Яков Кедми о политической элите Израиля

Леонид Ходос: Порядка 20 олигархических семей в стране управляют всем. И политической системой, и правительством. То есть правит не демократическая система, не тактическое и стратегическое мышление, а только экономический интерес этих 20 семей.

Яков Кедми: Я думаю, что это утрирование. Да, в экономике порядка 20 семей играют решающее  значение. Такова структура Израильской экономики.

Да, мы наблюдаем тенденции усиления: за последние 20 лет слияния капитала и власти, их взаимное влияние друг на друга всё больше и больше усиливаются.

Но сказать, что эти семьи определяют политику — это неверно. Эти люди  поставили во главу угла собственное обогащение, и в этом нет ничего предосудительного. Если они и оказывают влияние, то не на решение политических вопросов, а больше на решение экономических.
Получение тех или иных экономических послаблений, серьёзное лоббирование законов, которые позволяют получить больше прибыли и так далее. Их влияние позволяет им занимать более привилегированное положение  и более удобное по сравнению с другими, что сводит на нет конкуренцию, ограничивает вход других структур на рынок.

Вот в этом чувствуется их влияние во всех секторах политической и экономической жизни страны.
Мы за это платим тем, какая у нас экономика, и, конечно, условиями труда, и экономическими приоритетами.
Что касается политики, то они более или менее поддерживают отдельных политиков, но, опять же, не по тому, что эти политики олицетворяют или проводят их политику, а потому, что эти политики более удобны с точки зрения экономических условий, которые они лоббируют и,  при этом имеют дополнительный за это заработок.
Практически эти 20 семей: наиболее эффективные лоббисты своих прибылей и то, что получается — что политики, которые в наилучшей степени подходят им, независимо от политических взглядов, получают наиболее полную материальную и моральную поддержку.
Можно посмотреть на прошлых премьеров, начиная с Шарона,  кто и как крутился вокруг них, от кого и как они получали финансовую поддержку — прямую или косвенную.
То же самое происходит сейчас. К сожалению, это одна из форм деградации Израильской демократии, которая установилась и расширялась, и укреплялась последние 20 лет, с каждым годом всё больше и больше.

Леонид Ходос: Ваше мнение, всё-таки реально или не реально сегодня объединение на какой-то базе единомышленников и создания партии с условным названием Единство?

Яков Кедми: Вы имеете в виду партию, которая будет представлять интересы русскоязычного населения?

Леонид Ходос: Как я понял, не только русскоязычного, а «слабых» слоёв населения.

Яков Кедми: Я хочу сказать, что известно из истории: слабые никогда не могли создать сильную партию именно потому, что они слабые. Если речь идёт о русскоязычном населении, то, до тех пор, пока будет существовать НДИ в той форме, в которой она существует, и с тем лидером, который есть — то вряд ли можно говорить о серьёзной, равноценной по силе партии русскоязычного населения, представляющей интересы на том политическом поле, которое заняла партия НДИ.
Я имею ввиду равноценные партии. Может и есть место для ещё одной политической партии, но пока Либерман будет на политической арене, и пока эта партия будет существовать, равноценной политической силы  вряд ли удастся создать.
Если же, по тем или  иным причинам, он уйдёт с политической арены, тогда создадутся объективные условия для создания чего-то нового,  и тогда все будут играть на этом политическом  поле, и каждый в меру своей испорченности.
Если говорить об Израильском обществе – то же самое. Попытки создать то, что называлось «третьей силой»,  а я был свидетелем, на протяжении всего времени пребывания в Израиле, что чего-то реально сильного, они не достигли.
Я помню партию «Даш», базой которой было не что-то конструктивное, а нежелание, неспособность влиться в существующие политические структуры. То есть, это не было какое-то другое мировоззрение, а  это была просто попытка создать «что-то другое» по составу, но не по идеологии, если вообще можно говорить об идеологии в Израиле.
Все эти всплески, они временные. Взлетела «Даш» до 14 мандатов и исчезла. После этого были более современные варианты – то же самое. С той же периодичностью может повторяться и дальше.
Вопрос не в том, возникнет или нет новая партия, а будет ли у этой партии достаточно принципиальная идеологическая программа или все проблемы будут чисто персонального порядка.
То есть, если сегодня посмотреть на политическую элиту от большей части Ликуда, через Кадиму, НДИ и, включая Ацмаут, то разницу между большинством этих партий только в микроскоп можно увидеть. Абсолютно непонятно, почему кто-то из них находится там — или там, или там. Скорее всего, по личным проблемам, исходя из неспособности, или трудностей успешно функционировать  в другой политической структуре.

http://rezumeru.org/index.php?option=com_content&view=article&id=2552:interviiy-s-iakedmi-10-chastmnenie&catid=147:2011-03-21-11-00-00&Itemid=102