскою поём её песни . И любим её, и воюем и погибаем за неё … Но все равно мы чужие , на нас клеймо космополитов. Почему же ?
ДА потому, дорогие господа антисемиты, что ,. как вы изволили заметить , жиды—космополиты. И наши сердца и руки и наши таланты как бы вы их ни топтали , как ни клеветали — как сердце Данко — светят людям , не могут не светить ! И , согласно Генам, Будут мучаться , прекрасное творить и вечно жить !
НО ЕСТЬ враги антисемитов — памяти их в Яд Вашем — « Аллея Праведников Мира»
А НАСТОЯЩУЮ , ИСТОРИЧЕСКУЮ , РОДИНУ — У НАС УКРАЛИ !!!
Много веков тому назад разрушили наш первый Храм, мы построили второй Храм
В 1036 году римский консул Тиберий разрушил Иерушалаим и Храм, евреев Изгнал , НО как он везет в Рим украденную из Храма менору высечено на триумфальной арке Рима ,а нашу землю он назвал (Впервые) Палестиной — по имени Наших врагов — филистимлян.
И ПОШЛИ ЕВРЕИ СКИТАТЬСЯ по ВСЕЙ ЗЕМЛЕ БЕЗЗАЩИТНЫМИ ГРУППАМИ
Часть пошла в Европу — ашкеназы , часть в Азию, Тех кто попал в Благословенную Грузию князь Ираклий принял . И уже 26 веков они живут там , не зная вражды и ненависти !!! НО о злоключениях евреев, попавших в другие страны , к другим народам можно узнать Только из документальных материалов « ЕВРЕЙСКОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИИ» санкт-петербургского издательства Фридриха Брокгауза и Ильи Абрамовича Эфрона (её последний 19тый том — из намеченных 48 томов- вышел в 1916 году, а в апреле 1917 По невыясненным причинам умер Эфрон…) Еврейская Энциклопедия издавалась Мало и с большим трудом , но Всем известны 86 томов Полного Всемирного «Энциклопедического Словаря» того же издательства…
( «ЕВРЕЙСКУЮ ЭНЦ-Ю» бесплатно можно скачать кликом «Брокгауз и Ефрон .еврейская энциклопедия» )
НО «Еврейскую Энциклопедию» читать без слёз невозможно — кровь льется с каждой строки . Не было ни одного народа (кроме грузинского ! ), среди которого по 3 раза В каждом веке не поднималась бы волна преследований евреев !
П-О-Ч-Е-М-У ?! ? ! Просто людям живётся очень трудно и страшно : их преследуют бесчисленные болезни, Беды , катастрофы да ещё и собственные ошибки и грехи и ужас неизбежной смерти . Но было у них одно общее : у аборигенов была своя земля , А у пришлых — нет .
И всегда, всюду под рукой беззащитные Чужаки ,на них легко сорвать злобу, их Легче всего грабить .
Все волны преследований евреев начинались с грабежей .И Гитлер начал ХОЛОКОСТ с того , что разрешил грабить евреев .И началась очередная «СЕМЬЯ ОППЕНГЕЙМ» .
Языковед, академик Марр , исследуя полузабытое русское слово КОРЫСТЬ, Приводит ряд его значений , но суть слова : БУДИТЬ И СОЗДАВАТЬ НИЗМЕННЫЕ ИНСТИНКТЫ ,А ЗАТЕМ ЭТИХ ПОДОНКОВ СОБИРАТЬ В СТАИ ГРАБИТЕЛЕЙ. ПРИЧИНА И СУТЬ АНТИСЕМИТИЗМА — КОРЫСТЬ.
Закон психологии : МЫ ЛЮБИМ ТЕХ, КОМУ ПРИНЕСЛИ ДОБРО
И НЕНАВИДИМ ТЕХ, КОМУ — ЗЛО . Ненависть — это только следствие .Мы видим какое мощное давление большинства Стран мира на Израиль — это и есть следствие ЗЛА причиненного народами Абори-Генами беззащитным Пришлым. ( СМОТРИ « ЕВРЕЙСКУЮ ЭНЦИКЛОПЕДИЮ»)
И Только историческая близорукость облегчает жизнь : Даже среди присутствующих многие убеждены — есть страны, где вражда отсутствует и они лично её никогда не ощущали! Поскольку они лично и другие евреи достигли На прежней «РОДИНЕ» большого благосостояния , должностей и званий и сейчас они
Об этом помнят и гордятся этим. Ну , на здоровье — пусть гордятся . Имеют полное право гордиться — ведь , чтобы достичь чего то , им следовало быть на порядок выше аборигенов своего уровня ! ОНИ заслужили !
