Для большинства людей японские реалии ассоциируются с экзотикой, хотя по сути, это обычная продвинутая страна с хорошо сохранившимися элементами национальной культуры. Но мы сразу же обращаем внимание на женщину в кимоно (а она просто оделась к какому-нибудь торжественному случаю: так принято), на старика в деревянных сандалиях-гэта (а ему просто так удобно: привык…), на синтоистский мини-алтарь в ультрасовременном офисе (традиция). Иностранцам в диковинку бесконечные разувания и особые тапочки для туалета, циновки-татами, жизнь на полу – да много ли чего. Но это экзотика для нас, для японцев же – привычный быт. Казалось бы, в своей мононациональной стране им уже нечему удивляться. Ан нет…
Среди японских житейских реалий почётное место занимает фурό – особый вид ванны. В ней не моются, а расслабляются, предварительно уже помывшись под душем или с шайкой. В современном японском доме это обычная ванна, немного короче и глубже нашей (иногда с датчиками поддержания нужной температуры воды). В классически традиционном — деревянный короб или бочка. Но и это не экзотика. Как оживляются обычно сдержанные японцы, когда слышат слово ГОЭМОМБУРО!
Интересно, какие чувства испытал бы Исикава Гоэмон (японский Робин Гуд, живший в 16 веке), узнай он о том, что чугунный котёл, в котором его сварили заживо, станет столетия спустя гоэмомбурό – «ванной Гоэмона». (Ну и юмор, однако…) И те, кому удалось погрузиться в гоэмомбурό, будут считать себя везунчиками. Потому что это японская экзотика в экзотике и большая редкость.
Мне везёт в Японии на интересных, увлечённых людей.
Абэ Исаму – глава крохотной строительной фирмы, а точнее — плотник, где он вкалывает вместе с несколькими такими же работягами. Этот человек известен на Хоккайдо, да и по всей стране, тем, что восстановил почти исчезнувшую породу сахалинских ездовых собак «карафутокен», ставшую знаменитой во время японских антарктических экспедиций. Позднее на этих же собаках он пересёк скованный льдом Татарский пролив, повторив путь самурая-землепроходца Мамия Риндзо. Но однажды Абэ-сан нашёл на заброшенном рыбоперерабатывающем заводе два старых чугунных котла и оборудовал в своём доме гоэмомбурό. И это событие стало не менее известным, чем первое.
… В этой «ванне» не разлежишься: колени подтянуты почти до подбородка. Стенки котла приятно шершавы. Пахнет мокрым деревом и дымком. Прямо под тобой потрескивают поленья, которые, посмеиваясь, подкидывает в топку хозяин. Шутит: «Ты большой, тебя варить придётся долго, дров может не хватить».
Абэ-сан щёлкает затвором камеры. Это означает, что я стал экспонатом в его знаменитой фотогалерее, где увековечены как японские, так и иностранные гости этого дома. Тут и главы администраций, и артисты, и даже скандально известный парламентарий Судзуки Мунэо. Ну и в компашку я попал…
…Тепло, зародившееся где-то у самых пяток, медленно поднимается вверх, блаженно обволакивая и покалывая тело. И ты чувствуешь, как начинают петь (да-да, именно петь!) утомлённые позвонки и расслабляться казалось бы безнадёжно закрепощённые мышцы. И все твои проблемы, великие и малые, кажутся ерундой. И жить – это такой кайф! И сакэ под рукой!
КАМПА-А-АЙ!!! (оно же «лехаим!»).
