Погром в подмосковной иешиве молнией промелькнул в ленте новостей, так и не став событием для СМИ.

Было много другого, куда как более интересного.

Разве можно сравнить погром, в котором ни один еврей не погиб, с куда как более значительными событиями?

Вот такой симптом в общественной жизни нынешней России.

Понимаю, было о чём поговорить. Теракт на Шри-Ланка в католическую Пасху с множеством погибших.

Пожар в Соборе Парижской Богоматери.

А если верить федеральным каналам России, то для них не было ничего важнее, чем то, как бандеровцы вслед за премьер-министром ещё и президентом себе избрали еврея.

Согласен, всё это важно. Так что освещение всех этих событий оправданно, с этим никто не спорит.

Плохо другое:

о погроме – ни слова.

Что это может означать?

Напомню, что каких-то полтора-два десятка лет назад этот вопрос был бы лишним. Хотя президентом России был тот же Владимир Владимирович Путин.

Новый президент многих приятно удивил.

Ельцин, несмотря ни на что, оставался продуктом советской системы. Ещё в должности первого секретаря МГК КПСС он в своём загруженном графике находил время для встречи с активистами общества «Память», а уже будучи президентом новой России в отношениях с Израилем оставался верен ценностям СССР самых кондовых времён.

Он в брежневских традициях целовался с Арафатом и при этом отказывался встречаться с прибывшим в Москву премьер-министром Нетаньяху. В Израиль Ельцин так и не приехал. Проблемы со здоровьем? Возможно. Но почему-то те же проблемы не помешали ему прилететь в соседние Египет и Иорданию. Можно сказать, что он в Иорданию он прилетел на похороны короля Хусейна бен Талала. Похороны Рабина подобного уровня сочувствия у Ельцина не вызвали.

Именно поэтому действия Владимира Путина вызвали сначала удивление, а затем и воодушевление среди политической элиты Израиля. Спикер верхней палаты парламента России Сергей Миронов прибыл на переговоры в Иерусалим, а затем демонстративно не заехал в Рамаллу.

На вопрос, почему он не встретился с руководством палестинской автономии, Миронов ответил что-то вроде: я тут с Бовиным (известный журналист и первый российский посол в Израиле – Р.Г.) посоветовался и тот мне сказал с «дядей Яшей» не встречаться. Понятно, что команды Миронов получал не от Бовина, на что указало и выражение «дядя Яша» – презрительная кличка, которой Ясира Арафата «наградил» ещё председатель КГБ Юрий Владимирович Андропов. Об этом с искренней обидой как-то рассказал Евгений Максимович Примаков.

Ещё одно знаковое событие произошло в мае 2002 года. Татьяна Сапунова увидела на обочине дороги в Москву фанерный плакат с надписью «Смерть жидам!».

Девушка решила сорвать плакат, но когда она до него дотронулась, прогремел взрыв.

Раненую Сапунову в больнице посетил лично президент РФ Владимир Владимирович Путин.

Помимо просто чисто человеческого поступка это был сигнал российским элитам:

новый хозяин не только сам не антисемит, но и антисемитов рядом с собой не потерпит.

Интересно, что эти слова мне повторил живший в Хевроне парень Никита, сменивший имя на Авром и хваставшийся своим знакомством с Путиным ещё по Питеру.

Новый российский лидер продолжал удивлять. Путин не только повёл прибывшего в Москву президента США Джорджа Буша в синагогу, но и прямо заявил о начале процесса нормализации отношений с Израилем.

На самом высшем уровне проходили встречи с премьер-министром Ариэлем Шароном, вице-премьером (а затем и премьером) Эхудом Ольмертом, главой МИД Ципи Ливни, президентом Моше Кацавом, а после начала эпохи премьер-министра Биньямина Нетаниягу и президента Реувена Ривлина встречи лидеров Израиля и России стали едва ли рутиной. Товарооборот между двумя странами вырос в разы. Был введен режим безвизового сообщения между двумя странами.

Россия приняла на себя обязательства по выплате пенсий своим бывшим гражданам, проживающим в Израиле. Премьер-министр Дмитрий Анатолиевич Медведев подписал указ о создании прямой линии связи Москва – Иерусалим (по аналогии с линией Москва – Вашингтон). Путин дважды лично приезжал в Израиль. Запомнилась церемония открытия памятника советским солдатам-освободителям в Нетании. Никакой охраны, как мы привыкли видеть на кадрах из России. Путин не то, что без бронежилета – без пиджака спокойно общался с пришедшими на церемонию открытия памятника людьми. Наверное, это было слишком хорошо и поэтому так тяжело были восприняты последовавшие затем события.

Звериный антисемитизм, когда выражение «еврейчики заигрались» было едва ли одним из самых лёгких, вновь показал себя во всей красе не только на каких-то экстремистских площадках, но и в центральных СМИ РФ, после того, как сирийцы сбили российский самолёт. Оказалось, что для разжигания антисемитских настроений даже не нужно никакого повода – его можно просто придумать, в «лучших» традициях свалив на евреев чужую вину.

Эта истерия завершилась так же неожиданно,

как и началась.

Наверное, кто-то дал команду.

Но и молчание иногда бывает выразительней,

чем самые громкие крики.

Такая тишина царила в Германии после «Хрустальной ночи».

Массовый погром не вызвал массовых протестов либо громкой критики в газетах.

Немцы понимали, что так поступать нехорошо.

Не просто нехорошо, а даже плохо.

Но промолчали.

Не погром, а именно это молчание, после которого все немцы стали добровольными помощниками Гитлера и стало прологом к созданию «фабрик смерти».

Безусловно, не нужно сгущать краски, но и молчать нельзя.

Уважаемый раввин Пинхас Гольдшмидт назвал произошедшее последствием «пассивного антисемитизма».

Так что не надо ждать «активного антисемитизма», это дорого обходится.

Поэтому не нужно бояться говорить правду.

Прежде всего, говорить правду самим евреям. Сказать правду всему миру и самим себе.

Что бы их там не держало.

Ростислав Гольцман