Главная / Новости / Хайфаинфо - Литературная гостиная / Анатолий Зелигер: ПРОЗА, АЛЬМАНАХ «ХАЙФСКИЕ ВСТРЕЧИ»

Анатолий Зелигер: ПРОЗА, АЛЬМАНАХ «ХАЙФСКИЕ ВСТРЕЧИ»

Как я был сыном лейтенанта Шмидта

     Люди думают, что после книги Ильфа и Петрова в Советском Союзе совсем исчезли сыновья лейтенанта Шмидта. Я не могу согласиться с этим.

     Дело в том, что мне достоверно известен случай появления по крайней мере еще одного сына лейтенанта Шмидта, известен прекрасно, потому что сыном лейтенанта Шмидта был я сам. Перехожу к подробностям.

   Это произошло в те недалекие времена, когда единственным средством документальной связи был телеграф. А мой дорогой папа был крупным специалистом в области телеграфной техники; он был автором нескольких книг по телеграфии. И, конечно, инженерам-телеграфистам фамилия Зелигер хорошо известна.

   Когда наша семья – папа, мама и мы с братом – приезжали из Ленинграда в какой-нибудь курортный городок на отдых, и следовало снять жилье, папа обычно говорил: «Пойду-ка я на телеграф, там нам, конечно, подыщут что-нибудь подходящее». И действительно, увидев «воочию» профессора Зелигера, местные инженеры начинали опрашивать и обзванивать знакомых, и довольно скоро сообщали папе адреса сдаваемых комнат.

   Прошли годы. У меня появилась своя семья. И вот вместе с женой и сыном я решил провести лето в Одессе. Родственников и знакомых у нас в Одессе не было. Как быть с жильем? Приходилось рассчитывать на авось.

    Узнав о моей проблеме, папа сказал: «Пойди-ка ты на телеграф, скажи там, что ты Зелигер, и все будет в порядке».

     Я  поступил так, как советовал папа. Приехали в Одессу, я иду на телеграф, вхожу в кабинет начальника. За письменным столом сидит мой соплеменник, деловой до невозможности. Он раздраженно перелистывает страницы какого-то фолианта, совершенно не обращая на меня внимания. Я подождал немного и негромко кашлянул в кулак.

   Он поднимает голову и сухо спрашивает:

— Жаловаться пришли?

— Извините, я по другому поводу.

— Слушаю вас.

      Я робко спрашиваю, какой институт связи он кончал.

— Ну, Одесский, и что дальше?

— Вы, конечно, учились по учебнику Зелигера?

— Ну, учился, и что дальше?

— Вот мой паспорт. Я Зелигер. Приехал с семьей отдыхать в Одессу. Не поможете ли вы найти нам комнатенку?

   Он неохотно берет мой паспорт, внимательно изучает его, сличает фотографию с моим лицом и говорит язвительно: «Вот здесь у меня на полке стоит книга Зелигера под названием «Стартстопная телеграфия». Издана в год вашего рождения. Вы что же, родились и сразу книгу написали?».

   Я поясняю: » Что вы, эту книгу написал не я, а мой папа».

   Тогда начальник резко встает со стула, идет вместе со мной в операторскую, где сидят несколько телеграфистов, и объявляет язвительно: «Помогите снять комнату этому сыну лейтенанта Шмидта!». Я чуть не умер от стыда.

   С тех пор я больше никогда не приходил ни на один телеграф и не говорил там, что я Зелигер. Вот такая история.

   А еще некоторые говорят, что сыновья лейтенанта Шмидта больше не появлялись.  

 

Сказка о Дороти,  которая сказала «Нет»

 

Среди лукавых, малодушных…

                                                                                    А.С. Пушкин

     Я хочу рассказать вам о милой улыбчивой толстушке по имени Дороти. Она заведовала всего-то навсего небольшой библиотечкой на окраине английского города Донкастера, и вот вдруг, совершенно неожиданно для себя, стала королевой Соединенного Королевства – так называют Англию в торжественных случаях.

   Дороти очень нравилась ее работа. Она радовалась каждому дню своей беззаботной жизни и, когда она задумывалась о своем будущем, то виделся ей светлый и прямой путь.

   Но внезапно произошло то, что можно сравнить со взрывом большой ракеты или землетрясением, и здание ее жизни, как подкошенное, рухнуло на землю и рассыпалось на куски. К ней пришли люди в черных масках – тайные хозяева Англии. Это были те, о которых англичане говорят только шепотом. Это были те, кого англичане боятся, как пожара, и, встретив которых, бледнеют от страха.

    И сказали Дороти эти страшные люди:

— К тебе в библиотеку ходит человек, который не сделал англичанам ничего плохого. Однако нам он ненавистен, и мы желаем стереть его с лица земли. Вот тебе пистолет, заряженный отравой. Когда этот человек придет в библиотеку, выстрели в него.

