Главная / Новости / Хайфаинфо - Литературная гостиная / Феликс Славутин. Я ВСТРЕТИЛ ВАС (рассказ)

Феликс Славутин. Я ВСТРЕТИЛ ВАС (рассказ)

 

Не помню точно. Наверное был это конец 20 или начало 21 века, когда мы с женой в очередной раз посетили наши пенаты, наш родной город Ленинград, в котором я родился, пережил блокаду 1941-1942 года и проработал всю свою жизнь. Перестройка, развал Советского Союза, безработица, массовое обеднение, антисемитизм сорвали очень многих с насиженных мест и понесли в чужие края и страны.

Город за это время изменился. Произошёл передел собственности. От «дикого капитализма» страна переходила на рельсы развития. В городе появилось много новых памятников, тротуары Невского проспекта замостили плитами полированного бордового гранита. Обновили фасады зданий. Новые собственники домов исторического центра в соответствии с городским планом восстанавливали первоначальный архитектурный облик зданий старинного Санкт- Петербурга. Это возвращённое старое название города входило в свои права, оставляя лишь в памяти пожилых людей старое название Ленинград и советские названия улиц.

Нагулявшись по набережным Невы, находившись по залам Эрмитажа, мы решили передохнуть в кафе на Невском и купить что-нибудь изысканное Петербургское кондитерское в качестве подарка знакомым, куда были приглашены вечером.

Мы зашли в кафе на углу Невского и набережной р.Мойки. В советское время оно называлось «Театральное». По преданию, в 19 веке здесь бывали многие известные литераторы и музыканты. Рассказывали, что здесь бывал и А.С. Пушкин, чья последняя квартира была неподалёку на противоположной стороне набережной р.Мойки. Говорили, что здесь в кругу друзей читали свои стихи известные поэты, а композиторы показывали свои новые сочинения. Звучали здесь и старинные романсы.

Сегодня кафе вернули его первоначальное старинное название Вольф и Беранже. И эти имена были аршинными буквами дореволюционного шрифта написаны на поновлённом фасаде, выходящем на Мойку.

Мы зашли в кафе, и были приятно удивлены изменившимся интерьером. В кафе присутсвовал дух старины. Он чувствовался и в мебели под «старину», и в окраске стен и в развеске портретов выдающихся деятелей русской культуры. В углу стоял старинный рояль. Наше внимание привлёк уютный уголок, на стене которого рядом висело три безымянных портрета. Две очень красивые, очень похожие женщины примерно одного возраста и между ними чуть выше портрет пожилого мужчины в форме морского офицера императорского гвардейского экипажа. Под портретами стоял старинный столик, и на нём старинный грамофон.Здесь было уютно и пахло какой-то тайной.

Подошёл официант. Мы задали вопрос касательно портретов. «О, если вы не спешите, эту тайну раскроет вам владелец кафе, один из дальних потомков семьи Вольф и Беранже, первых владельцев этого дома, основавших кондитерскую после Французской революции то ли во времена Екатерины второй, то ли Александра первого.

Мы не спешили и готовы были слушать.Вышел хозяин, подсел к нам и, узнав о нашем вечернем визите, предложил для подарка выбрать изысканное кондитерское изделие, выпекаемое по рецептам ещё Вольфа и Беранже. «Кстати, мы получили партию чудесного эстонского ликёра «Старый Таллин». Вы его сможете попробовать за счёт заведения и, если понравится, сможете присоединить к вашему вечернему подарку. Пока вы будете наслаждаться ароматным бразильским кофе и нашими пирожными, будут выпекаться кондитерские изделия для вашего вечернего подарка.Я отдам необходимые распоряжения и начну свой рассказ».

« Это было вероятно 100 лет назад, то ли конец 19, то ли самое начало 20 века. Солнце уже клонилось к закату, когда в кафе зашли взволнованные пожилой отставной морской офицер гвардейского императорского экипажа и молодая очень красивая дама. Их  благородный вид говорил о том, что спутники принадлежат к высшему обществу.

Заказав ужин, они попросили разрешения воспользоваться роялем, поведав перед этим небольшую историю. Рассказывал отставной офицер: «Воспоминания прошлого привели меня сегодня в залы императорского Эрмитажа, в которых в силу жизненных обстоятельств я не бывал уже много лет. В залах Голландской живописи задержался я у картины Рембрандта «Даная». Интуитивно повернув голову, я увидел очень красивую молодую даму, которая сейчас стоит перед вами. Её облик вызвал в моей памяти образ другой очень яркой женщины высшего света, в которую был влюблён в пору моей молодости лейтенанта морского экипажа. В чертах этих женщин было очень много общего. Казалось, что их облик лепил один и тот же скульптор. Мелькнула мысль, не родсвенники ли они. Я не удержался и, извинившись, задал этот вопрос молодой даме. Она улыбнулась и сказала, что черты моего лица ей также напомнили черты молодого морского офицера, миниатюрный портрет которого мать бережно сохраняла всю жизнь.

Перед смертью мать рассказала историю яркой любви своей молодости. Это было лет 30 назад, когда в салоне знатной нашей родственницы появился молодой лейтенант флота. Он был не только красив и статен, но обладал ещё поэтическим даром, приятным голосом и умением играть на гитаре и рояле. В этом салоне собирался не только высший свет Петербургского общества, но сюда приглашались и одарённые литераторы и музыканты, исполнявшие здесь свои или чужие новые произведения.

Молодой лейтенант поначалу чувствовал себя стеснённо, поскольку был мелкопоместным дворянином, воспитывавшимся в кадетском корпусе за казённый счёт, как сын погибшего морского офицера. Но его молодость и таланты привлекали к нему светских молодых львиц и девушек на выданьи. Тётушка, желавшая выдать мою мать замуж за богатого и знатного дворянина, не препятствовала общению молодых людей, полагая, что их совместное музыцирование и поэтические опыты не только будут способствовать развитию молодой девушки, но и сделают её ещё более привлекательной.

Тётушка забыла, что увлечения молодости не останавливаются перед препятствиями и выходят из под контроля, как об этом писали многие известные романисты. И всё же тётушке удалось выдать мою мать замуж за уже немолодого состоятельного генерала знатного происхождения.

В растерзанных чувствах лейтенант подал рапорт с просьбой отправить его на театр боевых действий в Крымской войне. Показал себя смелым и умным командиром, и был не только награждён, но и довольно быстро рос в чинах. Затем участвовал в экспедициях Географического общества. Дальнейшая его судьба матери была не известна.

«Не сохранился ли у вас портрет вашей матушки?»- спросил отставной офицер. Молодая женщина открыла медальон с миниатюрным портетом. И пожилой офицер увидел лицо той молодой женщины, в которую был так страстно влюблён.

От нахлынувших воспоминаний к горлу подступил комок, на глаза навернулись слёзы. В мимолётных любовных интрижках он не пытался найти счастье, так как для его романтической натуры любовь была только одна. И вот через столько лет он вновь встретился с любимыми чертами не только на портрете, но и с их вопощением в лице и фигуре дочери любимой женщины.

И к нему вдруг вернулся поэтический дар. В памяти возникли Пушкинские строки: «Я помню чудное мгновенье…», потом им на смену зазвучали стихи Фёдора Тютчева: «Я встретил вас…» и знаменитый романс Михаила Глинки на эти стихи. Романс, который он сам  с удовольствием исполнял. И вдруг в его возбуждённом мозгу начали складываться его собственные строчки, которые как-бы перекликались со стихами Тютчева. Но они были другими, так как передавали его собственные переживания. И вместе со стихами зазвучала его собственная мелодия. Он почувствовал себя помолодевшим. К нему пусть на мгновенье возвращалась его молодость.

Он рассказал об этом молодой женщине. Она, занимавшаяся с профессорами Петербургской консерватории, тут же подхватила и развила мелодию. «О, нам нужен рояль, сейчас же, сию минуту. Здесь на Невском кафе Вольфа и Беранже. Быстрее, кажется получается неплохой романс».

В кафе они оба сели к роялю. Он быстро на бумаге записывал поэтические строчки, одновременно напевая мелодию. Она развивала эту мелодию, усиливая звучание аккордами, не забывая при этом всё переносить в ноты. Слабое звучание вдруг усилилось. Они заиграли в четыре руки и запели на два голоса. Рождался новый романс. Как только затихли последние звуки, в кафе раздались аплодисменты. Так посетители приветствовали рождение нового произведения.

«К этой дошедшей до меня истории»,- продолжал рассказывать нам владелец кафе,- «хочу добавить, что наш предок с разрешения пожилого офицера и его дамы попросил знакомого художника написать вот эти портреты. Одновременно был записан на пластинку и новый романс. Я включу сейчас вот этот старинный грамофон, и вы услышите тот романс, который родился в нашем кафе».

«Простите,- прервал я хозяина,- но в портете одной из дам угадываются и некоторые черты пожилого офицера». «Всё может быть»,- улыбнулся хозяин, — « Но мне ничего не известно. Возможно, это случайное совпадение». В это время зазвучала грамофонная запись.

И мы услышали неизвестный нам романс « Я ВСТРЕТИЛ ВАС»

«Я встретил вас , и всё былое Вдруг озарило жизнь мою. Я вспомнил время золотое, И всё что было в старину.

То были годы молодые, Я любовался красотой, Влюблён я был в черты земные, И в тело девы молодой.

Я встретил вас, И всё былое вдруг разожгло в крови пожар. Я вспомнил время озорное, Ко мне вернулся божий дар.

Я благодарен вам за это, За яркий облик ваш земной, К поэзии вернувшись снова, Запел мой голос молодой.

Запел мой голос молодой!»

 

С той нашей поездки прошло много лет. Возможно за это время поменялись владельцы кафе или поменялась публика и её вкусы, и в соответствии с этим изменился интерьер кафе. Но в нашей памяти сохранился тот насыщенный впечатлениями день, безымянные портреты на стене и голоса из прошлого, голоса авторов неизвестного нам романса.

 

(Германия, Эрфурт, сентябрь 2010г.)

 

 

 

 

 

 

О Z Z

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан