Известно, что в Израиле есть синагоги выходцев из Йемена, выходцев из Индии, выходцев из Марокко, выходцев из Грузии и т.п., но отдельная синагога для русскоязычных евреев – явление довольно редкое. Каким образом в Нагарии организовалась русская синагога?
С началом большой алии была образована община выходцев из СССР-СНГ г. Нагария, которая не ставила своей целью создание синагоги. Но так сложилось, что значительная часть ее членов интересовалась еврейскими традициями и историей. Это дало толчок организации колеля для мужчин и уроков для женщин. Кроме того, мы вместе отмечали все еврейские праздники. В связи с этим назрело время иметь собственного раввина, и в 1997 г. совет общины провозгласил меня раввином общины. Тогда же было принято решение открыть свою русскую синагогу.
И что Вам это сразу удалось?
Конечно, нет. Это произошло спустя три года, в 2000г. Нам очень помог тогда русскоязычный депутат горсовета Юрий Витин, которому пришлось и по столу постучать кулаком, и даже поставить на карту свое пребывание в горсовете. Просто героический поступок с его стороны. Мне кажется, в наше время мало, кто на это способен. Усилия Витина не пропали даром. По сей день мы благодарны ему за то, что он для нас сделал. Мы получили здание, приспособленное под бомбоубежище. Хотя в нем нет окон, есть свои плюсы: во время войны находится в нем приятнее всего.
Скажите, а зачем вообще нужна синагога «только для русских», разве нельзя пользоваться уже существующими?
Главная причина – мы не можем молиться так же быстро, как израильтяне, и в учебе нам тоже приходится разжевывать самые азы. Короче, нам нужен уровень начальный, потому что высокий уровень не воспринимается аудиторией. Попробуйте поставить академика преподавать в первом классе.
Рав Пинхас, так какие же цели Вы и Ваша команда ставите перед собой?
Наша цель – знакомить «украденных младенцев», на протяжении десятилетий оторванных от своей естественной среды, с еврейской историей и традицией, то есть вернуть их туда.
Вы испытываете трудности в осуществлении своих целей?
Еще и какие! Главная трудность – в отсутствии спроса на наш большой педагогический и методический потенциал. Многие русскоязычные евреи боятся даже самих слов «синагога» и «религия». Например, сегодня девочка, услышавшая от подружки, что у нас очень интересный лагерь, захотела к нам присоединиться, но подойдя к зданию и прочитав: «Синагога», — сразу повернулась и ушла. Она, наверное, испугалась, что кто-то хочет поймать ее в сети зомбирования. К сожалению, такие абсурдные суждения прививаются детям взрослыми, у которых отсутствуют самые элементарные знания о культурных традициях собственного народа. Но на самом деле, еврейская душа чиста и свята и ощущает суррогат культуры сегодняшнего дня и тянется к истинному чистому и светлому – традиции своего народа.
Именно поэтому Вы не теряете оптимизма? Чем сегодня живет Ваша община?
Все мы оптимисты, а трудности есть в любой работе. Мы работаем, даем уроки, проводим мероприятия, и у нас есть свои завсегдатаи, с которыми мы хорошо понимаем друг друга. Нас вместе ждут великие дела, много света и много радости.
Большое спасибо за интервью, рав Пинхас, успехов Вам в Вашей благородной работе.
Беседу вела Е.Кочина.