   А Дороти, милая улыбчивая толстушка Дороти, взяла и сказала им:

— Нет.

   Хозяева Англии были поражены и уязвлены. До этого ни один человек в Англии не смел сказать им: «Нет».

— А знаешь ли ты, глупая Дороти, – закричали они, – что в нашей стране нам все, все говорят только «Да»!? А знаешь ли ты, дерзкая Дороти, что каждый работающий в твоей библиотеке скажет нам «Да»? Нам скажут «Да» все твои подруги и родственники. Нам скажет «Да» тот, кто любит тебя. Нам скажет «Да» любой человек из Лондона и Ливерпуля, из Глазго и Белфаста, с севера и с юга, с запада и востока, с любого места Англии. Как же ты посмела сказать нам «Нет»? А ну-ка живо бери пистолет и делай то, что тебе приказывают.

   Но толстушка Дороти посмотрела на них спокойно и серьезно и повторила свое:

— Нет.

   И тогда эти скверные люди пошли к начальнику Дороти, прошептали ему несколько слов, и он выгнал Дороти с работы.

   Но ведь все ее жизненные радости, все надежды на светлое будущее определялись работой —  надежной и, как ей казалось, вечной.

   Она могла побежать за теми, в черных масках, найти их и закричать:

— Да! Да! Да! — Но Дороти не сделала этого и с грустной улыбкой ушла из любимой библиотеки.

   А через несколько дней к ней пришел тот, кого тайные хозяева Англии хотели стереть с лица земли. Он упал на колени перед ней и целовал, и целовал ее руки. Он благодарил ее, произнося самые красивые слова английского языка, потому что ради него, незнакомого ей человека, сошла она со светлого корабля радости и спокойствия на топкую, болотистую землю. И знал он, что поступила она так по зову чего-то непреклонного и благородного, живущего в ней, того, что отсутствует у многих и многих других.

   И он стоял и стоял на коленях, целовал и целовал ее руки, запрокидывал голову и с восхищением и умилением смотрел на ее недавно такое радостное, а теперь озабоченное и увядшее от грусти лицо.

— О, несравненная! – говорил он. — Ты только одна, одна такая во всей Англии. Нет тебе подобных! Все другие, робкие и послушные, выполняют их приказы без колебания, будто заводные куклы, и становятся преступниками так же просто, как выпивают стакан воды. А то благородное, что живет в груди твоей, они давно задушили и выбросили на помойку из-за рабского преклонения перед подпольными властелинами Англии. Потому что знают они, вежливые и обходительные, что их благополучие определяется вовсе не начальниками, шествующими с важным видом, а людьми из подполья, часто незаметными и говорящими тихо-тихо, еле слышно. И среди всех согнувшихся в три погибели, уткнувшихся головами в землю, дрожащих от страха, возвышаешься ты, спокойная и решительная, единственная в Англии, сказавшая: «Нет». Не грусти, королева. Пусть солнце зашло, но наступит утро, и снова свет зальет землю.

    А потом в городах и поселках Англии из дома в дом передавалось известие о том, что в городе Донкастер живет бесстрашная женщина по имени Дороти, которая посмела сказать: «Нет». И среди англичан пошли разговоры:

— Почему только она? Разве мы хуже ее? Почему мы, свободные люди, позволили превратить себя в рабов?.

     И вот, через некоторое время на Трафальгарской площади Лондона собралось очень много англичан, чтобы выбрать короля или королеву Англии. На трибуне, установленной у колонны Нельсона, стоит седовласый джентльмен в красной мантии.

   Пропели трубы: «Слушайте! Слушайте! Слушайте!». Все замолкли и джентльмен заговорил:

— Граждане Соединенного Королевства! Леди и джентльмены! У нас в стране в городе Донкастер живет молодая женщина по имени Дороти. Она осмелилась сказать: «Нет». Вы хорошо знаете кому. Наверно, все граждане нашей страны слышали о ней. Я предлагаю избрать Дороти королевой Англии!

   И услышав это, все люди громко закричали:

— Дороти! Дороти! Дороти!

   И вот уже Дороти в голубом одеянии, с золотой короной на голове едет на белом коне. Она медленно движется по Трафальгарской площади, смущенно улыбается и думает, что совсем за малое ей оказана такая огромная честь. Медленно движется белоснежный конь, гордясь блистательной всадницей. Люди расступаются, давая дорогу королеве Англии, и непрерывно кричат и кричат:

— Дороти! Дороти! Дороти! Да здравствует Дороти, королева Англии! Да здравствует Дороти, которая осмелилась сказать «Нет».

О Александр Волк

Александр Волк  ( волонтер до 2021) Хайфа

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан