В Хайфе снова весело — настолько, что местная политика уже больше похожа не на управление городом, а на аквариум, где каждый обитатель то и дело устраивает всплеск, чтобы привлечь внимание.
На этот раз волну подняла полиция Израиля, она разослала приглашения — почти как на корпоратив, только без шампанского — членам городского совета, чтобы они явились дать показания по делу о предполагаемой сексуальной угрозе, которую депутат Татьяна Джон (Наш дом Израиль) приписывает своему коллеге Кириллу Каретнику (так сказать независимому депутату).
Историю вы и так знаете: неделя назад в зале заседаний разыгралась сцена, достойная премии «Золотой Кактус муниципальной дипломатии». Депутат от арабского Салли Абед, лидер фракции «Ров хаИр», вдруг заявила, что видела, как Картник сделал неприличный жест в сторону Джон. Заседание сорвалось, камеры задрожали, депутаты вздохнули, а Джон тем же вечером оказалась уже в полицейском участке с официальной жалобой — за сексуальную угрозу и оскорбление работника публичной службы.
Эффект был мгновенный. Мэр Йона Яхав не стал ждать второго сезона и в тот же вечер уведомил Каретника о его увольнении из коалиции и о снятии с должности председателя управления по абсорбции репатриантов.
Но настоящий сериал начинается сейчас. Как стало известно «Кольбо – Хайфа и Крайот», полиция уже обзванивает членов совета и приглашает их для дачи показаний. И первой в списке оказалась та самая Салли Абед — человек, на чьих словах, судя по всему, будет держаться весь сюжет.
Абед прокомментировала коротко, без эффектов и драматической музыки: «Меня вызвали в полицию. Пойду и дам краткую, точную информацию о том, что именно произошло».
НО ВОЗНИКАЕТ ВОПРОС?
Хотя формально речь идёт о жесте, обиде и моральных принципах, невольно возникает старый как город вопрос: а почему именно представитель арабо-еврейского списка решила поднять бурю и добиться увольнения Картника? Что это — внезапный приступ политической чистоплотности или всё же тонкий расчёт?
Салли Абед уже давно вне коалиции Йоны Яхава — мэр её исключил, а вместе с ней и всю фракцию. Так что поднять шум — идеальный способ показать: «Вот видите, без нас всё разваливается», и параллельно чуть-чуть расшатать лодку перед следующими перераспределениями.Но почему одним своим скандалом, она открывает дорогу в коалицию, как бы своим главным «идеологическим противникам», представителям партии НДИ?
Тем более что злые языки утверждают: примерно месяц назад Либерман уже наведывался в наши края и имел не просто беседу, а обстоятельный, почти «ночной» разговор с Йоной Яхавом.
Слухи, конечно, вещь благодарная — никто их официально не подтвердит, но почему-то после подобных визитов в Хайфе обычно начинают происходить странные совпадения. Кто-то внезапно «теряет доверие коалиции», кто-то перестаёт быть нужным, чьи-то кресла начинают слегка шататься, а у кого-то, наоборот, появляются новые возможности.
В Израиле давно знают простое правило: если Либерман тихо приехал и тихо уехал — это значит, что громко станет чуть позже. А уж если что-то совпадает с очередным муниципальным скандалом, то это уже даже не заговор, а классическая муниципальная арифметика: минус один — плюс другому.
В итоге история с жестом превращается не в борьбу за уважение, а в очередной эпизод политического сериала: кто кого подвинет, кто кого сдаст, и кто в итоге зайдёт в кабинет через чёрный ход.
Ну что ж…
Теперь мы наконец узнаем: кто в нашем городском аквариуме мирно плавает,
кто мутит воду, а кто просто изображает редкую, но очень шумную рыбу.
Марк»с» Колярский
