Мрачно-агрессивный Израиль, помешанный на антиарабизме, сексуальных извращениях, пессимизме и страхе. Торжество чернухи, розовые сопли о несчастных палестинцах и африканских нелегалах, военные преступления «израильской военщины» и ужасы религиозного засилья — всем этим «порадовал» публику 28-й Международный кинофестиваль в Хайфе.
Это был настоящий праздник национального мазохизма с кинематографическим уклоном. Проходивший в Хайфе кинофестиваль собрал неимоверное число фильмов, которые показывают Израиль отвратительным кровожадным монстром, которого надо лечить, да некому. Во время чтения программы этого культурного события года и в зале на просмотрах меня не покидало ощущение какого-то абсурда.
Из 125 фильмов фестиваля почти каждый пятый фильм был израильским. Но что это были за фильмы!..
Казалось, что режиссеры специально выискивают в родном еврейском отечестве только самые крайние и самые нелицеприятные моменты. Сценаристы вели соревнование в стиле «Кто лучше очернит Израиль». Вот только некоторые новые фильмы, чьи премьерные показы стали яркими событиями на фестивале в северной столице Израиля с 30 сентября по 7 октября.
«Комната 514» режиссера Шарона Бен-Цви. Главная героиня — для колорита репатриантка из бывшего СССР — служит в военной полиции и расследует якобы чрезмерное применение силы одним из офицеров боевого подразделения ЦАХАЛа против палестинцев. В английском предисловии к фильму даже не используется термин Иудея и Самария, а пишется с прописной: «Оккупированные Территории». Ну чтобы сразу было понятно, кто прав, а кто виноват, кто здесь агрессор, а кто невинная жертва. Весь фильм девушку, которая не желает выполнять приказ своего прямого командира, велевшего ей прекратить преследование боевого офицера, мучают угрызения совести.
Влияет ли такой фильм на общественное мнение и на боевой дух Армии обороны Израиля? Еще как. Получается, что мы сами, руками родного режиссера, выпячиваем негатив и даем повод недругам тыкать в нас пальцем и говорить: «Ну вот, они сами показывают себя агрессорами и преступниками». «Аль-Джазира» отдыхает в сторонке, евреи сами делают работу вражеской пропаганды.
Зададимся вопросом: был ли сделан в 2012 году хоть один фестивальный фильм, где просто показана реальная жизнь ЦАХАЛа? Фильм, в котором без пафоса была бы видна ежедневная работа солдат и офицеров, которые днем и ночью защищают мирную и сытную жизнь вот таких режиссеров. Нет, не появились такие фильмы. Поэтому мир и видит Израиль через негативное зеркало нашего же кино.
«Временная жизнь» режиссера и профессора киноискусства Анера Премингера показывает нагнетаемую страхами ситуацию в иерусалимской семье в разгар волны терактов 2003 года. Мать забаррикадировала всю семью в квартире, чтобы спастись от внешних угроз. Весь фильм проходит в атмосфере психоза и клаустрофобии. На вопрос, до каких пор мать будет блокировать выход из квартиры, героиня отвечает: «Пока здесь не наступит мир».
«Наследство» режиссера арабского происхождения Хиама Аббаса ставит в центр внимания большую арабскую семью, которая собирается в Галилее на свадьбу родственницы. Действие происходит летом 2006 года, когда «Хизбалла» начинает атаки против Израиля и ракетные обстрелы наших городов и поселков. Вы думаете, в фильме хоть как-то отражен факт нападения террористов на Израиль и почти четыре недели сидения израильтян с севера в бомбоубежищах под вой сирен? Ничего подобного.
Уже аннотация к фильму, предназначенная для иностранных гостей фестиваля, использует оруэлловские термины, полностью искажающие реальную картину того лета. Цитирую: «Палестинская семья отмечает свадьбу дочерей, когда начинается война между Израилем и Ливаном». Простите, но с каких это пор арабские граждане Израиля называются палестинцами? И почему Вторая Ливанская война, когда Израиль подвергся нападению со стороны боевиков «Хизбаллы», называется так хитро, что постороннему человеку вовсе не ясно, кто на кого напал. Ну, наверное, Израиль снова набросился на «беззащитный» Ливан.
При всем уважении к праву арабского режиссера на самовыражение, хочу спросить: снят ли в Израиле хоть один художественный фильм, где показана жизнь сотен тысяч простых израильтян под ракетными обстрелами той войны 2006 года? Запечатлел ли кто-нибудь слезы и нервный шок детей, слышащих сирены ракетной тревоги? Нет такого кино.
На этом фоне «милой мелочью» выглядит фильм «Отключатель воды» Идана Хубеля — там главный герой ходит по городу и отключает воду беднякам-должникам, вызывая к себе ненависть жильцов. Фильм «Заполнить пространство» Рамы Бурштейн мастерски показывает драматическую ситуацию в ультраортодоксальной семье, в которой дочку вынуждают выходить замуж не за любимого, а за того, кого выбрала мать. Эти ужастики из жизни харедим мы уже проходили.
Для контраста на фестивале показан фильм «Шесть раз» Йонатана Гурфинкеля. Тут зрителя берут не строгостью религиозного уклада, а совсем наоборот — показано погружение в опасные сексуальные связи несовершеннолетней школьницы. И название фильма — как раз об этом. Остросюжетная израильская «клубничка» с темой на грани закона. По этой же части — короткометражный фильм «Лола» Эйтана Хариса. В нем солидная жительница Зихрон-Яакова, поющая в местном хоре, вдруг решает переоборудовать свой магазин цветов в секс-шоп.
Фильм «Альта» (английское название Out in the Dark) просто требует цитаты из фестивального справочника: «Нимер, палестинский студент и хороший сын, однажды ночью встречает Роя, израильского адвоката, и оба влюбляются». Ну действительно, в кого же еще влюбиться хорошему палестинскому парню, если не в израильского адвоката?! Особенно если это адвокат одной из многочисленных левозащитных организаций, которые рьяно отстаивают права арабов — включая их право иметь израильских адвокатов.
Добавьте в этот фильм для перца традиционные «зверства израильской военщины на Западном берегу реки Иордан» — и на выходе у нас будет очередной жутко политкорректный фильм об арабах, гомосексуалистах и оккупации. То есть полный набор штампов, которые так хорошо принимаются членами жюри любого европейского кинофестиваля. Ведь именно для их взыскательных очей и делается такое кино.
Арабо-исламская тема буйным цветом прорастает в документальном фильме Анат Таль Манделовиц «Мама, папа, я — мусульманка». Сюжет найден в виде экстраординарного случая: в еврейской семье из галилейского Кармиэля дочка-подросток 14 лет вдруг решает принять ислам. Дальше она весь фильм пытается соблюдать нормы ислама и желает выйти замуж за араба, причиняя искреннее горе своим родителям.
Таких случаев — один на миллион, но волей режиссера обращение еврейки в мусульманство превращается чуть ли не в тенденцию, которая заодно и рекламирует «религию мира», как называет себя ислам.
Чтобы посетители Хайфского кинофестиваля не думали, будто арабская тема на экране уже закончилась, им показывают мелодраму Анат Цурии «Урок». В ней израильская арабка учится вождению с палестинским инструктором из Восточного Иерусалима, который в фестивальном справочнике называется Эль-Кудс, как того и жаждет руководство Палестинской автономии.
О тяжкой доле нелегальных беженцев из стран Африки в Израиле повествует фильм Инбаль Шпринцак «Быть как Ави». Сюжет незамысловат: группа темнокожих молодчиков, нагло прорвавшихся через государственную границу Израиля, весь фильм страстно мечтает получить израильские удостоверения личности. Сюсюкающая с нелегалами режиссер художественно отрабатывает тему «несчастных африканцев». После просмотра киноленты у зрителя, по идее, должно вспыхнуть желание найти нелегала и отдать ему свое удостоверение гражданина Израиля.
Хочу отдать должное фильму «Письмо из прошлого» Офера Зингермана. Глубокая драма с историческими корнями может стать лучшей картиной года в Израиле.
Переведем дыхание, остановив поток чернушно-левацких «киношедевров» международного фестиваля в Хайфе. Задумаемся о том, почему Израиль — дом всего еврейского народа — показывает сам себя на экране с таким ожесточенным сладострастием саморазрушения и самоненависти.
Где корни этого культурного и политического мазохизма? Почему эти фильмы, порочащие ЦАХАЛ, прославляющие наших врагов и создающие самые низменные стереотипы в отношении Израиля, — почему они финансируются из госбюджета или получают гранты из полугосударственных фондов?
Вопросов больше, чем ответов. У меня давно зреет ощущение, что в Израиле должна прийти к власти новая здоровая сила, которая расчистит авгиевы конюшни, загаженные так называемой культурной элитой страны.
Горько осознавать, что все эти новинки кинематографа скоро будут распространяться по миру как свежие достижения израильского киноискусства. Эти ленты будут показываться в культурных центрах Израиля в разных странах мира, а также на традиционных Неделях израильского кино в десятках общин диаспоры.
То, как выглядит Израиль в этих лентах, вызывает у меня отторжение и стыд. Радует одно: наш Израиль — гораздо лучше, чище и здоровее, чем это показано в кино
Ну, если перефразировать класска, если зажигаются такие кинозвёзды — значит это кому-нибудь нужно… Государство уже давно ведёт линию на самоубийство не только в искусстве, но и в повседневной реальности — экономике, образовании, армии, внутренней и международной политике. И кукловоды наверняка из самих же евреев…
автор точно помешан на антиарабизме 🙂
Мда-с, огально охуливают эти чуваки-леваки наше чисто-здоровое матечество,что радует… (в смысле, что чисто-здорое…)