НО ИСТОРИЯ ДОКАЗАЛА — ЭТО ТОЛЬКО ВРЕМЕННЫЕ МЕСТНЫЕ
ОТЛИВЫ В ВОЛНАХ ПРЕСЛЕДОВАНИЙ !!!:
Эйхман, инспектируя газовые камеры Освенцима, сказал : « МЫ ЗА 20 МЕСЯЦЕВ РЕШИМ ВОПРОС, КОТОРЫЙ ВСЁ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО
НЕ РЕШИЛО ЗА 20 ВЕКОВ !» И теперь можно посетить их , неосуществлённую к счастью, мечту параноика :
« МУЗЕЙ УНИЧТОЖЕННОГО НАРОДА» . Кто видел — не забудет . ( Он находится в Праге , рядом с древним еврейским кладбищем и синагогой ). С какой невиданно — злобной энергией они пытались это осуществить !!! ־ Чёрной волной ужаса покатились со всей Европы ПОЕЗДА в газовые камеры !!!.
ГАЛИЧ «ПОЕЗД»
НИ ГНЕВОМ, НИ ПОРИЦАНЬЕМ ДАВНО УЖ МЫ НЕ БРЯЦАЕМ : ЗДОРОВАЕМСЯ С ПОДЛЕЦАМИ , РАСКЛАНИВАЕМСЯ С ПОЛИЦАЕМ . НЕ РВЁМСЯ НИ В БОЙ, НИ В ПОИСК — ВСЁ ПРАВЕДНО , ВСЁ ДУШЕВНО … НО ПОМНИ : ОТХОДИТ ПОЕЗД ! ТЫ СЛЫШИШЬ ? УХОДИТ ПОЕЗД
СЕГОДНЯ И ЕЖЕДНЕВНО. А МЫ БАЛАГУРИМ , А МЫ КУРОЛЕСИМ , НАМ НЕДРУГОВ ЛЕСТЬ КАК ВОДА ИЗ КОЛОДЦА ! А ГДЕ-ТО ПО РЕЛЬСАМ, ПО РЕЛЬСАМ , ПО РЕЛЬСАМ — КОЛЁСА , КОЛЁСА , КОЛЁСА …
ОТ СКОРОСТИ ВЕКА В СОННОСТИ ЖИВЁМ МЫ, В ЖИВЫХ НЕ ЗНАЧАСЬ…. — НЕПРОТИВЛЕНИЕ СОВЕСТИ — УДОБНЕЙШЕЕ ИЗ ЧУДАЧЕСТВ ! И ТОЛЬКО ПОРОЙ ПОД СЕРДЦЕМ КОЛЬНЁТ ТОСКЛИВО И ГНЕВНО : УХОДИТ НАШ ПОЕЗД В ОСВЕНЦИМ !НАШ ПОЕЗД УХОДИТ В ОСВЕНЦИМ
СЕГОДНЯ И ЕЖЕДНЕВНО ! А КАК НАШИ СУДЬБЫ КАК БУДТО ПОХОЖИ : И НА ГОРУ ВМЕСТЕ , И ВМЕСТЕ С ОТКОСА ! НО ВЕЧНО — ПО РЕЛЬСАМ , ПО РЕЛЬСАМ , ПО РЕЛЬСАМ
КОЛЁСА, КОЛЁСА , КОЛЁСА, КОЛЁСА…
ГАЛИЧ «РЕКВИЕМ ПО НЕУБИТЫМ»
ШЕСТЬ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ — АНАДО — БЫ РОВНО ДЕСЯТЬ ! ЛЮБИТЕЛЕЙ КРУГЛОГО СЧЁТА ДОЛЖНА ПОРАДОВАТЬ ВЕСТЬ , ЧТО ЖАЛКИЙ ЭТОТ ОСТАТОК УБИТЬ , РАССТРЕЛЯТЬ , ПОВЕСИТЬ ВОВСЕ НЕ ТАК УЖ ТРУДНО, И ОПЫТ К ТОМУ ЖЕ ЕСТЬ !!! ТОНЕНЬКОЙ СТРУЙКОЙ ДЫМА В НЕБО УХОДИТ ЕВА, ПАДАЕТ НА АППЕЛЬПЛАТЦЕ ЗАБИТЫЙ НАСМЕРТЬ АДАМ !!!
Я расскажу вам почему это стало лейтмотивом моей жизни .
Шесть лет перед войной мои родители жили в Кривом Роге , снимали квартиру , состоящую из одной комнаты с печкой у заможного хозяина каменного дома Ярошенко.
Этот Ярошенко вовсе не был антисемитом , я помню дружелюбие познавательных его бесед с моим отцом . Был он чернорабочим — горняком без среднего образования .
НО при немцах он стал директором школы.
И хозяином всех еврейских домишек вокруг его дома и имущества их хозяев . А косточки их самих вместе с семьями- мужчинами , женщинами , девушками младенцами и всеми моими подружками -с того злосчастного 41 года гниют в балке под Кривым Рогом в 40 градусах долготы и 36 градусах широты
Так кто отнёс их списки в Гестапо ?!?! Неясно ? И каковы истоки его антисемитизма .. .И сына его — Толика, который закончил Советский ВУЗ и стал бааальшим начальником …
Была бы в этой балке и наша семья, если бы совершенно случайно мы не уехали одним из последних эшелонов 9- го августа, а 13-го августа немцы захватили город .
С тех пор живёт во мне убеждение : в живых я осталась случайно , и живу 2-ю жизнь, СЛУЧАЙНО УСКОЛЬЗНУЛИ ИЗ РУК УБИЙЦ ЦЕЛЫХ 75 ЛЕТ МОЕЙ ЖИЗНИ !!!
НО ТЕХ , КТО РУК УБИЙЦ НЕ ИЗБЕЖАЛИ … ИХ УБИВАЛИ ВСЕХ ЗА ОДНОГО :
О НАВОЗЕ И СЛИВКАХ ( Н , Верхолаз , сборник 02 г стр . 10 ) ( Но сначала из Ницше «так говорил Заратустра» — « каждый народ может гордиться ,если он, народ ,послужит НАВОЗОМ , на котором вырастет 1 сверхчеловек» И из Гитлера — « у евреев нет ничего своего , они лишь собирают СЛИВКИ с Чужих культур»
ХОТЬ И БЫЛИ ЕВРЕЯМИ НАШИ ГЕНИИ, НО СЧИТАЮТСЯ ИХ ДОСТИЖЕНИЯ СЛАВОЮ ПО МЕСТУ ОБИТАНИЯ — ВЕДЬ НА ЧУЖОМ НАВОЗЕ ВЫЗРЕЛИ ИХ ЗНАНИЯ.
А ОСТАЛЬНЫЕ ЕВРЕИ — КОТОРЫЕ НЕ ГЕНИИ — ПОДЛЕЖАТ УНИЧТОЖЕНИЮ , ЧТОБ НЕ МЕШАЛИ ПРОЦВЕТАНИЮ И НАВОЗА СВОЕГО ГНИЕНИЮ . А ЗА ОТСУТСТВИЕМ НАВОЗА СОБСТВЕННОГО ПЛАТИТЬ ДОЛЖНЫ ЕВРЕИ КРОВЬЮ ОБЩЕЮ :
— УБИЙЦЕ ЧИКОТИЛЛО — КАЗНЬ ПЕРСОНАЛЬНАЯ , А ЗА «ВРАЧЕЙ — УБИЙЦ» — ГРОЗИЛА КАЗНЬ ОБЩАЯ ; — ДЖЕКУ — ПОТРОШИТЕЛЮ — КАЗНЬ ПЕРСОНАЛЬНАЯ , А ЗА БЕЙЛИСА И ДРЕЙФУСА-ГРОЗИЛА ОБЩАЯ..;
-ЗА ВТОРУЮ МИРОВУЮ — ПЯТЬ ПОВЕШЕННЫХ, А ЗА «ПРОТОКОЛЫ МУДРЕЦОВ СИОНА» — ПОЛ НАРОДА ПОГУБЛЕННЫХ . ЕСЛИ ПАМЯТЬ НАША ГЕННАЯ НЕ ОТСТОИТ ЧУДОМ ВОЗРОЖДЁННОЕ МЕСТО ОБИТАНИЯ , НЕ БУДЕТ БОЛЬШЕ НАШИХ ГЕНИЕВ , И НАВОЗУ НАШЕМУ НЕ БУДЕТ ОПРАВДАНИЯ .
Но История доказывает — за тысячелетия существования евреев на Земле Возникали и исчезали целые народы , целые цивилизации … А мы ЖИВЫ !!! И верим БУДЕТ ЖИТЬ ИЗРАИЛЬ !!!
БУЛАТ ШАЛВОВИЧ ОКУДЖАВА
ПОД КРИКИ ТОЛПЫ УГРОЖАЮЩЕЙ, ХРИПЯЩЕЙ И СТОНУЩЕЙ ВСЛЕД ПОСЛЕДНИЙ ЕВРЕЙ УЕЗЖАЮЩИЙ ПОГАСИТ НА СТАНЦИИ СВЕТ . ПОТОКИ ПРОКЛЯТИЙ И РУГАНИ ХУДОЮ РУКОЮ СТРЯХНЁТ И МЕДЛЕННО ПРОФИЛЬ ИСПУГАННЫЙ ЗА ТЁМНЫМ ОКНОМ ПРОМЕЛЬКНЁТ КАК БУДТО ИЗ НЕДР ЧЕЛОВЕЧЕСТВА ГЛЯДИТ НА МЕЛЬКНУВШЕЕ ОН… И КАТИТСЯ МИМО ОТЕЧЕСТВА ПОСЛЕДНИЙ ЗЕЛЁНЫЙ ВАГОН .
ЕВРЕЙ , ПО РОССИИ ТОСКУЮЩИЙ НА СОВЕСТИ ГОРЬКОЙ МОЕЙ .
С ЭТИМИ ДВУМЯ ИМЕНАМИ — ГАЛИЧА И ОКУДЖАВЫ — СВЯЗЫВАЕТ МЕНЯ БЫТУЮЩЕЕ ПОНЯТИЕ — «СВЯЗЬ С ВЕЛИКИМИ ЧЕРЕЗ ОДНО ПОЖАТИЕ РУКИ» ТАКУЮ ЧЕСТЬ МНЕ ПРЕДОСТАВИЛ , ЧЕЛОВЕК , КОТОРОГО Я УВАЖАЮ БОЛЬШЕ ВСЕХ , ЗНАКОМЫХ МНЕ ЛЮДЕЙ — ЭЛЛА МАРКМАН
ДЛЯ МЕНЯ ВЫСШАЯ МОРАЛЬНАЯ ПЛАНКА ЗОВЁТСЯ ЭЛЛА-КММУНЕЛЛА -.ИЗ БОЙЦОВ ПРОТИВ СТАЛИНСКОГО АДА , СКВОЗЬ ВОДЫ , ОГОНЬ И МЕДНЫЕ ТРУБЫ , НЕ ДОЖДАВШИСЬ СЛУЧАЙНО РАССТРЕЛА , КАК ЭТА ТРОСТИНКА СУМЕЛА , КАК СМЕЛА СНОВА ПЫЛАТЬ ОГНЁМ АЛЬТРУИЗМА НА ЭТОЙ , ОСТАВЛЕННОЙ БОГОМ ЗЕМЛЕ ?!?!
Отец её , Народный Комиссар Тяжпрома Грузии был расстрелян . Мать провела 17 лет в лагерях , но до смерти осталась высокоморальным человеком . Элла, студентка Тбилуниверситета, организовала группу убийства Берия . Какой то стукач выдал их и Эллу приговорили к расстрелу . К счастью в 1949 году казнь заменили 25 годами каторги и Эллу сослали в лагерь — в Инту вместе с другими ЗЭКАМИ
Среди которых были её друзья — сценаристы Фрид и Дунский , и ГАЛИЧ посвятил им
стихотворение «Заклинание» о главном вертухае и палаче Инты .
А тбилисец БУЛАТ ОКУДЖАВА в детстве дружил с Эллой и навсегда её квартира В Тбилиси (куда после смерти Сталина она вернулась) осталась его штаб квартирой
О «НЕРАЗГЛАШЕНИИ» же лагерных и тюремных нравов сталинского ада «органы» брали подписку с потерпевших . Одной из этих потерпевших была
ВНУЧКА ТРОЦКОГО
Я окончила институт в 1949 году и получила назначение в город Балхаш. Там я познакомилась и подружилась с внучкой Троцкого .
Троцкий — человек Неоднозначный , но я ведь не о нём хочу рассказать , а только о его внучке.
Я увидела ее впервые в 1950 году. В передней молодежного общежития неподвижно сидела
прелестная девушка. По ее бледному добела лицу медленно катились слезы. Она их не
вытирала. Я невольно попыталась ее успокоить, увести в свою
комнату, но она сказала, что должна ждать здесь, за ней придут,
что она сюда, в Балхаш, сослана и что ее зовут Саша Моглина.
Вскоре ее увели и поселили в соседнем бараке. По-видимому, эта комнатка была раньше кладовкой. В этом узком пенальчике помещались лишь две койки и между ними тумбочка. На соседней койке спала другая ссыльная со своим сыном лет семи-восьми.
Очень я обрадовалась, когда Саша пришла к нам работать в конструкторское бюро главного механика завода проката цветных металлов. Где и что она окончила, я не знаю, кажется, в Москве, но она была инженером-механиком. И более добросовестного работника я не встречала. Ни в работе, ни в быту, когда каждый склонен немного пожалеть себя — кто по лени, кто по болезни, — она не давала себе спуску даже в мелочах. Теперь я думаю, что это было из протеста против безудержной, грязной клеветы на людей, которых она знала как людей чести и верности высоким идеалам.
Хотя нет, не только из протеста. Чувствовалось, что она просто любит свою работу. Я почувствовала родственную душу, и мы довольно скоро сблизились.
Однажды, когда мы возвращались из кино (фильм был о войне, совершенно потрясающий), она задумчиво сказала, что она лично ни в чем не виновата, а в тюрьме она была и теперь сослана из-за бабушки — крупной участницы революции 17-го года. Но если так нужно было для народа и для победы, то она, Саша, со своей судьбой согласна.
Полвека прошло, а я помню, как она это сказала. Немногие способны на такую самоотверженность.
О тюрьме Саша сказала, что самое страшное там — это безграничная власть и торжество безнаказанности подонков и своя совершенная беспомощность.
А теперь она добивается, чтобы место ссылки ее матери заменили на Балхаш. (Позже выяснилось, что это не родная мать, а вторая жена ее отца).
Позже вообще много чего выяснилось.
В Балхаше в то время было много политических ссыльных после тюрем и лагерей. Среди интеллигенции они преобладали. Там, например, была отличная труппа городского театра, в которой так же преобладали ссыльные.
Причем не просто ссыльные, а артисты из театра Ермоловой. Поскольку жили они впроголодь (а я это знаю, так как в соседней комнате того же общежития жил со своей матерью и собакой артист гортеатра, которому ежедневно выдавали минимальную сумму на пропитание — чтобы дотянул до зарплаты), то работали они на износ, выпуская по премьере ежемесячно. Зал на премьерах был заполнен по абонементам уже давно знакомыми соседями. И каким праздником были эти премьеры!
Особенно на фоне той жизни. Особенно для ссыльных. Общая беда их объединила, и они были очень близки между собой. Был среди них один близкий мне человек — Иосиф Гдальевич Симхович. Бот он мне и рассказал, что Сашу и ее мачеху репрессировали не из-за бабушки, а из-за дедушки.
И дедушка этот был — Лев Троцкий. Что родная Сашина мать, дочь Троцкого от первого брака, сгинула через некоторое время после высылки Троцкого за границу. Отец Саши долго не обзаводился семьей, а затем женился на Марии Израилевне, фамилии не помню. Через какое-то время арестовали отца Саши. Мария Израилевна непрерывно обращалась к разным влиятельным людям, пытаясь его спасти. Насколько это было тогда рискованно, понятно лишь современникам.
Неизвестно, что повлияло, но его выпустили. А через какое-то время его снова арестовали, и он исчез навсегда. Осталась маленькая Саша на руках у Марии Израилевны вплоть до их ареста, заключения в Бутырку, а потом их сослали в разные места. Вот Саша и добивалась разрешения им объединиться. И добилась.
Марию Израилевну привезли в Балхаш, и первые дни спали они с Сашей на одной койке.
А мне как молодому специалисту дали огромную комнату в молодежном общежитии. Естественно, я пригласила их к себе жить. И прожили мы вместе около ту в том же так называемом Молодежном городке.
