Главная / Новости / Депутат Кнессета от партии «Еш Атид» Татьяна Мазарская: «где «потерялись» 600 миллионов шекелей?»

Депутат Кнессета от партии «Еш Атид» Татьяна Мазарская: «где «потерялись» 600 миллионов шекелей?»

Вчера на Комиссии по здравоохранению изучался вопрос о списке субсидируемых государством дорогостоящих лекарств.

Каждый год больничные кассы получают от Минздрава определенный бюджет на приобретение дорогих лекарств для лечения целого ряда таких тяжелых болезней, как гепатит, рак, ревматоидный артрит и многих других. Существует целый перечень тяжелых болезней.

Депутат Кнессета от партии «Еш Атид» Татьяна Мазарская рассказала о том, что происходило на заседании и о целом ряде проблем, которые, с ее точки зрения, ожидают скорейшего разрешения:

«В Минздраве есть комиссия, которая решает, какие болезни должны входить в список тяжелых заболеваний и какие и на какую сумму для их лечения требуются лекарства. Однако, совершенно непонятно, с какой периодичностью собирается эта комиссия, и, следует отметить, что ни со стороны Минздрава, ни со стороны больничных касс не наблюдается никакой прозрачности в этом вопросе.

Больничные кассы, со своей стороны, заявляют, что «все, что требует Минздрав, с точки зрения отчетности, мы посылаем». Но так получилось, что тщательно в Минздраве никто не изучал эти отчеты. В результате сейчас собрали данные с 2010 года по 2020 год, сколько же денег было переведено и сколько использовано по этой статье расходов. Так вот выяснилось, что более 600 миллионов шекелей, переведенных на покупку дорогостоящих лекарств, не были использованы непосредственно по этой статье расходов, то есть по своему прямому назначению! При этом деньги были переведены, больничными кассами получены, но не были использованы…

Из всего сказанного вырисовывается несколько проблем.

Первая: нет ответа на вопрос, где находятся или как были израсходованы переведенные Минздравом деньги?

Вторая: где прозрачность системы — всех ответственных за принятие решений и процессов должностных лиц и органов – как в больничных кассах, так и в самом министерстве?

Третья: некоторые лекарства устарели, их перестали выпускать и закупать, начали выпускаться новые лекарства, а в подаваемом каждый год бюджете все еще указаны старые лекарства; список в итоге не пересматривался, независимо от того, нужны эти лекарства или нет.

Итак, Минздрав не запрашивал у больничных касс подробностей, а больничные кассы слали каждый год однотипные отчеты, не учитывающие произошедших в сфере фармакологии перемен. При этом, можно предположить, что деньги, все же расходовались, но, поскольку никаких уточняющих запросов и указаний от Минздрава больничные кассы не получали, вероятно, они шли (на усмотрение касс) на закупку других лекарств и технологий, но на какие именно неизвестно…

Сложилась парадоксальная ситуация: с одной стороны, больничные кассы говорят, что у них дефицит и нет средств, а, с другой стороны, есть «зависшая» сумма, которая пришла к ним на счет и не была израсходована: более 600 млн. шекелей. Так куда же ушли деньги?

На этом фоне развивается другая история с лекарствами, вызывающая не меньшее количество вопросов. Вчера у входа в больницу «Рамбам» в Хайфе прошла демонстрация, требующая предать гласности все подробности дела об использовании просроченных лекарств при лечении онкологических больных в этой больнице.

В числе подозрений — нарушение Закона об аптеках, подделка документов, халатное обращение с лекарствами, получение материальной выгоды обманным путем, сокрытие доходов, фальсификация бухгалтерской отчетности для уклонения от уплаты налогов и многое другое.

Неизвестно точное число пострадавших от приема просроченных лекарств, но, судя по предварительным данным, речь идет о десятках или даже сотнях больных. Участники демонстрации, родные и друзья которых скончались, обвиняют фармацевтов в смерти близких.

Считаю, что все вышеперечисленное требует самого тщательного расследования и при том максимально прозрачного для общества, и я и дальше буду поднимать эти темы на заседаниях Комиссии по здравоохранению. Допущенные нарушения, как в случае «исчезнувших» 600 млн., так и в уголовной истории с использованием просроченных лекарств для лечения больных раком, их масштаб, поражают воображение.

Если мы действительно не хотим быть страной третьего мира в сфере медицины, мы просто обязаны изменить систему, при которой такие ситуации вообще становятся возможными, сделав ее максимально прозрачной».

О Редакция Сайта

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан