Юрий Моор-Мурадов. Гуманнейший ответ террору

В статье, опубликованной здесь

http://mnenia.zahav.ru/Articles/4471/jestoky_lik_gumanisma

я задавался сакраментальным вопросом: Есть ли у демократии адекватный ответ террору? Я приводил примеры того, как диктаторские режимы успешно боролись с террором. А вот демократия, она как – беззащитна, поскольку ее же принципы не позволяют применять эффективные меры?

Статья была также опубликована и на иврите – в одной из газет и на двух популярных сайтах. Известный израильский писатель увидел в ней призыв прибегать к методам диктаторов и обрушился на меня, обозвав сталинистом – и это несмотря на то, что в той же статье я написал: «Так что же я предлагаю – отказаться от всех достижений цивилизации, действовать по примеру тиранов? Нет, нет и нет. Я не призываю действовать по-сталински, по-муссолински». Одно «нет» мой уважаемый оппонент еще мог бы не заметить, но три подряд? Скорее всего, до этого предложения он не дочитал, увидел слово «Сталин» – и побежал строчить мне ответ. Видимо, с его подачи молодая поросль движения «Полуторное поколение» поспешило откреститься от меня на своем сайте. Они еще молоды, не понимают, что сталинистом является как раз их старший наставник, который спешит затыкать рты оппонентам и вешает ярлыки, не дочитав до конца. Ничего, прозреют. Молодость – единственный недостаток, который проходит без каких-либо усилий со стороны молодых.  

Задавая вопрос, есть ли у демократии действенный ответ на террор, я уже знал ответ. Просто приберег его для следующей статьи – вот этой. Сейчас самое время поделиться с вами своими соображениями.

Я согласен с утверждением, что нет смысла гоняться за каждым террористом, нужно осушить болото, которое их порождает. Проблема в том, что считать болотом, причиной.

Одни говорят: террор существует по вине просвещенного Запада, который плохо относится к менее успешному населению, к народам и странам, которым не удается идти в ногу с прогрессом. Как написал несколько дней назад в газете «Едиот ахаронот» писатель Меир Шалев: палестинский подросток режет ножом и бросает смертоносные булыжники в проезжающую машину, потому что евреи строят себе поселения, потому что по дороге в школу ему приходится обходить еврейские поседения, потому что на блокпостах большие очереди, и его отец вынужден вставать в три часа утра, чтобы успеть на работу в Израиль.

Ну, гений. Что, и в Газе есть сейчас евреи? Тогда почему оттуда то и дело стреляют по нашим школам и детсадам ракетами? Кому-то придет в голову утверждать, что Джон-джихадист с отменным лондонскими акцентом отрезал перед камерой головы из-за того, что англичане как-то не так себя ведут? Есть во Франции сейчас крупные писатели, которые убеждают, что французы сами своим поведением привели к тому, что террористы убили там полтораста людей?

Болото – это то окружение, в котором растет террорист: его семья, соседи, мечеть, в котором проповедуют ненависть, школа. И если хотим избавиться от террора — нужно воздействовать на это болото.

Начнем с семьи. Отец террориста из Тулуза, убившего евреев и сам убитый в ходе перестрелки, выступил тогда же с угрозой подать на власти в суд: спецназовцы не приложили достаточных усилий, чтобы схватить его вооруженного сына живьем.

Что?! Отец убийцы не только не умирает от стыда, не просит прощения – он еще и угрожает?

Отец одного из террористов, убивших троих израильских подростков в Гуш-Эционе несколько лет назад, сказал в телекамеру: «Если это сделал мой сын, то я горжусь им». Почему он такой смелый? Потому что он знает, что ему ничего не будет. Есть демократические законы, которые защищают его.

Есть ли у демократии способы заставить такого папашу жить в страхе, бояться, что преступление его сына может нанести вред и ему? Или демократия уже обанкротилась, и на Западе используют это слово только для того, чтобы промывать мозги подрастающему поколению?

Как добиться такого положения, при котором родственники убийцы будут ходить, понурив голову? Надо в корне менять отношение к ним. Нужно принять законы, которые предусматривают тяжелейшее наказание членам семьи террориста. Отдавать под суд родственников, которые знали о планах своего члена семьи – и не донесли: его отца, его мать, брата, подругу.