Это был пригород Балхаша, состоящий из одноэтажных дощатых бараков построенных наспех унылыми рядами, когда во время войны наш завод был эвакуирован из Кольчугино. Однажды сразил меня (уже здесь, в Израиле) макет концлагеря (кажется, Бухенвальда).Он был точь-в-точь такой же застройки.
А сам город Балхаш был построен в казахстанской Голодной степи у соленого озера Балхаш на тупиковой ветке железной дороги. Может быть, это обстоятельство и стало одной из причин ссылки т да «врагов народа».
Я-то ехала туда по назначению по окончанию института и была полна мечтой и радостной верой, что по моим проектам будут строиться прекрасные, очень удобные, очень нужные здания на радость людям. И близость осуществления этой мечты просто пьянила. Оставалось меньше двух дней пути.
Но в последние два дня до Балхаша все труднее верилось, что в такой пустыне это возможно. Я ехала в последнем вагоне длинного состава, там из заднего окна был круговой обзор. До самого горизонта видны были только две нитки убегают вдаль рельсов но голой, плоской лысине Голодной степи. Ни деревца, ни даже травы, ни поселения, ни хотя бы разнообразного рельефа — только ветер гонит сухие клубки перекати-поля.
А каково было видеть это тем, кого везли туда поневоле!
Так случилось, что мне довелось близко узнать людей, прошедших Сталине — тюрьмы, лагеря и ссылку. Многие бы людьми с погасшим взглядом. А у Саши был взгляд всегда живой, какой-то вопрошающий.
Однажды она сказала: «Я не жалею что была в тюрьме. Я там узнала настоящую цену человека. Там проявляется настоящая суть. Бывает, человек в обычной жизни достойный а в тюрьме превращается в мокрую тряпку. А человек незаметный, серый, в тюрьме вдруг проявляется самым высоким и достойным образом».
Оказалось, что даже не сама тюрьма, а только угроза тюрьмы проявляет суть человека, как лакмусовая бумажка.
Вот парень, с которым Саша дружила еще в студенчестве (насколько мне известно, только на уровне походов на каток, в консерваторию или в театр). Он безбоязненно добивался свидания с ней в Бутырской тюрьме, не боялся переписываться и, наконец, приехал к ней в Балхаш. Что-то там у них не сладилось, они не поженились, но такое поведение в то время требовало большого мужества.
Еще большим мужеством была вся жизнь Марии Израилевны.
Пока мы жили вместе, я поневоле стала свидетелем их отношения друг к другу. Хотя Саша рассказала, что в детстве, пока был жив отец, она встретила в штыки его женитьбу. Всей своей жизнью Мария Израилевпа сумела завоевать ее сердце. Даже у родных матерей с дочерьми такой бережной нежности и предупредительности я не встречала. И неугасающую радость, что им удалось, наконец, соединиться.
До сих нор помню первую встречу с ней. Я ведь ожидала увидеть старуху: по моим тогдашним меркам, женщина лет пятидесяти — это старуха. И вдруг — редкостная красота и обаяние. И манеры у нее были какие-то царственные: вот она окажет тебе какое-то пустяшное внимание, а у тебя ощущение, что тебе достался царский подарок, так доброжелательно и покровительственно светились ее глаза при этом. Тем удивительнее, что она посвятила свою жизнь целиком чужому ребенку, отказавшись от домогательств многочисленных поклонников, более того — несмотря на угрозу, связанную с происхождением этого ребенка.
С ней же связано еще одно воспоминание.
Я не знаю, как и отчего исчезли ее родители, но она ребенком осталась на руках старшей сестры, которая ее безгранично любила, вырастила ее одна, сумела дать образование, сумела — сама еще молодая девушка — заменить ей обоих родителей.
И тем не менее, как только Мария Израилевна связалась с семьей Троцкого, она прекратила с ней переписку. И никакой связи между ними не было в течение всех злоключений Марии Израилевны.
Когда я отправилась в отпуск, Мария Израилевпа попросила меня заехать к ее сестре в Днепропетровск, завезти ей письмо.
Дверь открыла сама сестра, по сходству с Марией Израилевной я это сразу поняла. Когда я передала ей письмо, она безудержно разрыдалась и очень долго не могла успокоиться. Но когда я спросила, не напишет ли она что-нибудь в ответ, она так жалко, так растерянно стала что-то невнятно говорить, что я ушла поскорей: невозможно было видеть, как человек мучается.
Никто из ссыльных не рассказывал о методах запугивания, применявшихся в «органах», так как, это выяснилось впоследствии, с них брали подписку о «неразглашении».
