Главная / Новости / Антисемитизм / Таланта громкие слова

Таланта громкие слова

10.07.2020

Анна Герман и Муслим Магомаев пели его «Любви негромкие слова», Юрий Антонов исполнял «От печали до радости», а Андрей Миронов – песню «Вся жизнь моя». В Москве простились с поэтом Борисом Дубровиным.

Он родился в Москве в мае 1926 года. Мама Эсфирь Абелевна, в девичестве Хазар, работала врачом Благушинской больницы. Отец Савва Семенович Галла – бывший комиссар Первой конной армии – был заместителем технического директора Дубнинского труболитейного завода. Безмятежное детство Бориса и его младшей сестры закончилось в 1936-м, когда по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде был арестован отец, а следом и мать – за то, что не донесла на него. Их приговорили к пяти годам лишения свободы. Отец погиб в лагерях, мать вышла из них инвалидом. В 1955 году родителей Бориса реабилитировали.

 

 

«Ребята во дворе обходили меня стороной, – вспоминал Борис Саввович. – Я был сыном врага народа, и продолжалось это до войны. На войне такого уже не было, там все объединены были! Меня выделяли как человека, который пошел на фронт добровольцем, относились хорошо. Когда мы из пехоты переходили в авиацию, писарь заполнял книжки военные.
– Фамилия?
– Галл!
– Национальность?
– Еврей!
– Да ну?
– Я вам серьезно говорю – еврей, так и записывайте!
Я очень старался на войне быть смелее других, чтобы лишний раз подтвердить: евреи – люди достойные! Когда предложили пойти в офицерское училище, отказался. Хотелось быть рядовым».

 

 

На фронт Борис ушел в 17, через время из пехоты его перевели в авиацию, в мотористы, с чем сам поэт был категорически не согласен. Он попросил перевести его воздушным стрелком. Ему тогда припомнили биографию родителей: где гарантия, что сын врагов народа не прыгнет с парашюта и не переметнется к немцам. Борис тогда заявил, что его родители – честные люди, но если их имена запятнаны, то это пятно он будет смывать своей кровью.

«Я знал, что воздушные стрелки гибнут чаще других, – рассказывал писатель. – Они охраняли нижнюю полусферу самолета. Зачастую снаряды, выпущенные врагом, взрывались под самолетом, осколки прорывались в кабину и убивали воздушного стрелка. Но желание оправдать, защитить доброе имя моих родителей было сильнее страха, честное слово».

 

 

С 1944 года он принимал участие во всех значимых операциях 1-го Белорусского фронта. Выполняя локальные задачи и поддерживая наступление, был награжден орденом Отечественной войны, медалями «За освобождение Белоруссии», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина» и польскими медалями «За Варшаву», «За Берлин» и «За боевое содружество». О войне Дубровин рассказывать не любил, говорил, что не хочет вспоминать тот период.

После войны он остался служить в рядах Советской армии на территории Германии. «Солдат моего призыва задержали в Германии надолго. В Москву после Победы возвратился только спустя семь лет. Вскоре серьезно занялся творчеством. Очень хотелось писать стихи профессионально», – рассказывал Дубровин.

Первые стихи, наполненные болью и обидой, Дубровин начал писать еще в детстве после ареста родителей. Они не сохранились, как не сохранились и стихи военных лет – автор сам сжег их, посчитав «бессильными»: «В послевоенной Москве я осознал совершенно другой уровень образного мышления и понял, что надо все начинать сначала».

 

 

В 1953-м Борис поступил в Литературный институт. Параллельно с учебой подрабатывал литературным консультантом в газетах. Вскоре он стал потихоньку отправлять свои стихи и тексты песен в разные литературные издания – но публиковать молодого поэта никто не спешил. «Вот тогда я в полной мере ощутил на себе силу антисемитизма! – вспоминал писатель. – В редакциях, где я оставлял стихи, говорили: “Мы вам позвоним”. Но никто, конечно же, не перезванивал. Так продолжалось довольно долго, пока добрые люди не подсказали сменить фамилию. И дело начало двигаться потихоньку». Так Галл стал Дубровиным.

 

 

В 1955 году была опубликована его первая книга стихов «На первом рубеже», а уже в 1957 году Дубровина приняли в Союз писателей СССР. Вскоре его эмоциональные, чувственные стихи заметили композиторы – и предложили сочинять для эстрады. В содружестве с Владимиром Шаинским родилась лирическая песня «Любви негромкие слова», прозвучавшая в исполнении Анны Герман. Юрий Антонов по его стихам написал любимую многими песню «От печали до радости».

 

 

Песни на стихи Бориса Дубровина писали Оскар Фельцман, Юрий Саульский, Людмила Лядова, Игорь Крутой и многие другие. А со сцены их исполняли популярные артисты: Лев Лещенко, Андрей Миронов, Иосиф Кобзон, Муслим Магомаев, Валерий Леонтьев и Лариса Долина.

Последние восемь лет жизни – после перелома шейки бедра – Борис Дубровин был прикован к кровати. Лишь близким людям известно, насколько тяжело ему было оставаться все эти годы самим собой – скромным, приветливым и интеллигентным. Он до последнего любил принимать гостей: говорят, часто просил назвать три самых значимых для них слова, а спустя несколько минут дарил на память стихотворение.

Алексей Викторов

Алексей Викторов

О Z Z

2 комментария

  1. Борис Дубровин — замечательный поэт- песенник ,написанные им песни в содружестве с известными композиторами, исполненные талантливейшими певцами навсегда останутся классикой отечественной эстрады! Он очень напоминает мне моего отца Юрия Ициксона — талантливого журналиста.Он — автор известной комедии «Туркменфильма» — «Петух»! Только войну он на передовой прошел в составе Второго Белорусского фронта. был тяжело ранен, ушёл из жизни в 60 лет! Светлая память вот таким настоящим евреям! Они — пример того,как нужно прожить жизнь,преодолевая все преграды.Это ответ хулителям, что, мол, евреи во время войны » отсиживались» в Ташкенте… Не надо лгать! Мы всегда будем ими гордиться!

  2. Аноним

    Поэт нашей молодости. Прекрасный русский поэт. Еще вспомнят не раз! Автору спасибо. Очерки Викторова всегда хороши! А.Р.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан