Коалиция Биньямина Нетаньяху снова балансирует на грани. После выхода ультраортодоксальных партий правительство держится буквально на тонкой нити — союзники не голосуют за роспуск, но и не помогают проводить законы. А без их голосов в Кнессете не проходит даже то, что нужно самому премьеру.
Главный камень преткновения — закон об освобождении учащихся ешив от военной службы. В разгар войны требование «служить должны все» звучит особенно остро. Но, чтобы удержать коалицию, Нетаньяху вынужден обещать харедим всё, чего они требуют.
Одним из наиболее острых и символичных вопросов остаётся законопроект об освобождении учащихся ешив от обязательной военной службы — давнее требование религиозных партий, особенно чувствительное в условиях продолжающейся войны. С одной стороны, этот закон рассматривается как плата за сохранение коалиции, с другой — как вызов общественному единству. На протяжении последних недель Нетаньяху демонстрировал готовность идти навстречу союзникам, однако внезапно изменил тон и стал откладывать продвижение законопроекта, что может стать новым витком внутриполитического кризиса.
Правительственный законопроект о воинской обязанности в первый же день зимней сессии Кнессета,19 октября. Но внесение законопроекта уже дважды переносилось на более поздние сроки, а теперь откладывается в третий раз.
Почему Нетаньяху вдруг начал тянуть время, можно только гадать. Коалиция официально поставила целью провести “закон о призыве” в трех чтениях до конца 2025 года. Но чем меньше времени остается до выборов, тем меньше у премьер-министра желания исполнять обещание и продавливать непопулярный закон, закрепляющий привилегии ультраортодоксальной молодежи.
Тем не менее, на фоне замедления продвижения ключевого законопроекта об освобождении учащихся ешив от воинской службы, правительство, очевидно, пытается «подсластить пилюлю» и сохранить лояльность своих ультраортодоксальных союзников. В этой логике в первом чтении был вынесен на рассмотрение Кнессета новый законопроект о раввинатских судах. Формально — про «укрепление духовных традиций». Фактически — про власть. Закон предлагает дать раввинским судам право проверять еврейство любого человека, даже без его ведома. Решения таких судов станут обязательными для всех государственных органов — от МВД до управления миграции.
То есть религиозные структуры смогут решать, кто ты — еврей или нет, женат ли ты «по правилам», и имеешь ли право на репатриацию. А если кто-то из родственников «не прошёл проверку», придётся доказывать своё происхождение самому — иначе дорога к браку через раввинат закрыта.
Документ, по сути, расширяет компетенции религиозных судебных органов, предоставляя им более широкие полномочия не только в сфере семейного и брачного права, но и в вопросах личного статуса, гражданских споров и, частично, имущественных дел.
Критики называют инициативу попыткой создать параллельную судебную систему, подчинённую не законам государства, а религиозным догмам. И всё это — под прикрытием борьбы за «единство еврейской идентичности». На деле же государство фактически передаёт в частные руки инструмент контроля за личной жизнью граждан: кто с кем женится, кого признают евреем, а кого — нет.
Новый правительственный законопроект предлагает существенно расширить полномочия раввинских судов и предоставить им право инициировать процедуру проверки еврейского происхождения любого человека – даже если он не инициировал этот процесс и не знает о его проведении. При этом решение раввинского суда о статусе человека будет обязательным к исполнению всеми государственными организациями, включая Управление регистрации населения и миграции
С одной стороны, общество требует равенства: раз идёт война, служить должны все. С другой — тем, кто служить не хочет, дают всё больше рычагов влияния: от освобождения от армии до права решать, кто вообще считается «своим».
Так что вопрос «куда катимся?» уже не риторический. Если религиозные суды получат такие полномочия, Израиль рискует превратиться не просто в страну с двумя системами права, а в государство, где светская жизнь окажется под постоянным раввинатским надзором — вплоть до того, что «заглядывать нам в трусы и в постель» перестанет быть метафорой.
Марк Колярский
