Украинцам стали все чаще отказывать во въезде в Израиль.

Они пытались мстить и не пускать израильтян в ответ, но в итоге решили проблему на высшем уровне:

страны договорились приоткрыть границы друг для друга.

С начала этого года миграционные службы Израиля отказали во въезде почти двум тысячам украинцев.

Причина – возросшее число нелегалов.

В декабре 2018-го МВД Израиля заявил, что за последние два года около 10% всех украинских туристов пытались остаться в стране нелегально.

Украине присвоили статус «миграционно-опасного направления».

И началось – украинских туристов сотнями не пускали в Израиль. Их разворачивали с обратными билетами на руках, гостиничной бронью, деньгами и всем, что необходимо для пересечения границы. Сеть наполнилась возмущёнными описаниями допросов, личных обысков и содержания в депортационной зоне без свободного доступа к удобствам.

В середине февраля развернулся скандал на два аэропорта. В киевском Борисполе отказали во въезде 35 израильтянам – якобы у них не было достаточного количества денег, да и цель визита была неясна. В ответ в Бен-Гурионе развернули целый самолёт из Украины со 140 пассажирами. Конфликт удалось разрешить только благодаря вмешательству израильских дипломатов и Верховной рады, после чего задержанные смогли попасть кто в Тель-Авив, кто в Киев. Некоторые предпочли поскорее убраться восвояси.

Однако в начале весны ситуация вновь обострилась: израильтяне не пускали к себе украинцев, те мстили обидчикам аналогичным образом на своей границе. Граждане обеих стран забрасывали министерства запросами в попытках прояснить причины отказов, послы изрядно нервничали. Дошло было до того, что украинский МИД задумался о прекращении безвизового режима с Израилем. Но на прошлой неделе страны договорились минимизировать отказы и завершить «аэропортный конфликт».

Обсуждали проблему в Киеве, на рабочей встрече были представители МВД Украины во главе с замминистра Татьяной Ковальчук и израильские чиновники во главе с послом Израиля на Украине Джоэлем Лионом. О том, как именно страны будут минимизировать число запретов на въезд, не сообщается. Известно только, что теперь каждый необоснованный отказ во въезде на Украину или в Израиль будет тщательно расследоваться. На встрече израильтяне отметили, что за последние два года украинцы стали гораздо реже просить убежища в Израиле. Джоэль Лион подчеркнул, что Израиль вообще не считает Украину страной, где граждан преследуют по политическим мотивам, и соответственно, не видит необходимости оказывать им такого рода защиту. Зато, подчеркнул он, страна готова расширять список возможностей для легального трудоустройства украинских граждан в Израиле.

На условия прохождения границы в Бен-Гурионе и необоснованный запрет на въезд жалуются не только украинцы, но и россияне. Если в 2017 году в Израиль не пустили 1400 россиян, то в 2018-м – в два раза больше. В конце марта этого года представитель Министерства туризма Израиля Амир Халеви заявил, что примерно ста российским туристам из тысячи отказывают во въезде в страну. Он объяснил происходящее ростом числа заявок на предоставление политического убежища. «По сути, это маскировка трудовой миграции, – рассказал Халеви. – Граждане России прилетают в Израиль, пользуясь безвизовым режимом, оформляют официальную просьбу об убежище и таким образом получают возможность работать на территории страны, пока их запрос рассматривается».

Заметно увеличилось количество отказов на въезд в Израиль и для граждан Грузии.

Например, в середине апреля израильские пограничники не впустили в страну детский ансамбль «Горда» из Грузии. Их смутил тот факт, что из 17 человек в группе было всего пятеро детей, а остальные – сопровождающие старше 25 лет.

В марте МВД Грузии отчитался, что из 3500 грузинских туристов в Израиль не попали 400 человек.

С 2014 года Грузия тоже стала для Израиля неблагонадёжным миграционным направлением – по тем же причинам, что и Украина:

нелегальная миграция и поиск убежища.

Израиль тоже внёс Грузию в список стран, свободных от политического преследования своих граждан, тем самым лишив грузин возможности просить политического убежища.