Ида Лабен. Змиевская балка

Общее руководство уничтожением евреев, военнопленных и других людей в этом регионе осуществляло руководство айнзатцгруппы «D», командующий — Вальтер Биркамп. Непосредственным организатором расстрела являлся начальник зондеркоманды СС 10-a^[de] оберштурмбанфюрер Курт Кристманн.

5 — 6 августа 1942 года советские военнопленные вырыли в Змиёвской балке большие ямы и рвы, после чего были там же расстреляны.

9 августа был опубликован приказ шефа зондер-команды СС–10-а доктора Г. Герца , предписывающий еврейскому населению Ростова явиться к 8 часам утра 11 августа на сборные пункты для «переселения» в особый район с целью защиты евреев от насилия со стороны нееврейского населения, якобы имевшего место в предшествующие дни.

В этот день в песчано-каменном карьере и соседней роще были убиты около 15 тысяч евреев. Расстрелы продолжались даже ночью и в последующие дни^[3].

Материалы о расстрелах в районе Змиевской балки, которые были составлены в ноябре 1943 года, вошли в материалы Чрезвычайной государственной комиссии по учёту ущерба, причинённого оккупантами.

У местных птиц какой-то странный крик,
И эхо сдавленное тоже странно
Среди стволов, обмотанных туманом,
В оврагах этих тихих и сырых.

У местных ив какой-то странный вид,
Они согнулись, приникая к травам,
Так, что уже не рассмотреть, где главы
У сгорбившихся в ужасе ракит. 

Как пепел, листья падают, и слух,
Хотя у ног нападал целый ворох,
Бессилен уловить их смертный шорох,
Как будто в мире выключили звук.

Пятнает красным раненый восход
Бетонные тела мемориала,
И равнодушно, как тогда вставало,
Светило над оврагами встает.