Возбудить дело и арестовать проповедника той молельни, куда этот террорист ходил. Не забыть и о дальних родственниках, даже если они ничего не знали. Если это иммигранты – немедленно репатриировать их, не позволив забрать накопленное в принявшей их стране – а только личные вещи. Если это граждане страны – лишить всех родственников демократических прав: избирать, работать на госслужбе, открывать собственный бизнес и так далее

Еще одна очень действенная мера: тут же затруднить иммиграцию и даже туризм из страны, откуда родом террорист.

Чтобы преодолеть юридические проволочки, власти принимающей иммигрантов страны должны поставить условием принятия подписание обязательства строго следовать законам этой страны. И согласие покинуть страну при любом нарушении. На основании этого без бюрократии и проволочек высылать членов семьи террориста – даже если они проехали «зайцем» в городском транспорте, бросили окурок на тротуар. Что в этих мерах борьбы с террором недемократично? Что не нравственно?

Неужели открыто, напоказ гордиться сыном-убийцей – нравственнее?

Эти меры быстро приведут к осушению болота – на пользу всем: и жертвам террора, и среде, из которой вышел террорист: не только близкие родственники поспешат приструнить своего сошедшего с пути истинного сынка – все представители общины не постесняются донести властям о человеке, который замыслил что-то незаконное. Кому хочется пострадать из-за такого дебила?

СМИ могут сыграть здесь ключевую роль. Вместо того, чтобы тиражировать гордые заявления папаши убийцы, журналистам нужно сразу же заняться изучением его подноготной, отыскать и опубликовать любую порочащую эту семейку информацию: чем этот папаша занимается, как он оказался в стране, какие законы с тех пор успел нарушить. У каждого есть свои скелеты в шкафу.

Я полагаю, что не нужно разрушать дома террористов – много хлопот, да и жалко. Нужно дом по суду конфисковать, продать с торгов, а деньги передать семьям погибших. Это будет более суровое наказание: члены семьи террориста будут каждый день видеть, как в их доме живет на законном основании другая семья.

И пусть наши любители человеческих прав не говорят мне, что это, недемократичное, не нравственное, не гуманное коллективное наказание. Как обошлись с семьей террориста Игаля Амира? Без колебаний нанесли ущерб их бизнесу (мать управляла своим детсадом). Каждый день газеты выходили с огромными заголовками: «Чему учит детишек мать убийцы?». Его брата и подругу тут же арестовали и отдали под суд. Девушка, отсидев, через несколько лет попыталась устроиться на какую-то государственную службу – такой крик поднялся!

А что сделали СМИ с огромным сектором, из среды которого якобы вышел этот убийца – религиозные, поселенцы, весь правый лагерь. Раввины и правые политики поспешили осудить Игаля Амира, затаились на время, — хотя ни в чем не были виноваты. Никто не заикался о «коллективном наказании». Двадцать лет прошло с того мерзкого убийства – на днях президент страны, относящийся к правому лагерю, заявил, что никогда не подпишет амнистию Игалю Амиру. Как будто это вообще стоит на повестке дня. Во как выдрессировали. Почему нельзя так прищучить окружение арабских террористов?

Почему такие меры легитимны в отношении одних, и незаконны – в отношении других? Потому что адепты «человеческих прав» на деле заботятся не о правах, а используют эти громкие слова для своих низменных политических целей.

Тот клоун из Дубая, начальник столичной полиции, который кривлялся на пресс-конференциях и грозил карами Израилю, поскольку согласно зарубежным публикациям, Мосад ликвидировал в гостинице в его городе архи-террориста Аль-Мабхуха. СМИ в Израиле и во всем мире подробно рассказывали о напряженности, которая возникла в результате этого между Израилем и странами, чьими поддельными  паспортами воспользовались ликвидаторы. Но почему никто не задал напрашивающийся вопрос, намного более важный для человечества, желающего покончить с террором: как получилось, что этот архи-террорист без страха прибыл в Дубай, открыто поселился в респектабельном отеле – а его не арестовали, не возбудили уголовное дело, не передали эмиссару гаагского международного суда? Что – дубайские власти сами причастны к террору? Так нужно отдать под суд и тамошних начальников. Что недемократичного в том, чтобы требовать у СМИ, у правительств, у правозащитных организаций сосредоточиться на этом важном вопросе, а не смаковать детали операции по ликвидации опасного террориста? После таких вопросов хотел бы я посмотреть, как начальник полиции станет угрожать Мосаду. Он сам должен будет держать ответ, объяснять, как он борется с террором, поскольку если тамошние правоохранительные органы будут бороться с террором – не понадобится иностранным агентам ездить туда, подвергать себя опасности, подделывать паспорта. Что в этом подходе недемократичного?

