Довольно часто на встречах с читателями (кои раньше бывали не в зуме, а живьём, да-да, такое было!)) мне задавали вопрос: «А как же всё-таки пишутся стихи, с чего все начинается, откуда они берутся?» Может не совсем такими словами, но смысл понятен. И каждый раз этот вопрос ставил меня в тупик, ответов на него может быть множество, и ни один не будет исчерпывающим. Мне и самой очень интересно, а как это у других? Есть ли какие-то общие «механизмы», или всё у всех всегда по-разному? Осмелюсь предположить, что когда пишущий человек влюблён (а любовь и непи-шущего может превратить в поэта)), исходная точка всегда в избытке эмоций – положи-тельных или отрицательных – не важно. Главное – энергия избытка, надо её куда-то вы-плеснуть, и на помощь приходят стихи. Именно на помощь, как психотерапия. В начале. Потом – у мастера рождается произведение. У любителя – просто душа поёт. Или плачет. Про версификацию не говорю – это нечто другое, это ремесло, иногда нужное и каче-ственное, но от поэзии отличное. «Можешь не писать – не пиши» — кому только не припи-сывают авторство этого высказывания, и Толстому, и Чехову, и Цветаевой. Но дело не в авторстве, а в сути. И тут главное – особенность поэзии, исходная точка избытка: НЕ пи-сать НЕ могу. С избытком чувств понятно. Любовь априори. Но и ненависть, и патриотизм, если настоящий, и страх, и радость, — любое чувство, как только его больше, чем необходимо, и даже больше, чем достаточно, может вызвать строчки, а затем и стихи. «А как же лирика, сонеты, ностальгия?» Тоже от избытка – воспоминаний, воображения, чего угодно, пусть без пыла и экзальтации. «Избыток» – это вовсе не всегда сильно, громко, ярко. Впрочем, я не собиралась теоретизировать и уж тем более объять необъятную тему психологии творчества. Наоборот, хотела написать о частном случае, в котором можно найти закономерность, если поискать. Начну с вопроса: бывало ли у вас так: читаешь чьи-то строки и ВДРУГ сильное же-лание человеку ответить? Продолжить его мысль или, наоборот, возразить? Откликнуть-ся!!! Потому что задело. Или – созвучно. Или – не могу промолчать в ответ… вот оно – НЕ могу НЕ… Но не от избытка собственного чувства, а от чужого слова. От слова, кото-рое вовсе не кажется чужим, даже если ты с автором вообще не знаком. Если автор – классик, можно взять его строчку в эпиграф и писать своё в ответ без промедления. Если не классик, то в принципе можно поступить также, хотя малоизвестное имя под цитатой скорее наведёт на мысль о пародии, нежели о лирике. Ещё сложнее, когда все зацепки разбросаны по тексту и трудно выделить строчку или строфу, а откликнуться хочется, точнее «не можется не» откликнуться. А если текст в прозе, и вообще не отдельное произ-ведение. Не важно. Все такие случаи я для себя определяю, как «эхотворения», стихи, написанные не от избытка – СТИХИЯ, а от созвучности – ЭХО. У меня таких стихотворений – эхотворений – много, и я вначале хотела дать массу примеров, но потом остановилась на одном, зато самом свежем, так сказать «из неопубли-кованного». В самом начале зимы, когда первые дожди только начали намекать на смену сезонов, израильский писатель и историк Рами Юдовин опубликовал в фэйсбуке пост, где сравнивал израильскую зиму с женщиной в критические дни, когда настроение меняется на дню не-сколько раз. Для меня, в недавнем прошлом москвички, с детства привыкшей к «Мороз и солнце. День чудесный…» такое сравнение было неожиданным и вызвало то самое ВДРУГ… а дальше в тексте господина Юдовина появилось предложение «Дождь, тем временем, вошёл во вкус, можно сказать, дерзко забарабанил в темпе престо». Что здесь такого, чего я раньше нигде и никогда не читала? Не знаю? Все вместе «Зима с капризами, но дождь вошёл во вкус…» И вот я уже слышу диалог Зимы и Дождя. Они о чём-то спорят, соглашаются, снова спорят, молчат… с чего-бы… чем занялись?.. Вот бы не только слышать, но и видеть… А может, это вообще не Дождь, а лирический герой … А в конце поста у автора оптимистичный аккорд: «Похоже, все ещё впереди, всё ещё будет». И всё: стихотворение, точеее, эхотворение – появилось почти само собой, я только успела записать (кстати, иногда можно и не успеть, как пришло, так и уйдёт, ждать не будет)). С первоисточником его как будто связывает только первая строчка, но на самом деле оно всё – отклик, отзвук… Можно ли его считать самостоятельным произведением? Не знаю. Вот оно. Перед вами: Войдя во вкус, дождь барабанит дерзко, Ему приятно падать с высоты. Зима – как женщина – с порога сразу веско: «Я здесь – к тебе, ведь мы с тобой на ты…» Зигзаги молний и раскаты грома… Окно по рельсам в сторону, и вот: «Входи, конечно, мы давно знакомы, Но не встречались, вот уж скоро год.» Дождь барабанит вкусно и мятежно, Упало небо в море за горой. Зима – как женщина – под рваный ритм, небрежно – Пришла. И мир заполнила собой. Хотела на стихах и закончить, но не могу не поделиться сомнениями. Для меня во-прос самостоятельной ценности таких стихов не праздный. У меня много абсолютно своего, но много и таких откликов на строки, на картины, на сюжеты. Возможно, потому что я – женщина, а женщине свойственно звучать в дополнение, не повторять, как эхо в физическом мире, а …улавливать живущее в намёке, усиливать звучащее вполсилы и доводить до зрелости плода. Впрочем, это уже началась другая тема… И, кажется, другие стихи…
И в качестве заключения другой отклик, эхо иного сорта — видеоролик на небольшое стихотворение Ирины Егоровой
Голос в кадре — Ирина Егорова. При съёмке и монтаже видео помогала Ксения Клюева.