В полной мере эти методы мне, конечно, не были неизвестны. Только слетка попробовали припугнуть, одной моей ошибкой, сделать из меня «стукача». Как-то по дороге с работы, забежав искупаться в озере, я по рассеянности не убрала с гальки бумажную подстилку. Это был чертеж какой-то незначительной постройки, кажется, шахматного павильона для городского сквера. За полвека можно и забыть.
Но не забылось, что за этим последовало: какая-то бдительная душа подобрала его и отнесла «куда следует».
Вот «куда следует» меня и вызывали раз пять; где какой-то мужчина, затянутый в форму, грозил мне наказанием за то, что я действую на руку врагу.
Ведь на моем чертеже есть штамп (!) нашего номерного завода. (А «номерным» назывался тогда завод без имени, без адреса, без его назначения, только под номером. Наш был № 517.)
А значит, о нем врагам знать не следует, он в ведении «органов». И тут же расспрашивал о соседке, Саше, и с каким злостным умыслом я пригласила ее к себе жить. Уж не знаю, почему они от меня скоро отстали, может быть, по моей непонятливости, что от угроз следует откупиться «стукачеством» вместо восторженных рассказов о ней.
Впрочем, кто их знает, где у них граница, за которой компрометирующий материал («компромат» по — ихнему) тянет на расстрел. Те же ссыльные рассказывали, что группу архитекторов, авторов генплана города Балхаш расстреляли по обвинению, что при взгляде с самолета город напоминает (!) фашистский знак. Аэродрома в Балхаше тогда не было, и за три года даже гула самолета над Балхашем я не слышала. Ну, вот и все.
В конце 1952 года окончился мой «срок» работы но назначению, и я уехала из Балхаша.
После моего отъезда Саша вышла замуж также за ссыльного. Приняла ли она его фамилию, я не знаю. Через некоторое время переписка заглохла, и я о ней ничего не знала много лет.
В 1989 году я случайно услышала, что в кинотеатре нашего города идет киноочерк «Внуки Троцкого» и там показывают его внучку, Сашу Моглину. Всколыхнулись воспоминания юности, мне страшно захотелось ее увидеть. Но киноочерк уже был снят с экрана. Долго рассказывать эту почти детективную историю о том, как я искала его следы. В конце концов я нашла его кассету в бюро проката на Арбате в Москве.
Из нее я узнала, что Троцкому при высылке разрешили взять только одного внука. И он взял Севу, сводного брата Саши. Этот Сева после гибели Троцкого теперь живет в Мексике. Но когда он узнал, что Саш; смертельно больна, он приехал в Москву попрощаться с ней.
Я смотрела на экран, захлебывала слезами. В этой совершенно седой, обрюзгшей, растрепанной старухе в постели, невозможно было узнать прелестную девушку, которую я помнила.
Но там же была показана ее фотография в молодости. Это была она! Она. Внучка Троцкого.
До тех пор я втайне относилась к рассказу Иосифа Гдальевича с сомнением.
Тут Оно исчезло.
И появилось горькое сожаление, что я не сумела тогда понять, какую горькую жизнь она прожила до того и какую, вероятней всего, ей предстоит прожить после того, и как я могла допустить, что потеряла ее из виду.
Может, я и смогла бы еще как-нибудь ей пригодиться…
Поняла только у этого экрана. Тогд были на волнах перестройки популярны эти документальные киноочерки, сняты журналистами «Огонька», пока во главе его был Коротич.
Оператор снимал, как Сева идет о главпочтамта на улице Кирова и подходит к ее дому, и ясно видна была подъезда табличка — «Кирова 32».
Я поехала туда, но ни в этом огромном доме, ни ЖЭКе никто ничего сказать о ней не мог.
Мне удалось все же отыскать журналиста, снимавшего очерк. Он сказал, что найти Сашу я и не могла, так как у неё другая фамилия.
Он ее назвал фамилию и назвал номер квартиры.
Я вскочила: «Я сейчас же еду туда!»
Он сказал: «Вы опоздал! Месяц тому назад Саша скончалась».
Документальные данные.
О Саше Молимой, се родителях, бабушке дедушке и сводном браге Севе упоминается книге Д.Волкогонова «Троцкий», изданной где го в 90-х годах прошлого века.
(10.04.2003 г. «Новости недели».)