Международные законы защищают мирное население и запрещают в ходе борьбы с террористами наносить ему ущерб. Это верно. Но те же самые законы запрещают устраивать военные базы в жилых кварталах. Запрещают вести боевые действия из гущи мирного населения. Пока что мы видим агрессивную нетерпимость со стороны всевозможных правозащитных организаций в отношении ЦАХАЛа, защищающего мирных граждан Израиля от ракет, и не припомню ни одного процесса, ареста кого-либо из главарей Газы, подвергающих опасности жизнь тамошних мирных жителей.

Что недемократичного в том, чтобы отдать этих террористов под международный трибунал? Отговорки типа: «Невозможно их арестовать» не принимаются. Насраллла, Хания, Халед Машал – все знают, где они находятся, какая страна их оберегает. Сегодня Хания прячется в подвале в Газе – подождем, скоро он выползет оттуда и отправится в Египет. Следует тут же потребовать у Каира арестовать его и передать приставам международного трибунала.

Каждый, кто покрывает террор, не борется с ним – является сообщником террористов и подлежит суду. Нужно принимать против них меры — демократические, просвещенные, законные. Судебные. Экономические. Что недемократичного в таком подходе? В прошлом уже требовали и получили головы югославских подозреваемых в преступлениях против человечества. Могут, когда хотят. Вывод: в отношении исламских террористов не хотят. Почему? Вот в чем вопрос.

Нетрудно закрыть источники финансирования террора. Можно организовать кампании в СМИ – мы знаем, какова их сила. Объявить бойкот, ввести санкции, громадные штрафы — и привести к финансовому крушению любого банка, треста, компании, который торговал, переправлял деньги, продавал или передавал безвозмездно оружие какой-либо террористической организации. После одного-двух громких банкротств эти авантюристы прекратят играть с огнем, перестанут помогать террору. Меры совершенно демократические.

Международное давление – великая сила. Пусть разок попробуют эту силу не против Израиля.

Псевдогуманисты говорят: дайте им работу, образование, и они не станут заниматься террором. А исследования показывают, что чем образованней террорист, тем изощреннее он действует, тем чаще преуспевает в своем злодействе.

«У бедных палестинских подростков нет компьютеров», — пытается оправдать их сердобольный израильский писатель. А на допросе эти подростки говорят, что схватились за нож, начитавшись фэйсбука.

Террорист зарезал двоих и тяжело ранил несколько человек в Тель-Авиве. ХАМАС гордо взял на себя ответственность. Всему просвещенному миру нужно немедленно принять меры против этой организации и против всех, кто с ней связан. Прекратить перевод денег, потребовать возврата уже переведенных ранее сумм. Что здесь недемократичного? Когда несколько месяцев назад активист греческой правой партии убил активиста левой партии – весь мир поднял крик, эту правую партию тут же объявили вне закона, и ей пришлось выйти из парламента. Никто не заявил, что это «коллективное наказание».  

На нашей планете есть немало конфликтов. В консенсусе – разрешать их мирным, дипломатическим путем, переговорами, взаимными уступками. Сторону конфликта, которая прибегает к насилию, следует немедленно наказать, лишить ее права на спорную территорию, поддержать — словами и делами — сторону, которая готова на компромисс.

Да, в ходе борьбы с террором могут пострадать и мирные, непричастные люди. Но это меркнет по сравнению с числом жертв террора. Мы долго прячем голову в песок – а потом самый гуманный БАГАЦ выносит оптовые разрешения на снос домов террористов.

В конце концов и самые демократические в мире страны – Франция, Британия, США – принимают жесткие меры против террора – когда уже переполняется чаша терпения. Разница между их подходом и моим в том, что они делают это после того, как погибли сотни людей, тысячи получил ранения.  

А нашим уважаемым писателям следует втолковать, что они спутали следствие с причиной. Почему Израиль создает блок-посты? Потому что есть террор. Почему не разрешают палестинцам проходить через еврейские населенные пункты? Потому что опасаются террора. Почему палестинский мужчина вынужден вставать рано, чтобы успеть на работу в Израиле? Потому что коррумпированные палестинские лидеры вместо того, чтобы развивать у себя экономику, заняты другим: они денно и ношно пытаются любым способом уничтожить Израиль.

Эта статья на иврите опубликована здесь

yuramedia@gmail.com